Глава 21
Замечательная штука, заслуженный отдых, какое вкусное, сладкое слово «заслуженный» в совокупности с отдыхом. Мы славно потрудились и стало быть «заслужили», а «бог помогает, тем батальонам, которые лучше стреляют». Я сидел в своей чудесной комнате («хоромы то у тебя тесные»), любовался картинной галереей на стенах, вольготно закинув ноги на соседнее кресло и уютно укрывшись пушистым меховым пледом («под лаской плюшевого пледа»). Бывает же так. Покой... Нирвана…Только, бормочущего ящика телевизора прямо по курсу не хватало. Звуковой фон. Хотя лучше музыкальный центр с любимыми дисками, телевизор я не очень жалую, каналов много, а смотреть нечего. На моих коленях лежал увлекательный (как водится) приключенческий роман (везде есть свои мушкетёры, гвардейцы, подвески, клады и рыцари плаща и кинжала) я рассеяно скользил взглядом по затейливо выписанным строчкам, пытаясь уловить смысл витиеватого сюжета и всё же понять наконец, когда и кого, главная героиня, почтенная сэра рыцарь Идальга, грохнет в первую очередь, а кого всё-таки во вторую, но тем не менее, от души огреет мечом по башке. Кандидатов и на первое и на второе, было у неё более чем достаточно. Я усмехнулся, невольно вспомнив некоторые свои возвращения домой, после особенно тяжелых ночных смен, когда едешь в троллейбусе и пытаешься читать. Какая-нибудь книга всегда собой была. Пытаешься, потому что раз за разом хочешь прочитать одну и ту же строчку, но непослушные глаза слипаются и упорно собираясь в кучу, отказываются сосредотачиваться на каких-то там ещё буквах. В итоге усталые вежды неумолимо закрываются-смыкаются и книга тихо выскальзывает из уже непослушных пальцев, грохаясь о пол... Хорошо если палуба чистая. Просыпаешься, встряхиваешь ошалело головой, как конь у воды, спешно подхватываешь с пола, лучший подарок во все времена и всё начинается сначала. А если не пытаться читать, то абсолютно мгновенно выключаешься, стоит только присесть, если есть куда. Ранним утром, транспорт в мою сторону обычно полупустой летом, чего не скажешь о других временах года, ибо школьники, как саранча заполоняют всё. Таким образом, вполне можно проехать свою остановку и проснуться на кольце («кто я, где я, я что в Ленинграде, какой кошмар»), оно как бы и не страшно вовсе, благо конечная остановка совсем недалеко от моего дома, но просто не комфортно как-то. Проснуться - если разбудят сердобольные попутчики, а то ненароком можно и обратно поехать, на второй круг пойти. Был у меня и такой казус - откуда уехал, туда снова и приехал («бег по кругу, бег вокруг»). Закрыл глаза – «Комсомольская площадь», открыл - опять она же, только с другой стороны, день сурка в миниатюре. «Куда ты тропинка меня привела». Круговорот отдельно взятого усталого тела, в природе. Правда в тот раз был не троллейбус, а трамвай, но это не принципиально и сути дела не меняет. И никто не скомандовал: «трамвай, прижаться вправо».
Хорошо здесь конечно, интересно, познавательно, я бы добавил. Смертельно увлекательно, ключевое слово - смертельно. Не замок, а нежный розарий, цветущий и благоухающий малинник, и что характерно, никакой конкуренции. «Иволгу с малинника спугну, засмеюсь от счастья и заплачу». Все обитательницы, данной несгибаемой цитадели, практически несокрушимой, не побоюсь этого слова, одна другой краше, но клянусь копытами единорога, с Ленкой -Веленой и рядом никто не стоит. Все конкурсы различной красоты меркнут сразу же и бесповоротно. И пусть это даже тот самый эффект перевёрнутого бинокля. Достоинства преувеличивает, недостатки преуменьшает, либо вообще не замечает, а зачем собственно. «Чтобы отношения были счастливыми, надо закрывать глаза на недостатки друг друга.- А когда же их открывать»! Воспоминания медленно, но верно овладевали мной. Призраки недавнего приятного прошлого танцевали в комнате. Я погружался в сладостный туман образов былого. Видимо правду говорят, что плохое со временем забывается, помнится хорошее, превращаясь в этакую ностальгическую дымку, облагораживая эти самые воспоминания, словно патина древнюю бронзу... Ещё старина Конфуций говорил, что человеку свойственно идеализировать своё прошлое, потому что молодость. «Словно времени замок, и захочешь – не взломаешь, чтоб взглянуть ещё разок». Не всё плохое конечно так растворяется, как растворимый кофе в кипятке, иное не прощается и не растворяется никогда. Предательство нельзя прощать, незабвенный Чак Норрис был прав, делая исключение из всепрощения. Никаких сроков давности. Различные эпизоды ТОЙ жизни, вставали перед моим мысленным взором. Я вспоминал наши с Ленкой частые и долгие прогулки, нашу поездку к ней на дачу. Боже, как мы резвились там вдвоем, как всё было беззаботно и светло. По-летнему! Кувыркались, хохоча в речке, играли в волейбол, нам было классно вдвоём, никто не нужен был нам, ходили на болото за клюквой, но набрали почему-то грибов (нормальных, подберёзовики в основном) и даже гадские комары, летающие вампиры, потомки графа Дракулы, нам не могли испортить солнечное настроение. Точнее вампирши, кусаются ведь исключительно комарихи. И всё это за один день – казалось, время непостижимо, неимоверно растянулось, таким долгим был этот счастливый, бесшабашный день. Спрессованное счастье. Золотой слиток наслаждения, друг другом! Бывают, чёрт возьми, такие дни, когда просто необъяснимо хорошо и всё тут... «Бывает всё на свете хорошо, в чём дело сразу не поймёшь». А потом была волшебная, сказочная ночь, наполненная неподдельной страстью, дуновения тёплого летнего ветерка в приоткрытое окошко, вкрадчивый, нежный шёпот листвы за окнами дачного домика. Фантазия любви, поэзия эротики, обнажённые, ждущие и жаждущие тела, на тесной постели. И теснота эта (чего греха таить) была очень кстати. Вспоминалось хорошее. И не хотелось думать, что ехать я не хотел и побежал за билетом и прыгнул в электричку уже в последний момент, перед самым шипением, закрывающихся дверей. А когда ехали на этот невероятный, какой-то там, 68 кажется километр, (конечный пункт назначения, пешком от платформы - деревня Котлы) опять из-за чего-то там поцапались и вяло переругивались всю дорогу... Порознь нам скучно, вдвоём тесно, вот уж точно. «Сойти с ума от разлуки на час». А вечером в деревне вырубили электричество (обычное дело), но чёрт возьми вот уж кто был не в обиде на это, так это мы. Так даже лучше было. «Да точно, вроде следующая остановка после Лебяжье. А в Лебяжье я бывал часто, там брат учился в своё время, в ЛВАТУ. Это самое же ЛВАТУ, окончил Лебедь Анатолий Вячеславович».
