В офисе стоял обычный гул: трещали принтеры, кто-то спорил о дедлайнах, пахло пережаренным кофе. Тамара зашла стремительно, ведя за собой «прицеп» — невысокую девушку в бесформенном сером свитере.
— Девочки, внимание. Это Инна. Она вместо Павла, он ушел в головной офис. Вводите в курс дела, не обижайте. Инна, твое место у окна.
Инна кивнула, юркнула за стол и первым делом выставила на край столешницы рамку. С фотографии на отдел смотрел мужчина — из тех, чьи лица печатают на обложках дорогого парфюма. Безупречный разворот плеч, открытая улыбка, взгляд уверенного хищника, который уже всё всем доказал.
Снежана, первая красавица отдела, едва не выронила пудреницу. Её задело. Сама Снежана тратила на макияж сорок минут каждое утро, носила шпильки, от которых к вечеру гудели икры, и имела в активе только череду «женатиков» и случайных кавалеров, исчезавших после второго свидания. А тут — серая мышь с портретом принца.
Когда отдел по команде сорвался на обед, Снежана осталась. Она дождалась, пока шаги затихли, подошла к столу Инны и щелкнула портрет на телефон. «Фотошоп? — думала она. — Или брат? Слишком хорош для этой моли».
В столовой Инну уже окружили. Оказалось, мышь умеет разговаривать — голос у неё был глубокий, бархатный, с какой-то гипнотической ленцой.
— Мы с Артёмом познакомились три года назад, — рассказывала Инна, помешивая чай. — Смешная была история. Логисты напутали с отгрузкой, я поехала на разборки в их холдинг. Шла ругаться, а попала на допрос.
Снежана слушала из-за соседнего стола, кривя губы. Она знала таких, как Инна. В работе они — «удавы». На вид — пыль придорожная, но стоит начать переговоры, и через десять минут суровые директора подписывают любые бумаги, лишь бы она не переставала говорить этим своим вкрадчивым голосом.
— Он смотрел на меня так, будто увидел привидение, — продолжала Инна. — Сказал потом, что я ему за неделю до этого приснилась. Прямо в этом сером свитере. Представляете? Никаких претензий выставлять не стал. Просто спросил, люблю ли я Булгакова.
— И что, сразу в загс? — ядовито бросила Снежана.
— Нет, — Инна посмотрела на неё спокойно, без тени обиды. — Сначала был театр. Он думал, я приду в том же свитере. А я надела черное платье и встала на каблуки. Он меня у подъезда не узнал, мимо прошел. Пришлось окликнуть. А потом была его мама, варенье из райских яблочек и долгие прогулки. Через год расписались.
Весь остаток дня Снежана не находила себе места. Она ловила свое отражение в зеркалах: ноги от ушей, идеальный блонд, губы — «персик». Почему ей вечно достаются те, кто сразу тянет в постель или жалуется на тяжелую жизнь, а этой «мышке» — принц со снов? Она отправила фото подруге-HR-у: «Пробей, кто это?». Ответ пришел через час: «Артем Волков. Совладелец ИТ-холдинга. Женат, в скандалах не замечен. Откуда у тебя его фото?».
Снежана сжала телефон. Врет. Точно врет. Просто фанатка, поставила фото кумира и сочиняет сказки, чтобы не казаться жалкой.
В шесть вечера, когда офис начал пустеть, Снежана вышла на крыльцо одновременно с Инной. У тротуара заурчал двигатель тяжелого внедорожника. Из машины вышел мужчина. Тот самый. В жизни он оказался еще внушительнее — выше, резче, дороже.
— Малыш, я здесь! — он помахал рукой, и его лицо мгновенно осветилось той самой улыбкой с фотографии.
Инна подошла к нему, он легко подхватил её, оторвав от земли, и поцеловал — так, как целуют только по-настоящему своих женщин. Бережно и жадно одновременно.
Снежана стояла на ступенях, кусая губы. Вечерний ветер трепал её идеальные локоны, но она чувствовала себя абсолютно невидимой.
Они уехали, а Снежана всё смотрела вслед красному свету габаритов. Она думала о том, что мужчины, кажется, действительно ищут что-то другое. Не шпильки, не пудру и не «ноги от ушей». Они ищут тихий омут, в котором не страшно утонуть. А она всё строила глянцевые берега, за которыми не было никакой глубины.