Однажды во время съемок фильма для корпоративного клиента заболела наш режиссер. Задумка, о которой мечтал заказчик — предприятие в сфере информационных технологий и связи, — требовала участия маленьких детей: в их уста нужно было вложить слова о работе родителей. Сроки поджимали, а режиссировать этот фрагмент предстояло мне.
Детям сотрудников компании было от 5 до 9 лет. Никто из них не занимался актерским мастерством. Фразы, которые им предстояло озвучить, были сложными и абстрактными, вроде такой: «Мой папа говорит, что нельзя просто так взять и перейти на Астра Линукс». А нам для фильма нужны были живые эмоции и детская непосредственность.
И вот я приезжаю на место съемок. Дети нарядные, рядом взволнованные родители. Напряжение буквально висит в воздухе. Свет софитов, незнакомые люди из съемочной группы — все пугает.
Первый ребенок встает перед камерой. Звучит команда: «Запись!». Прошу малыша сказать заученную фразу. В ответ — испуганный взгляд, зажатые плечи и тихое бормотание непонятных слов. Тут же следует одергивание мамы: «Ну что ты?! Расправь плечи, говори громче!» Ребенок пугается еще сильнее.
В голове проносится мысль, что получить достойный результат невозможно. Реакция родителей понятна: они пытаются помочь, но дети в стрессе. Что делать мне?
Сначала я говорю малышу: «Ты молодец, всё хорошо». Потом тихонько прошу маму просто быть рядом, не волноваться и не подсказывать: «Я всё сделаю сама». Еще один дубль. Ребенок говорит по-прежнему плохо, зацепиться будто не за что. Но главное сейчас — ослабить страх ошибки. И я продолжаю эмоционально и тепло: «Вот молодец, сейчас ты сказал хорошо и громко. А давай попробуем вот так?» — произношу фразу с чувством, показываю движения руками.
Еще попытка. Малыш пробует повторить, но по-прежнему скован. Я снова хвалю: «Вот это да! Какой молодец. А так сможешь?» — показываю снова. Еще дубль. Усиливаю похвалу: «Вообще здорово получилось, ты настоящий актер! А вот так еще попробуем?» — снова показываю. Еще дубль. Ребенок раскрывается, начинает улыбаться, ему становится легче. Продолжаем. Я не одергиваю — раз за разом поддерживаю, восхищаюсь тем, что получается, и снова предлагаю сделать лучше.
Еще пара дублей — и отличный материал у нас в кармане. Родители в восторге. Шестеро маленьких героев — все как один — справились с задачей блестяще и сильно украсили фильм. И всё благодаря простому действию — одобрению.
Помню, как, закончив процесс, по дороге домой до меня дошло: я ведь со своими детьми веду себя точно так же, как те родители на площадке. С акцентом на то, что не получилось. С фокусом на «недо». Одергиваю. Привожу в пример Васю, Марину, Колю. Сомневаюсь, что у них получится. Опасаюсь их неудач. Тороплюсь получить хороший результат. А надо иначе. Верить. Поддерживать. Хвалить.
Это же так просто и так эффективно! Только что на моих глазах чужие дети благодаря такому подходу раскрылись, осмелели в незнакомой обстановке и справились на отлично. Как же они потом радовались своему выступлению! Как оттаяли родители!
Что мешает мне действовать так же дома? Привычка критиковать? В жопу такую привычку! Даю себе команду отменять привычные реакции, действовать иначе. Получается не сразу, требуется время. Но проходит год, другой — и мои реакции меняются. С детьми, на работе, со знакомыми — жизнь преображается. Любовь раскрывается, ее становится больше. Доверие, близость, принятие — всё прирастает, питает, дает силы. Страх отступает. И в этой тишине, где больше нет места критике и спешке, становится очевидно: ободряющая любовь — это не врожденный дар и не сентиментальность. Это просто выбор. Каждый день, в каждом разговоре мы выбираем: ткнуть носом в ошибку или сказать «ты сможешь». И от этого выбора вырастают люди — дома, в кадре, в жизни.