От воспоминаний давних, сладко так щемило в груди и я уже было подумал, а не взять ли пару вместительных сосудов, с божественным нектаром и надолго окопаться (или лучше сказать оводниться) в ванной, с целью основательной и качественной релаксации. А что? Если прикинуть и так и этак, то можно и расслабиться, погрузиться с головой в томительные грёзы прошлого («ты что скорбишь, оплакивая грёзы»), раз будущие радости пока не светят. Неотложных дел нет, завтра вроде как отходим в тыл, если это можно так назвать, но раз здесь как и прежде идёт война, то должны быть и передовая и тыл, а значит и передислокация личного состава, имеет место быть. Подопечные графини Алисы, тренируются нормально и самое главное с азартом, с желанием, а это очень важно... Что не из-под палки. Я тоже кажется, ещё в грязь лицом не ударил, не успел ещё, если только в татами... А мои мысли и переживания... Да кого интересует моя рефлексия, моя руминация по большому счёту? Все эти воспоминания, по сути, сплошная рефлексия, увы и ах. Самокопание, самобичевание. Только меня самого, что в общем и не удивительно. И внутренняя пружина, от всего этого очень закручена, ещё пол оборота, того и гляди лопнет, с треском оглушительным. Где найти успокоение? В смирении? Ну нет уж, смирение, как и милосердие, поповское слово. Мы ещё покувыркаемся в перспективе, хочется надеяться. А потому можно со спокойной совестью пойти предаться процедуре омовения, пития и воспоминаниям. Снова и снова, убеждаюсь, что железную философскую базу можно подвести подо что угодно, было бы желание и некоторые знания. А желание выпить («и немедленно выпил»), это сметающий шторм, это цунами, это смерч, сносящий любые препятствия на своём пути. «Больше пейте и меньше закусывайте. Это лучшее средство от самомнения и поверхностного атеизма». Тем более, когда категорически не стоит во всей своей обнажённой остроте вопрос: «где и на что взять». Ну а господа Бахус и Дионис (если не ошибаюсь в их именах) помогут мне в моих благородных начинаниях, всей силой своих градусов и оборотов. Дионис и Вакх это одно лицо или нет, божественное оно или не очень? Какая ерунда в голову лезет ...Чёрт возьми, а как там сейчас в Ленинграде городе? «Ты звонков моих больше не жди. В Ленинграде сегодня дожди». Пусть и сменили в очередной раз название города, (гадский папа Собчак постарался), но город моего рождения это Ленинград. Никакой тут идеологии нет, просто красиво звучит и по-настоящему, надёжно. Шёл я вышагивал домой с работы и пропал. Был человек и нет. Вот так люди и пропадают... А потом на столбах объявления, «помогите найти человека». Любовь Борисовна – бригадир нашей бригады лихой, уже обзвонилась наверное, пытаясь выяснить, почему это я, гад такой, не вышел на работу, мерзавец и негодяй. И попробуй появись сейчас в родных пенатах, ведь никто не поверит моему эмоциональному рассказу (сам бы не поверил) и кто подскажет, как в такой ситуации обставляться. Да я и сам бы не поверил конечно, расскажи мне кто подобную историю. Пальцем у виска бы покрутил… однозначно. Повествование из разряда параноидального бреда. Ворча под нос «ох старость не радость, молодость не порок» я демонстративно кряхтя, поднялся и прихватив по пути пару вместительных сосудов, с нектаром наслаждения и забвения (очень вкусным, но и не слабым), поплёлся принимать водно-алкогольные процедуры. Как говорилось в каком-то, наверняка хорошем фильме – «имеем право». Тем более на душе стало довольно плаксиво, пасмурно, внезапно и вдруг. Так бывает... «Я так устал, а этот мир не изменить, он как жонглёр, а наши души, как мячи».
Я бы даже сказал - хреново и пакостно. Дьявол, ну почему я такой впечатлительный... «Осень, как беда рукой нам машет, больше никогда весна не будет нашей». Девчонок, что ли на планете Земля мало? Да уж - этого добра навалом, вагон и маленькая тележка. Только какое это имеет значение? Да ровным счётом никакого значения - когда на свете белом есть та одна - ЕДИНСТВЕННАЯ. И неповторимая. «Нежная и удивительная». Других просто не существует, их не может быть. Абзац котёнку - совсем скис - раскис идиот несчастный. Ведь не совсем дурак и далеко не оловянный солдатик, вижу же какие взгляды бросает Тина на меня, тем более мы с ней больше всего общаемся, так сказать по долгу суровой службы. И девушка симпатичная (ежу понятно это ещё слабо сказано, «комсомолка, спортсменка, активистка и наконец, просто красавица») и мечом орудует так, что любо дорого смотреть - приходи кума любоваться. Ать, два и фарш готов. И вообще... Но не трогает, всё это - фиолетово и в горошек. По барабану короче... Всё хорош уже психологией упражняться, без стаканомера тут не разобраться. Универсальное средство, антидепрессант, а так же и допинг на все случаи жизни. Поэтому и не приживаются в России психоаналитики и прочие профессиональные психи, не выдерживают конкуренции с нею, с родимой. В дверь деликатно постучались - надо же, какие мы вежливые стали, чёрт возьми. «Стучите ногами, у вас же руки подарками заняты». Правильно, а то мало ли, может я именно в этот исторический момент, предосудительным этаким занимаюсь, вдруг депешу секретнейшую, строчу мрачным, в поте лица и пальцев, невидимыми чернилами, гусиным пером на шифровальном пергаменте. Ну ладно, придётся видимо купальный сезон отложить на потом. Ничего не поделаешь. Ух ты, почти в рифму получилось. Мною внезапно овладело, неведомое, внезапное, непонятное раздражение. Почему? На кого? Если только на себя, едрён-компот, локус контроля внешний или внутренний? Не помню и пёс с ним. Перепад настроения, чтоб его... Пришёл – не звали, ушёл – не заметили.
- Прошу вас, не стесняйтесь, плиз,- крикнул я в сторону дверей. – Вы все тут у себя дома, это я в гостях, чёрт бы меня побрал недостойного. Не откроешь, так дверь вынесете. Вместе со стеной.
Тишина и покой, никакого видимого эффекта. Придётся громче рявкнуть. «Рявкни на них».
- Ворвись же, если ты не дьявол, - вспомнилась фраза из давно забытой книги. Хотя почему же забытой? «Король дзю-до» Альберта Иванова. Замечательная, надо сказать книга. Такие книги и надо включать в школьную программу, а не занудную муть, типа «Кто виноват и что делать», с этой сермягой пусть Васисуалий Лоханкин разбирается, с утра до вечера. «А может так и надо»?
В мою комнату, чуть приоткрыв дверь, несколько опасливо заглянула Тина. Долго жить будет, а это чрезвычайно важно, в нынешних враждебных условиях-реалиях, когда вокруг одни враги. «А вот они условия, а вот она среда. А впрочем, для здоровья полезны холода», Взгляд девушки прошёлся по комнате (чего она тут не видела) и остановился на мне.
