Устали от розовых пони и официальных сказок? Добро пожаловать на канал, где с нас снимают розовые очки и выдают бронежилеты. С вами Юлия— ваш проводник в мире, где правда прячется за семью печатями. Забудьте про "все будет хорошо". Мы здесь, чтобы узнать, как оно будет на самом деле. И главное — как выжить. И у нас новая история… кстати реальная. Имена изменены, но события реальны
Он вошел в кабинет как хозяин жизни.
Сел в кресло напротив Веры Павловны, ногу на ногу закинул, носком дорогого ботинка покачивает. Ботинки, кстати, она сразу заметила, новые. На последние взял, или в кредит? Скорее первое. Рассчитал, видимо, что сегодня эти инвестиции окупятся.
— Чай? Кофе? — спросила Вера Павловна спокойно, даже слишком спокойно.
— Давай коньяк, — усмехнулся Руслан. — Мы же почти родственники. Тесть с тещей... познакомиться не дали, так хоть выпьем за знакомство.
— Я не пью.
— А я выпью.
Вера Павловна кивнула. Маленький жест секретарше через окно системы видеонаблюдения — она знала, что та смотрит. Через три минуты в кабинет внесли поднос. Коньяк, две шоколадки, лимон. Руслан налил себе сам, плеснул щедро, почти до краев. Выдохнул, залпом опрокинул половину. Поморщился, но не от вкуса — от предвкушения.
— Значит, так, — начал он, ставя рюмку на стол. — Я тут подумал. Вы люди умные, богатые. Я не дурак. Давайте по-взрослому.
— Я слушаю, — Вера Павловна сложила руки на столе.
— У меня к вам два предложения. Как в ресторане. Комплексный обед.
Он ухмыльнулся собственной шутке. Она молчала.
— Первое. Я женюсь на Кате. Мы, конечно, уже не жених и невеста, но ребенок есть. Будем жить семьей. Вы меня... ну, трудоустраиваете к себе. Я способный. Могу в отдел продаж, могу в закупки. Платят там, я знаю, хорошо. Через пару лет, глядишь, и на долю партнерскую потянет. А?
Вера Павловна чуть наклонила голову, рассматривая его как экспонат.
— Второе, — продолжил Руслан, не дождавшись реакции. — Если я вам такой зять не нужен, если Катя моя вдруг разлюбила... хотя она, кстати, не разлюбила. Я ей вчера писал. Она молчит, но я же вижу — переживает. Любит. Но если вы настаиваете на своем...
Он сделал паузу, театральную, как у плохого актера.
— Пятьдесят миллионов. Это мои отступные. Я знаю, сколько вы в год поднимаете. Полтинник для вас — как комарик укусил. А я исчезну. Честное слово. Нога моей не будет.
— Пятьдесят миллионов, — повторила Вера Павловна бесцветным голосом.
— Ну, можно обсудить, — он дернул плечом. — Сорок пять. Но это уже без НДС, шучу.
Тишина повисла в кабинете такая плотная, что, казалось, ее можно резать ножницами.
— Руслан, — сказала вдруг Вера Павловна другим тоном. Не ледяным, а почти усталым. — Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь?
— А че сразу ты? — он ощетинился. — Мы на брудершафт не пили. Можно на «вы»?
— Можно, — кивнула она. — Вы понимаете, что вы сейчас делаете?
Руслан откинулся на спинку кресла, допил коньяк, крякнул.
— Бизнес. Я делаю бизнес. У вас дочь, у меня права. Спрос и предложение. Рыночек, как говорится...
Он не договорил.
Дверь в кабинет открылась без стука.
Первым вошел мужчина в штатском, но с такой выправкой, что даже Руслан, далекий от армии, понял: мусора? нет, не мусора. Кто-то покруче. За ним еще двое.
— Руслан Сергеевич Кобрин? — спросил первый.
— Ну я... — голос Руслана дал петуха.
— Управление экономической безопасности. Вот постановление о проведении оперативно-розыскных мероприятий. Все, что вы сейчас говорили, записано.
Руслан побелел.
— Да я... Это она меня спровоцировала! Это она! Вера Павловна, скажите им! Мы просто разговаривали! Я ничего не требовал! Я пошутил!
— Пятьдесят миллионов — это очень смешная шутка, — заметил второй мужчина, проходя к столу и забирая рюмку Руслана в пакетик. — Отпечаточки снимут, Руслан Сергеевич. Для коллекции.
— Статья 163, часть третья, — добавил первый, зачитывая с листа. — Вымогательство, совершенное в целях получения имущества в особо крупном размере. До семи лет, Руслан Сергеевич. С конфискацией, кстати.
