- Ты блины пекла? Юля нервно огляделась. Лесок был заснежен, тих и совершенно пуст – взгляду не за что зацепиться, и он волей-неволей возвращался к тому, что задал ей этот вопрос. - Блины, говорю, пекла? Перед ней сидела лиса, обвив лапы хвостом. Пушистая и рыжая, она словно из сказки пришла, если только не принимать в расчёт ехидное выражение морды. - А тебе это зачем? – то ли прошептала, то ли вообще проблеяла Юля. Разум её ещё отказывался признавать говорящих лис, но реальность была безжалостна. - Ты ж такое не ешь, - добавила она, плюнув на рациональность и торжество науки. - Как не ем? – возмутилась лиса. – А колобок? Тоже тесто. Даже форма одинаковая. - Он шар. - Он шар, а блин – круг, и они друг другу как братья. Ты меня не заговаривай. Масленица кончается, а блины не печёные. Весь год потом припоминать тебе будут. - Неужели всё так серьёзно? – насторожилась Юля. - А то. Всему своё время. Блины в Масленицу и блины весь остальной год – совсем разные вещи. И ты упускаешь нужное вр