- Саш, ты чего? Кричишь чего-то? - её взгляд упал на бутылки, которые я держал за горлышки в одной руке. - А ... Ясно...
Ну вот, так всегда, сразу всё всем ясно и понятно, и объяснять ничего и никому не надо. Как там Вицин говорил: «Не трожь моё самосознанье». Может у меня богатый внутренний мир, который требует полива! Может у меня душа... «Может у меня душа, нежная как цветок». Может она болит и стонет, как тот Днепр, который широкий... А ведь, как чувствовал - помяни чёрта, он и появится. Хотя в данном случае имел место быть, скорее очаровательный чертёнок. А может чертовка. Только вот настроение далекое от карамельной лирики, и ничего не поделаешь. Хандра... Она всегда внезапно нападает. Грызёт и не отпускает, зараза. А вообще, питие не грех! В меру, в потребное время, во славу Божию. Вот.
- Саша, принцесса хочет тебя видеть. Очень хочет, прямо сейчас, и без всяких церемоний и напыщенного этикета.
Хочет она... всего лишь видеть. А розовое платьице и на ручки она не хочет? Можно, святая пятница, подумать, я не хочу, каждую минуту, каждую секунду хочу. Я вообще много чего хочу. Только задачи и цели у нас разные, ну это как водится дело обычное, «так выпьем же, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями». Кибернетика блин. Приплыли. Сговорились они что ли. О ком я думал – те самые, о себе сразу и напомнили. Телепатия блин. Мысленная связь, ментальная коммуникация, магия просто. Хотя, как раз именно магия, именно здесь понятие далеко не условное, а самое что ни на есть реальное. Не понарошку так сказать, а в самом деле. На меня нахлынуло такое чувство беззащитности, что по сравнению со мной, черепаха без панциря была броненосцем «Потёмкиным» или медоедом. Есть такой зверь, неуязвимый. Хорошо хоть просто хочет видеть, без этого придворного, лакированного официоза и прочих тягостных церемоний. Кто их только выдумал, эти самые церемонии. «Главнейшие церемониймейстеры» ясное дело, иначе без работы останутся. Расфуфыренные бездельники для таких же бездельников, дабы придумать для каждого, хоть какое-то подобие дела или занятия. Я вам, любезный, не просто так, мне оказано высочайшее доверие королём, левый тапок снимать по средам и четвергам, а не по каким-то банальным понедельникам, с венценосной пятки. Что вы, что вы, а я могу шляпу не снимать, перед самим королём! Раздумья раздумьями, сарказм сарказмом, но пауза затягивалась, а монаршие особы ждать не любят. Так что «каждый должен нести свой крест, с гордо поднятой головой». И согбенной спиной.
- Хорошо, куда я денусь с подводной лодки, если форточку не открывать. Разумеется увидит, раз принцесса хочет, «требует – примем», - получилось несколько иронично, да и ладно. Всё равно советскую киноклассику здесь не знают.
- Я согласен, - следом добавил я, совсем сбрендил, кретин еловый, можно подумать у меня тут разрешения спрашивают. Меня просто ставят перед фактом, что они-с видите ли «хочуть».
Она хочет и этого более чем достаточно, а мой номер шестнадцатый и место аккурат, в буфете за углом. И денег лишь на чашку кофе, в лучшем случае. «Вы мне ещё кофе налейте, я у вас здесь долго буду».
- Она нанесёт тебе визит чуть позже, а меня послали предупредить, чтобы ты был у себя и... в подобающем означенному визиту виде.
Взгляд стражницы-посланницы-вестницы, вновь упал на красивые бутылки в моей руке. Ух ты, вот это да, свершилось чудо. Я-то, по чести говоря, думал мне придётся снова плестись на аудиенцию, как жертвенному тотемному быку на заклание, а тут оказывается меня почтят своим блестящим присутствием, нисколько не чванясь постами и чинами. Этак запросто и по простому. Сколько у меня желчи всё-таки, так и разливается. Велена-то в чём виновата. Тем что родилась принцессой и один в один (точь-в-точь) похожа на Ленку? А голосок-то у Тины грустный, понурый голосок, ну тут всё и ежу понятно. Но мы не ежи и нам не понятно. В себе бы разобраться, где уж там понять хитросплетения эманаций чужих и нежных душ. И что мне визит грядущий готовит? Новое задание (был такой разговор не так уж и давно) или разбор полётов, с раздачей слонов и тумаков, совмещение приятного с полезным. Стереотип мышления имеет место быть, всё-таки высокое начальство изволит быть с визитом. Ну а кто она? Ясен пень - начальство, самое высокое в здешней иерархии. Выше только боги, (вся власть от бога) местный небесный пантеон. Так что изволь стоять трезвый, выбритый до синевы, с придурковатым и преданным, залихватским видом. А сразу подсознательно начинаешь искать и вспоминать прошлые грехи, а не нашкодил ли ты где мил человек. «Кто из вас без греха, пусть первый бросит в меня камень». Все мы грешные. Был бы человек, а статья найдётся. То что вы не сидите это не ваша заслуга, а наша недоработка… К великому моему сожалению, романтический вечер воспоминаний сладких и приятное времяпровождение, скорее всего отменяются. А уж водные и прочие процедуры точно отменяются. «Ах простите, ваше высочество, я тут это моюсь, бреюсь и пью, вы эта... погодите немного, часок-другой. А может, по-соседски за пивком и копчёной рыбкой сгоняете, чего уж там, свои люди, сочтёмся». «Ну ты дай закурить! – А за пивком не сбегать»?
Или попросить спинку потереть... «О тёпленькая пошла». Мне бы потёрли, только не спинку, а шею и мочалкой выступил бы топор банщ... тьфу ты, палача. Разумеется, вслух я этого ничего не произносил. «Говоришь о палаче?-Что вы, ваше величество, я его с этой стороны и не знаю совсем. – Узнаешь».
- Почту за честь принимать принцессейшую из принцесс в своих скромных апартаментах, хотя строго говоря и апартаменты тоже не мои, а её. Я как бы это сказать, арендую данное помещение что ли. Скромный наниматель Где мой мундир парадный, ах да, в ломбарде. «Частям прибыть в город Черноморск. Форма одежды – караульная. Трубите марш»! «Кавалергарда век не долог».
