Найти в Дзене
Я САМА...

Последний день зимы, минус тридцать и ген, который не знает про календарь

За окном — минус тридцать. Колючий, злой, сибирский мороз, которому нет никакого дела до календарных условностей. А по календарю — последний день зимы. Всего один рассвет отделяет нас от календарной весны. Той самой, что на открытках всегда с подснежниками и ручьями. Только за моим окном подснежники замёрзли бы через пять минут, а ручьи превратились бы в ледяные дорожки, не успев пробежать и

За окном — минус тридцать. Колючий, злой, сибирский мороз, которому нет никакого дела до календарных условностей. А по календарю — последний день зимы. Всего один рассвет отделяет нас от календарной весны. Той самой, что на открытках всегда с подснежниками и ручьями. Только за моим окном подснежники замёрзли бы через пять минут, а ручьи превратились бы в ледяные дорожки, не успев пробежать и метра.

До конца февраля — один день. Один. Но лень, тяжесть, это липкое ватное состояние, которое я раньше упрямо называла собственной распущенностью, — не отпускает. Оно устроилось во мне поудобнее, будто собралось зимовать всерьёз и надолго, несмотря на приближение марта. И дело совсем не в характере.

Раньше я корила себя. Включала режим «железной леди», заставляла прыгать выше головы, превозмогать, доказывать, вставать и делать. Но теперь я умнее. Теперь я знаю про исследование, которое стало для меня настоящим разрешением.

Учёные из Тюменского медицинского университета вместе с коллегами наблюдали за людьми, живущими там, где полгода царит ночь — в арктических регионах. И обнаружили удивительную вещь: у нас есть ген REV-ERBα, который работает как внутренний дирижёр настроения. Он регулирует сон, участвует в обмене сахаров, влияет на иммунитет. А главное — его активность напрямую зависит от количества света.

Зимой, когда день короткий и тусклый, нашему организму сложно различать утро и вечер. Биологические часы сбиваются, и оттуда, из этого сбоя, растут ноги у эмоциональной неустойчивости, упадка сил, желания закуклиться в кокон и не вылезать до апреля. Результаты опубликованы в серьёзном журнале Journal of Affective Disorders. Учёные говорят, что это открытие поможет лечить сезонную депрессию. Но для меня, здесь и сейчас, это не про будущее. Это про сегодня.

Я сижу у окна, кутаясь в шерстяной плед. Руки, и без того онемевшие от рассеянного склероза, сегодня кажутся чужими окончательно. Даже любимая кружка с иван-чаем не греет — не потому что чай остыл, а потому что пальцы не чувствуют тепла. За окном — белая мгла. Солнца нет третий день. Или четвёртый? Я сбилась со счёта.

В арктических регионах, где полгода длится полярная ночь, люди чувствуют то же самое. Эмоциональные качели, колебания энергии, желание замедлиться до состояния улитки. У них для этого есть объективные причины. У меня, в моей сибирской избушке, они не менее объективны. Минус тридцать за окном, короткий день, серое небо, которое давит на плечи тяжёлым грузным одеялом.

И когда я чувствую, как тяжелеют веки, а руки отказываются делать даже привычную гимнастику — это не потому, что я плохая хозяйка своей жизни. Это потому, что во мне, как и во всех нас, живёт тот самый ген, который честно реагирует на отсутствие солнца.

Мой внутренний «пёс» — тот самый, с цепью и строгим ошейником, о котором я уже писала, — сегодня не хочет слушаться. Он лежит, уткнувшись носом в лапы, и всем своим видом говорит: «Отстань. Я устал. Давай просто переждём».

И я разрешаю. Не ему — себе. Разрешаю не прыгать выше головы в последний день зимы. Разрешаю сидеть у окна и смотреть на белую мглу. Разрешаю пить чай, даже если пальцы не чувствуют кружку. Разрешаю не строить грандиозных планов на календарную весну, которая за окном совсем не чувствуется.

Потому что иногда самое мудрое, что мы можем сделать для себя — это перестать бороться с природой и начать её слушать. Организм не врёт. Он просто просит поддержки. Он просит разрешения замедлиться без чувства вины. И это нормально.

Да, завтра наступит календарная весна. Но мороз и не думает отступать. И это тоже нормально. Потому что настоящее тепло не приходит по расписанию. Оно приходит, когда приходит.

А пока — последний день зимы. Морозная дымка. Чай. Плед. И тихое, мудрое знание: это пройдёт. Всё проходит. Даже самая длинная зима. И однажды утром минус тридцать сменится минус двадцатью, потом минус десятью, а потом за окном окажется плюс. И солнце. И тот самый ген REV-ERBα проснётся, отряхнётся и скажет: «Ну что, хозяйка, пора?»

А вы чувствуете эту последнюю зимнюю тяжесть? Или календарная весна уже зовёт вас вперёд, несмотря на мороз за окном? Расскажите в комментариях. Мне правда важно знать, что я не одна в этом февральском замедлении.

#ПоследнийДеньЗимы #МинусТридцать #ГенREV_ERBα #ФевральНеОтпускает #СезоннаяДепрессия #РазрешениеНаЗамедление #СибирскаяВесна #МоиИстории #РассеянныйСклерозИПогода