Руслан дернулся было к двери, но третий мужчина, молчаливый и широкий, перекрыл проход, даже не шевельнувшись. Просто встал — и все.
— Да вы чего? Вы чего?! — заверещал Руслан. — У меня ребенок! У меня дочь беременна! Я отец! Я права качать буду!
— Будешь, — кивнул первый. — В камере. Там много времени, можно все права перекачать.
Вера Павловна поднялась из-за стола.
— Руслан, — сказала она тихо, и он замолчал, вцепившись в подлокотники побелевшими пальцами. — Ты, главное, запомни. Не за деньги тебя ловили. Не за шантаж даже. А за наглость. За то, что решил, будто весь мир — это твой банкомат. Что можно плюнуть в человека, а потом руку протягивать.
Она подошла к нему близко-близко, наклонилась.
— Мама у тебя учительница, да? В Воронежской области? Жалко мне твою маму. Не такого сына растила.
Руслан дернулся, хотел что-то сказать, но первый мужчина уже взял его под локоть.
— Пойдем, поговорим. Там, где попрохладнее.
Катя сидела в соседней комнате, пила чай с успокоительным и смотрела трансляцию с камер на ноутбуке.
Когда Руслана выводили, она отвернулась к окну.
— Мам, — спросила она тихо, когда Вера Павловна вошла. — А если бы он согласился на нормальные условия? Если бы он правда захотел быть отцом?
Вера Павловна села рядом, взяла дочь за руку.
— Катюш. Тот, кто хочет быть отцом, не назначает цену за собственного ребенка. Тот, кто хочет быть мужем, не торгуется за трудоустройство. Ты ни в чем не виновата. Ты просто ошиблась. С кем не бывает.
Катя всхлипнула.
— А ребенок?
— А ребенок будет самым любимым. И фамилия у него будет наша. И защита у него будет такая, что ни один вымогатель на пушечный выстрел не подойдет.
Она обняла дочь.
За окном догорал питерский закат, последние лучи золотили крейсер «Аврору». Где-то внизу, во дворе, сажали Руслана в машину без опознавательных знаков. Он оглянулся на окна, может быть, искал Катю. Не нашел.
Эпилог, он же мой вердикт.
Через три месяца Руслану дали четыре года колонии общего режима. Смягчающих обстоятельств не нашли — отягчающих набралось вагон. Особо крупный размер, попытка давления на беременную, использование заведомо ложных сведений.
Мама его приезжала к Вере Павловне. Плакала, просила прощения. Говорила, что не так воспитала, что отец бросил, что она работала сутками, а сын рос сам по себе. Вера Павловна напоила ее чаем, дала денег на обратную дорогу и на продукты.
— Вы не виноваты, — сказала она на прощание. — Он взрослый человек. Сам свой выбор сделал.
Катя родила девочку. Назвали Анной. В свидетельстве о рождении графа «отец» осталась пустой. Руслан писал письма из колонии, сначала требовательные, потом жалостливые, потом отчаянные. Катя не отвечала.
А через полтора года, говорят, Руслан нашел себе в колонии новую любовь. Какую-то дамочку из бухгалтерии, что села за растрату. Сватался к ней. Та, умная женщина, отказала.
Но это уже совсем другая история.
Вот краткое резюме-инструкция по борьбе с шантажистом (как в истории с Русланом):
1. Холодная голова и ноль эмоций
Не плати, не угрожай, не унижайся. Платеж — не решение, а аванс. Заплатишь раз — будешь платить всегда.
2. Собирай доказательства
Все записи, скрины, сообщения — сохраняй. Диктофон включен всегда. Если звонит — провоцируй на повтор требований в переписке.
3. Подключай профессионалов
Адвокат (спец по уголовному и семейному праву) — обязательно. Он подскажет, как правильно «помочь» шантажисту сесть в лужу.
4. Оперативная комбинация
Назначаешь встречу, где он повторит требования при свидетелях. Лучше — с правоохранителями за стеной. Передача денег (даже муляжа) с поличным — верный срок.
5. Алименты как оружие
Если он папаша — пусть платит 25% от своей «зарплаты». Быстро поймет, что ребенок не актив, а пассив.
6. Ребенок — не разменная монета
Суд встанет на сторону матери, особенно если есть записи требований денег. Общение с отцом — только на вашей территории и под контролем.
7. Психолог для жертвы
Девушке нужна поддержка. Чувство вины — главный козырь манипулятора. Убери его — и он безоружен.
Главное: не бойся, не плати, не верь в «честное слово». Шантажист — как клещ: либо выдирают целиком, либо заражает.
Хотите так же плакать и улыбаться одновременно? Подпишитесь на блог — здесь каждая история забирает кусочек сердца и ничего не отдает взамен. Только тепло.
Ваш проводник в зазеркалье права.