Я всегда начинал язвить, когда чувствовал, что ситуация лично мне не понятна и непредсказуема. Но говорил я уже в пустоту – Тина быстро вышла из комнаты, с ну очень удивлёнными глазами. И я её понимаю, потому что частенько сам себя не понимаю. Какая коронная фраза! Будем ждать. Я вновь уселся в покрытое мохнатой шкурой (что это за зверь такой), кресло и с тоской, прямо-таки с вожделением, посмотрел на бутылку, ну не нести же обратно, да и время скоротаю, до аудиенции блестящей. Как говорится среди нас, по чуть-чуть. «Момент не тот Пётр Семёнович…По чуть-чуть» В небольших дозах - алкоголь полезен в любых количествах. Как там товарищ Черномырдин говорил: «Лучше водки, хуже нет». Дотянулся до столика и взял бокал из тончайшего стекла на длинной витой ножке. Такое ощущение, что и держал одну ножку, настолько прозрачное и тонкое стекло было. Даже жутковато вино наливать в такое произведение искусства. Интересно, а где кубки, в замке традиционно должны быть массивные кубки, можно оловянные, золотые совсем не обязательно. Эстет, блин, но мы во дворце или как... ноблесс как говорится оближ, положение оно всегда обязывает. Лопни, но держи фасон. Хотя, разумеется, в этом что-то есть, когда смакуя пьёшь старинное (для меня оно более чем старинное) вино, чудесного букета из красивого бокала, тончайшего стекла. Такое тонкое и прозрачное стекло, что поневоле кажется вино застыло в воздухе, приняв форму невидимого бокала. «Плесните колдовства, в хрустальный мрак бокала». Если уж надираться, то со вкусом, элегантно… Сказалась то ли усталость, то ли общее моё меланхолическое настроение, а может вино было каким-то особенным. Тут всё особенное. Лишь бы только снова с сонным бальзамом не опростоволоситься. Интересно, сколько бы бутылка такого невероятного вина, стоила бы в моё время. На любом аукционе, с руками бы оторвали за любые деньги. «Десять стульев из дворца». Я постепенно погружался, проваливался в полусон, в полутранс...
---------------------...............................-------------------------------........................................................----------------------------
- Сашуля привет!
- Лен, наконец-то. Кто позвонил, какие люди, я так ждал, я так скучал! Чёрт возьми, а что с голосом у тебя?
- Я заболела, Сашенька. Простыла и охрипла. Летом…
- Тебя и не узнать. Так хрипишь, словно радио старое.
- Ты меня такой любить не будешь.
-Ха, чёрта с два, не дождёшься. Мечты, мечты в чём ваша сладость. Я сейчас приду. Прибегу! Прискачу!
- Нет не надо, не хочу, чтобы ты меня такой видел.
- Сок какой? Как обычно: апельсиновый и грейпфрутовый? Витамин С первое дело при простуде.
- Саш...
- Да я давно уже Саш, с рождения можно сказать… Всё, я побежал, сдирая подковы с копыт и разбивая в пыль асфальт, этими самыми копытами. С искрами и грохотом. «С грохотом и гомоном и гамом, путь свой начинаю к Зурбагану. Было бы что разбивать собственно, не асфальт и был, колдобины одни.
Считанные минуты лихого бега по относительной ровной местности, остановка на маршруте следования, для покупки фруктов и соков и снова зачёт по бегу. Любимая заболела, гром и молния и тысяча чертей в придачу. «Когда твоя девушка больна». Какие уж тут вечеринки. Сбитое дыхание и финиш у заветной двери, у ворот рая на первом этаже. «Когда твоя девушка больна, всё не так».
- Саш, ну я же просила... Господи, Сашка, как хорошо, что ты пришёл.
Вот ради таких невероятных мгновений, пронзающих всё тело сладким током, и стоит жить. Тогда и понимаешь в полной мере, что всё не так плохо в нашем несовершенном мире под луной.
- Держи апельсинчики, держи витаминчики, болезная моя. Рубль штучка, а в кучке много штучек. Хотя, что такое сейчас рубль. Слёзы.
- Саша, я же гриппую, вдруг и ты заразишься.
- Ну будем грипповать вместе, может в этом и есть великая сермяжная правда, хотя исходя из личного опыта, зараза к заразе, как правило не пристаёт. Мы с тобой не католики и не гугеноты, чего уж там, но клятва у католиков красивая и применительна к данному случаю. «Я клянусь любить в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни (акцентирую!) и здравии, любить и лелеять, пока смерть не разлучит нас». Красиво, чёрт возьми. А я зараза ещё та, клянусь рогами и левым копытом дьявола. Кашлять, чихать, сморкаться, пользуясь одним носовым платком. У тебя, как у очень аккуратной девушки (не чета мне, дуролому) обязательно должен же быть хоть один носовой платок. Пусть даже и не батистовый.
- Фу.
- Спи радость моя. Дай я тебя укутаю, одеяло тёплое, уютное. Сон лучшее лекарство. Особенно, клянусь всеми богами прошлого и настоящего, если это самое лекарство принимать вместе со мной, долго и многократно.
Ленка, милая Ленка, принимает своё излюбленное положение, кладя голову (разметав свою роскошную гриву волос) мне на грудь, ласково обнимая рукой.
- Сашуля, расскажи мне сказку, - сонным, милым голоском попросила Ленка.
Ещё одно наше милое развлечение. Как-то Ленка позвонила поздно вечером, не спалось ей видите ли. А раз ей не спится, то почему это я должен спать? Конечно не должен и третьего не дано. Логично железно... Мы говорили, говорили... Поразительно, как можно разговаривать и не замечать время. Минута за минутой, час за часом. Счастливые часов не наблюдают - вот уж верно сказано товарищем Грибоедовым. А потом я начал на ходу выдумывать какую-то абсурдную историю про Змеюшку-Горынушку. Он у меня был неожиданно добрым, отзывчивым и вообще заколдованным витязем - справедливым и честным. Этакая компиляция со всех сказок вместе взятых. По ходу дела, Горыныч долбил и в хвост и в гриву Иванов и прочих там царевичей, они как раз и были плохими парнями, «плохие парни носят чёрное» корыстными и жадными стяжателями, лишь бы урвать царственную недвижимость, не облагаемую налогом. Плюс дочку царя в жёны заполучить. «А я не хочу по расчёту. А я по любви, по любви хочу». А Змеюшка на лицо ужасный, но прекрасный внутри, освобождал прекрасных дочерей монархов из любви к искусству, не претендуя на царские земли и прочие глупости. «Красавица и чудовище». Ленуля так с телефонной трубкой и уснула, слушая мои выдумки. Со временем эта занимательная история превратилась в целый сериал. Вот и сейчас:
- Расскажи сказку. Нашу. Пожалуйста.
Как тут откажешь, когда тебя обнимает милая любимая девушка, от которой просто дыхание перехватывает.
- Ну слушай радость моя. ЗначитЬ, дело было так.
- А ты не уйдёшь? Ты останешься?
- Я не уйду, я останусь.
------------------------...........................................----------------------------------.....................................---------------------------
Сломя голову несусь домой (интересное всё-таки выражение - сломя голову, а вдруг и правда сломается) радуясь тому, что живём мы с Ленкой достаточно близко друг от друга. Опаздываю, блин, катастрофически. Бегом домой, бритьё-мытьё, переодеться, перекусить на скорую руку, чем бог (стол конечно не как у Альхена, завхоза второго дома Старсобеса) послал и на работу в ночную смену. Любовь-любовью, но работу никто не отменял. Ускоряюсь резко - лето не зима, на мне кроссовки, футболка и джинсы - бежать легко и приятно. Разгорячённое лицо, приятно обдувает тёплый ветер.
- Саша!
Торможу (полное ощущение, что подошвы кроссовок задымились) и оборачиваюсь, голос мне очень хорошо знаком и лично глубоко симпатичен.
- Здравствуйте, Татьяна Степановна. Вы как всегда прекрасно выглядите.
- Лена дома?
- Так точно. Проводил и сдал из руки в руки. Опись, протокол, отпечатки пальцев.
- Я так волнуюсь. Саша, ты уж пожалуйста…
- Не переживайте, всё будет нормально (без банальных фраз никуда), ничего плохого не случится. Вы имеете дело с профессионалом, Свирепый Гарри, шутка юмора... Извините, ради бога, на работу опаздываю. Лена дома и с ней всё в порядке, через несколько минут, вы сами в этом убедитесь. Честное благородное слово, да.
- Беги, беги. Пока. Спасибо тебе.
- Не надо денег, мы просто сделали свою работу,- от души веселясь, отвечаю я. - До свидания. Не волнуйтесь.
Всё, я дома. Быстро облачиться в любимый камуфляж, на остальное уже просто нет времени. Ничего страшного, не в первый раз. Незамедлительно к телефону:
- Лёха, привет. Живой? А жаль... Шучу. Лёш, подожди меня пожалуйста, я минут через двадцать буду, а то завал, не успеваю. Благодарю вас монсеньор, лечу.
Лёша Сотников тоже живёт рядом со мной (так уж получилось) и работал тогда тоже на приснопамятной «Заре».У него имеется заслуженный жигуль «семёрка», который нам здорово экономит время на дорогу (со временем жигуль, благополучно почил в бозе и его заменил более современный Ситроен). С ужином облом и пролёт, да и чёрт с ним сухпаем возьму, не в первый раз опять же, а чай по дороге куплю. Камуфляж, ботинки, сумка. Ажур. По коням, аллюр три креста. «Остался дом за дымкою степною, нескоро я к нему вернусь обратно».
Лёха уже нетерпеливо переминается у машины, смоля якобы американскую сигарету «Лаки страйк».
- Саня, - щелчок по наручным часам. - Время.
- Время, которое мы имеем, это деньги которые мы не имеем. Извини, у Ленули задержался, с меня мороженое.
- Лучше пиво, пенное и холодное. В идеале чешское. Упаковка.
- Уговорил, языкастый... Мороженое с пивом, какой моветон. Всё, гони. Шумахер. Нас ждут великие дела!
А Лёши Сотникова нет в живых уже. Земля пухом и царств небесное. хороший парень…был.
В то лето в Сосновой Поляне, окаянствовал мудак-маньяк, потроша детей, как это ни омерзительно, но в прямом смысле этого слова. Родители естественно нервничали и стояли на ушах, мягко говоря. Понять беспокойство Ленкиной мамы было можно. Она просила от Ленули ни на шаг, ни на полшага. Потом, значительно позже, был задержан и заключён под стражу, некий Игорь Иртышев из Мурманска. Совсем молодой парень, кстати. Вроде он и оказался по версии следствия той сволочью. Сомнительные лавры Сливко, того самого, что заслуженный учитель и по совместительству жуткий серийщик, любитель начищенных ботинок, не давали ему покоя что ли.
-------------------------------------------.............................................--------------------------------------.....................................---
Я открыл глаза внезапно, рывком. Моментальный переход из сна в реальность. В паре метров от меня стояла Лена, тьфу ты чёрт, принцесса Велена, никогда наверное к этому не привыкну, едина в двух лицах. Метаморфозы бытия. Сразу осознать, что прекрасный сон закончился, было весьма сложновато, тем более очаровательная героиня сна, владычица сновидений - вот она, во всей своей манящей плоти, только руку протяни. Угу, протянешь ручонки, тут по ручкам шаловливым и дадут сразу… топором. По-взрослому дадут, без пальцев останешься в лучшем случае. Ноги протянешь. Принцесса внимательно смотрела на меня и её глаза, в свете негасимых факелов, отливали изумрудным огнём. Как всегда бывает в серьёзные моменты, вспоминается что-то вообще не соответствующее моменту. Вспомнился мастер Безенчук у которого глаза горели неугасимым огнём, правда по другой известной причине. Замысловатую причёску густых каштановых волос, украшал витой обруч в виде дракона с рапростёртыми крыльями. Глаза дракона тоже отливали зелёным, изумрудным огнём настоящих каратов. В очередной раз понять, что Лена осталась там, во сне, в другой жизни в конце концов, а передо мной стоит просто её физический двойник, но по сути совсем другая девушка, было даже не сложно, а очень даже больно. Губы прекрасной, нежданной (хотя меня же категорически предупреждали) гостьи тронула горестная усмешка, ну так и есть, конечно увидела бутылку. Собственно чего её высматривать прокурорским взором, вот она на всеобщем обозрении стоит, как три тополя на Плющихе. О небо, и когда я успел её оприходовать, впрочем, дурное дело нехитрое, особенно когда оно приятное... Первый бокал колом, второй соколом. Я покаянно молчал, попросту не зная, что сказать, с чего начать, да и что тут говорить. Принцесса заговорила первая, сверкнув жемчужными зубками, я точно свихнусь ко всем чертям, просто физически ощущая, как предохранители плавятся в мозгах. На тренировках было легче, а сейчас не выдержу и брошусь. В омут с головой. Там и останусь «тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца».
- Я хотела с тобой поговорить.
Мы уже не раз говорили, но привыкнуть просто невозможно, тот же голос, те же интонации, та же мимика. Пластика и жесты. Так и поверишь в переселение душ.
- Я весь во внимании, ваше прекрасное высочество, превратившись в одно сплошное ухо. Почтительно внимаю. – с этими словами я встал. Сидеть при даме, тем более принцессе это безобразие. «Этого я даже себе не дозволяю».
- Я хотела... Я сильно... – Велена вдруг заразительно рассмеялась. – Извини, Саша, я представила, как ты превращаешься в одно сплошное ухо.
Добрый смех это очень хорошо, добрый смех, он сближает и как совместный труд, облагораживает.
Звон колокола. Пожар что ли. Набат! И заполошные крики:
- Тревога.
- К оружию. Нападение.
Ну как в кино, на самом интересном месте. Классика жанра. Алярм, алярм! Хватай мешки, вокзал отходит. На самом, чёрт возьми, интересном месте. Я уже разволноваться успел. Такая интрига. Как не вовремя, а может наоборот вовремя. Я бешеной ракетой, на первой космической, рванулся от кресла к двери, пустая чёрная бутылка бабочкой отлетела в угол, но упала на шкуру и не разбилась. «Гол» мысленно прокомментировал я.
- Прошу прощения, ваше высочество, кто-то безумно пакостный, без должного почтения относится к вашему высочеству, прерывая вас на полуслове, на таком важном полуслове и теперь нас снова ждут великие дела. Аудиенция стало быть окончена. Мне очень жаль. Тревога тревожная!
По пути, подхватывая пояс с мечом и другой необходимый боевой металлолом (по разом взмокшему лицу, покатились крупные капли пота), я стремительным галопом (домкратом, чёрт возьми) выскочил в коридор. У любого нормального мужика, при таких азартных криках, включаются особые рефлексы на подсознании. И скорее вперёд по замковым лестницам, поворот за поворотом, быстрее вниз. Дежа вю. Дубль два. Зачастили гости к нам. «Новая партия старушек». Бой шёл на территории охраняемого объекта, как же так, неужели прозевали. Не может такого быть, весь доблестный личный состав бдил по-взрослому, понимая всю серьёзность момента. Куда часовые смотрели? Только их не видно что-то, и это очень нехорошо, потому что... Потому что гладиолус! Неподалёку, ожесточённо сражалась одна из «блестящих». Я даже заморгал от удивления, её противником был нормальный живой человек, одетый в плотную кожаную одежду, вооружённый длинным мечом. Кожаный панцирь, кожаные штаны, высокие мягкие сапоги. Весь такой из себя проклёпанный. Типичный «рокер-металлист» или байкер из моего измерения. Сам «металлистом» в старших классах был. Чёрт, неужели «дикие гуси» нарисовались? Наёмники, команда пять, блин, коллеги Майка Хора. Это плохо, очень плохо, не было печали, черти накачали. Стражница, постепенно отступая, тем временем приблизилась ко мне, но вдруг поскользнулась в луже крови (охренеть - лужа крови, и я так спокойно об этом говорю) и упала. Грамотно упала, сгруппироваться успела, даже красиво, но темляк лопнул и меч отлетел в сторону. Чернобородый наёмник (нехилый такой дядька), в рогатом шлеме (как во все времена, вояки рогатые шлемы любят, намёк на то, что их не бывает долго дома что ли) оскалясь в злобной усмешке (нескольких зубов явно не хватало), занёс свой громадный меч над девушкой, какое уж тут к чертям собачим милосердие... Равноправие полов и гендерные роли! В тени от стены, этот всецело, увлечённый девушкой, рогоносец меня не заметил, за что и поплатился незамедлительно. Невнимание не освобождает от ответственности. Я ударил со всей злости в подколенный сгиб, а когда рогатый опрокинулся, довершил начатое, ещё одним точным ударом. Наёмник успел удивлённо, даже несколько огорчённо посмотреть на меня и в ту же секунду отправился к своим тёмным рогатым богам и котлам на огне. Аминь. Удивлённый взгляд померк. Терминатор хренов.
Я подхватил меч девушки и протянул ей - сама галантность в любой ситуации, ха. Девушка уже поднялась, словно капля ртути блестящей перетекла - молодец, ничего не скажешь, держит удар. Это была Стефа, совсем уж молоденькая стражница из отряда Алисы.
- Держи крепче, серьёзное оружие как-никак. Тебе солнце, зачем меч вручили? Комаров глушить, или мух отгонять? Как обстановка, что с часовыми? Почему посторонние на территории? Пришли без приглашения и мусорят понимаешь. «Дежурный, почему мусор на плацу».
- Убиты часовые. Стрелы.
- Твою же мать, доигрались в благородство. Как вас раньше-то не перестреляли, как куропаток... Таких наивных.
- Мы с давних пор, привыкли сходиться в честном бою. Эти боевые традиции не принято нарушать.
Хм... Дурость это слюнявая, а не традиции! Традиция любой традиции, в том что рано или поздно, любая традиция нарушается. И это тоже традиция. Честь и благородство, конечно это очень хорошо, просто прекрасно, только вот какая штука получается - между честью и жизнью, весьма часто выбирают жизнь, и ничего живут дальше, хоть и без чести... Со временем забывается. И я, блин, тоже хорош, давно пора было, если можно так выразиться, поставить лук или арбалет на вооружение, наплевав на благородство и традиции. Лук вообще, оружие серьёзное, если конечно умеешь с ним обращаться. Английские лучники очень лихо долбали дворянскую французскую тяжёлую конницу - цвет рыцарства, никакие качественные доспехи не спасали от метко пущенного бронебойного болта…За что и платили своими двумя пальцами, если попадались. Но сейчас не до экскурсов в историю, не до Азенкура. И в настоящее время, арбалет весьма распространённое оружие в спецвойсках, вернее в войсках спецназначения (есть разница). «А какая разница - коренная»! Мощное и практически абсолютно бесшумное оружие.В отличие от относительно бесшумного огнестрельного, лязг затвора и другие сопутствующие звуки выстрела, никто не отменял. Можно и тросик с «кошкой» забросить куда надо, а можно и успокоить наглухо кого надо. Что характерно и броник не спасёт, будь он хоть кевларовый, высокого класса защиты. Я снова ругнулся, от избытка эмоций, увы отрицательных.
- Мать твою.
- А моя-то, здесь при чём? - резонно возразила Стефа, не знающая тонкостей глубин русского языка.
- Да уж, она-то точно не причём. Извини, сгоряча вырвалось. Замнём для ясности, порулили. Глянем что и как. Позырим так сказать.
Что-то было не так, совсем не так. Привычное зло не так страшно. Но всё проходит - вот и прошло. Какого чёрта в ход пустили наёмников, откуда их вообще взяли - противник резко поумнел и решив взять реванш, резко нанял профессионалов? И до этого, насколько я знаю, как мне рассказывали, не всегда обходились оживлёнными обитателями кладбищ. Услуги «гусей» недёшевы. Я конечно знал уже, что у мрачных есть немногочисленные отряды волонтёров - этакая личная гвардия, преторианцы... типа. Но обычно этих достойных джентльменов, использовали для более деликатных операций, где требовалась не столько звериная сила и неистребимая жажда убийств, сколько ум, хитрость и изворотливость, ну и виртуозное владение оружием конечно. Этакая бригада Дирливангера, ассасины для особых поручений, тонкой, но грязной работы, которая во все времена дурно пахнет. Хотя надо признать, силы и сноровки в обращении с оружием у этих сегодняшних гадов тоже хватало. Часовые со стрелами в шеях, прямое тому доказательство, это надо уметь.
Следовало в темпе вальса оценить обстановку, пока ситуация не стала не обратимой. Расслабились, чёрт. Отпуск близился и все тридцать три удовольствия - вот и получили... По зубам ногой. Наёмники дрались слаженно, умело и ожесточённо, но как-то осторожно что ли. Умело прикрывая друг друга, они медленно отступали к открытым воротам. ОТКРЫТЫМ!!! Вот это уже ни в какие ворота не лезло - такой вот невольный каламбур. Атакующих, точнее уже отступающих, в общем-то и было немного. Чёрт возьми, куда там этим ходячим мясорубкам с кладбища, если эти красавцы в шкурах, небольшими силами смогли сделать то, что не могло сделать целое захоронение, превращённое в боевые машины. Вот такие вот сопоставления. Что-то тут не то. Исходя из увиденного, можно было предположить, что замок Моск должен был уже давно пасть, на милость победителя. Почему же раньше не пускали в ход, этих рогатых головорезов. Должна же быть какая-то разумная причина. Цена вопроса? Дорого берут за свои услуги? Мне кажется это тот случай, когда цена не имеет значения, выгода такая, что всё окупится сторицей. Берегли ценные кадры для более подходящего случая? Какой ещё случай может быть более подходящим? Судя по всему у этих мрачных, пограничный замок Моск, как бельмо на глазу. Мысли, как обычно в подобных ситуациях неслись вскачь, бестолково обгоняя и перегоняя друг друга. Мои мысли, прости господи, мои скакуны. Такое ощущение, что эти мохнорылые рубаки выполняют строго определённую задачу, не увлекаясь азартом боя, что собственно характерно для диверсионной группы, выполняющей узко поставленную задачу. Пришли, напакостили быстро и желательно без пыли и шума и немедленно свалили. Потерь, среди наших я больше не наблюдал и то хлеб. Исключая часовых... «Рыбки» рубилис слаженно, ожёсточённо и зло, оно и понятно - жизнь и честь на кону. Да и месть мотив более чем серьёзный. Противники им достались более чем достойные, мечи яростно сверкали, как жестокие молнии и с такой же скоростью. Не уследить глазами. Что вытворяют с женщинами, эти ландскнехты мрачных, пришедшие из других областей и вставшие, за звонкие монеты, под чёрные знамёна, с вышитыми на них эмблемами хаоса, зловещего ордена, я уже примерно знал. Фраза «живые позавидуют мёртвым» была в этом случае весьма актуальна. Есть большая разница, КАК умереть! Стражницы, упорно пытались замкнуть агрессоров в кольцо, те в свою очередь не менее упорно, сопротивлялись этим намерениям и чего греха таить, получалось у них довольно удачно. Мастера! Конфликт интересов на лицо. Однако хватит бездельничать и созерцать баталию батальную, пора и в дело. «Слева рать, справа рать - приятно с похмелья мечом помахать». Всё решает засадный полк.
Вдруг со стороны весьма крутого лесистого склона (моя прогулка по нему, после моего э-э-э оригинального появления здесь, мне запомнится надолго) перекрывая лязг клинков и гул хриплых выдохов при доводке удара, глухо донёсся рёв рога. Звук рога по настоящему я не слышал никогда, разве только в кино, но не узнать его было невозможно. Душа вибрирует от звуков таких. Иерихонская труба реально. Наёмники стали ещё быстрее отходить к воротам, а вот нам пробиться к ним, чтобы закрыть их и блокировать путь отхода, не было никакой возможности. Очень уж хваткие ребята, рубаки умелые, тренированные. Мелькание заточенной стали, представляло сплошную непреодолимую завесу!
Оставалось только выжать этих «редисок», этих нехороших людей за пределы периметра, с минимальными потерями, а в идеале совсем без них. Потерь, среди упоённо фехтующих «рыбок», я пока так и не видел. Тоже не от сохи на время. Часовые, часовые... «Наши павшие - как часовые». Стражницы были весьма потрёпаны, некоторые подранены, но двухсотых и серьёзно трёхсотых, я хвала богам, не наблюдал. Это радовало несказанно. Судя по всему, рёв рога - это сигнал отхода. Удивительно точное и логичное умозаключение, конгениально блин! «Тонкое жизненное наблюдение». Но цель-то, цель какова? Ну напали, ну пощипали нас (ощутимо надо признать), ну ретировались, не утруждая себя объяснениями, как подобает воспитанным людям, но кто тут говорит о воспитании. «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро». А по вечерам и с оружием? Цинично говоря, ущерб минимальный (простите меня девушки на башне), а могли бы устроить Варфоломеевскую ночь, резню настоящую - было бы «рогатых» побольше числом. Ежу понятно, что они преследовали какие-то свои цели и выполняли определённую задачу, просто так ведь и мухи парой не летают. Разведка боем? Вряд ли... Чего они про нас не ведают? Численный состав и расположение совершенно секретной кухни? Чертежи секретной ложки, с хлебалом и держалом? К сожалению, мы весьма скоро узнали о цели этого, кажущегося бессмысленным поначалу, грубого визита вежливости. Но увы, легче нам от этого не стало, скорее уж наоборот. Раз приходит беда – отворяй ворота. В общем, данное мероприятие, прошло можно сказать без моего скромного и посильного участия. Наёмников медленно, но верно выдавили вон (позвольте вам выйти вон) и без выходного пособия. Мавр сделал своё дело - мавр может уходить. Он и ушёл, точнее они, грамотно отступили. Звон боевого железа постепенно стих. Некоторые, особо ретивые амазонки, ринулись было за отступающими. Но вот этого делать, никак не следовало.
- Отставить, - гаркнул я, что есть силы. Не можешь предотвратить бардак, тогда возглавь его. - Перестреляют как куропаток или в засаду попадёте - там тоже, судя по всему не дураки и не лопухи. Заложниц нам только не хватало для полного счастья. Закройте засов и задвиньте ворота, то есть наоборот разумеется. Где графиня?
Графини во дворе не было. Странно... И весьма. Такая карусель и без Алисы! Неужели она могла пропустить такое развлечение? Я пошёл к башне и грохоча каблуками по металлу, поднялся по лестнице на смотровую площадку. Как я ни старался, но всех девушек по именам я ещё не мог запомнить, к сожалению имён, лежащих передо мной девушек, я тоже не помнил. К сожалению или к счастью... За всех переживать, никаких душевных сил не хватит. Профессиональный цинизм. Хотя им уже наверное всё равно. Обе были убиты стрелами. У одной «рыбки», арбалетный болт с чёрным оперением торчал из глаза, у другой навылет была пробита шея. Мастера работали, ничего не скажешь... Одновременно исполнили, чтобы не успели поднять тревогу. Девушек я конечно раньше видел, но не знал близко, как скажем Тину - видимо поэтому их смерть воспринималась несколько отстранённо и абстрактно. Потом накатит.
Хотя красавица с пустыми глазницами, в саване и с косой, краше от этого не становится. Смерть всегда остаётся смертью. К горлу подкатил комок горечи, рот наполнился кислой слюной. Полоса отчуждения между крепостной стеной и лесом была слишком узка или эти поганцы весьма хорошо и умело маскировались? Когда война становится профессией, поневоле научишься маскироваться, ужом ползать, нужда заставит и с сопливым целоваться. А скорее всё вместе - из гущи леса не очень то и пальнёшь, любая ветка может изменить траекторию полёта и пиши пропало, засветишься раньше времени. Вдруг снизу послышался какой-то неясный, но всё более нарастающий гул. Словно пожар разгорался. Это что-то новенькое. И я уже заранее предчувствовал, что ничего хорошего этот самый гул не принесёт. А гул всё нарастал, временами прорывались яростные, озлобленные крики. Крики ярости разрывали общий тревожный гул, словно трассеры густую ночную темень. По гулким ступеням лестницы, загрохотали чьи-то торопливые шаги. Да уж, назвать лёгкой девичьей поступью, этот грохот каблуков я бы не рискнул. На площадку, как чёрт из коробочки, вылетела, запыхавшаяся Тина. Глаза у неё полыхали ужасом, может быть и дурацкое сравнение, но иначе и не скажешь, вот именно полыхали и вот именно, что ужасом. Дьявольский огонь. Воспламеняющая взглядом. Она пыталась, отчаянно жестикулируя, что-то мне сказать, но получалось плохо, лишь воздух с шипением вырывался у неё из лёгких.
- Ну, ну, спокойно девочка моя. Вдохнула! Выдохнула! Не заламывай ты так руки. Что там ещё на мою седую голову? Хуже не будет, хуже некуда!
Но Тина уже увидела убитых девушек (вполне возможно это были её подруги) и слова снова застряли у неё в горле. Я мягко встряхнул её за чешуйчатые плечи.
- Тина, это я, посмотри на меня. Соберись, успокойся. Хуже уже не будет, хуже просто некуда. Что стряслось ещё, в нашем несчастном дамском королевстве?
Тина вроде бы всхлипнула пару раз, хотя возможно мне это лишь послышалось.
- Они... Они... Принцесса Велена похищена. Личная стража принцессы перебита, графиня Алиса ранена.
Нокаут. Поплыл. Как это называется на ринге, «грогги» вроде бы, ты ещё стоишь на ногах, но уже всё кончено, через мгновение рухнешь, как подкошенный. Я словно пропустил прямой удар боксёра профессионала, в глазах потемнело, в ушах зазвенело. Пожалуй, я поторопился с суждением, что хуже не будет. Совершенству нет предела. Если уж Саня (то есть я) затесался в чужую компанию - всё, удачи не жди. Всё встало на свои места, а я ещё ломал голову, что этим гадам понадобилось. Чёрт!? Что же я стою, действовать надо. Действовать... И быстро и умно. Что может быстро и качественно натворить, хорошо тренированная и подготовленная диверсионная группа, я прекрасно себе представлял, но чёрт возьми, как всё-таки им удалось? «Но, чёрт возьми, Холмс, как»? Наш пряничный замок, разумеется, не секретный космодром, но тем не менее. Через стену её перекинули что ли. Хотя зачем кидать. Вон абордажные «кошки» с тросами, не штурмовое снаряжение, а загляденье просто. Так же и Велену могли оглушить (напоить, усыпить) связать и на тросах поднять и спустить на ту сторону. А через ворота отходила отвлекающая группа. Мастера... Спецы... Сковали боем и отвлекли. С - суки... Вот и цель. Одно радует, раз похитили, значит, она им нужна живая, по крайней мере какое-то время. Проще сразу ликвидировать, удар меча и все дела. Есть надежда… Надежда умирает последней. Вера и Любовь остаются.
- Ходу Тина. Ходу, резвые ходу. Она им нужна живой, для чего не знаю, пока не знаю, но не думаю, что таким экстравагантным способом, её на бал ночной пригласили. Туфельки блин, хрустальные примерять, пока принц любовной страстью томится и карета в тыкву не превратилась. В противном случае, её опять же, ликвидировали бы прямо здесь, дёшево и сердито, зачем им лишние проблемы с транспортировкой. Принцип технологической достаточности! Коням тут не пройти, тут и горный муфлон, ноги запросто переломает. Хотя как знать... Муфлоны, они такие, непредсказуемые. Пустим поисковую группу в погоню. Догоним. Обязаны, должны догнать и отбить. «Это было в степях Херсонщины»!
Всё это, я торопливо говорил на бегу, успокаивая и Тину и в большей мере себя. В первую очередь себя, я ещё тот фантазёр. Я пытался уверить себя, в своих же оптимистичных предположениях, что всё не так плохо, прекрасно понимая, что всё может быть иначе и гораздо трагичнее. Я не сторонник высоких слов и ненавижу пафос в любых проявлениях, тошнит от всего этого в буквальном смысле. Просто принцесса Велена была для меня прежде всего Ленкой-Ленулей из радужного прошлого, а не какой-то там абстрактной венценосной особой, из непонятно откуда (прекрасного далёка), как я не пытался убедить себя в обратном. Очень пытался, но безуспешно. Вот и выходит такая вещь, в сухом остатке. А на хрена я тут реально тогда нужен, если моя никчемная жизнь, будет куплена её смертью. Её ведь не просто так похитили, не из спортивного интереса. А вот для чего? Вызнать какие-то, ну очень важные сведения (секретную выкройку новой кольчуги) или для своих безумных ритуалов. Жертвоприношения популярны во все времена. А может вынудить нас на какие-то действия, на переговоры пойти? Более оригинальные мысли обходили мою, разгорячённую голову стороной, что в общем-то, для меня далеко не новость. А если и когда надобность в принцессе отпадёт... О последующем я даже думать не хотел, даже думать о подобном было больно. В гуманность представителей мрачного ордена верилось с трудом, а точнее не верилось совсем. Борьба за власть плохо сочетается с человеколюбием, совсем эти категории не сочетаются.
Мы не сбежали – мы лавиной скатились вниз, ноги казалось, и не касались ступеней. Словно в плотной вате тумана, ничего не видя и не слыша, я прошёл к покоям принцессы. Мне открылась картина - точная копия того, что я видел на башне, две девушки со стрелами в шеях, только стрелы несколько короче и девушки разумеется другие. Количество трупов растёт в геометрической прогрессии. Может это моё появление нарушило зыбкое, но всё-таки равновесие, в этом мире. Вызвал флуктуацию пространства и времени, сам того не ведая. Портативные арбалеты, чёрт бы их побрал. Чёрт возьми, шутки в сторону, игры закончились. Я спросил, ни к кому собственно и не обращаясь:
- Где графиня Алиса?
Кто-то из стражниц незамедлительно ответил.
- Она в зале, на кушетке. Рана не опасна для жизни, но весьма болезненно. Крови много потеряла.
Я прошёл в зал, временно ставший больничной палатой. Времени было мало, но очень нужна была любая информация, может Алиса хоть сколько-нибудь прояснит ситуацию и обозначит вектор поиска. Графиня действительно лежала на кушетке и тяжело, прерывисто дышала, роскошная, некогда пушистая чёлка прилипла, к покрытому испариной бледному лбу. Около неё деловито, со знанием суетились две девушки, бинтуя окровавленное плечо. Одна из девушек, не дожидаясь моего вопроса, сказала:
- Стрела попала в плечо, графиня успела в последний момент уклониться. Кость к счастью не задета, но большая кровопотеря. Стрела, к счастью, не отравлена, наёмники мастера на такие коварные штуки.
Я наклонился над ложем командира безопасности. «Папа, вы говорить можете»?
- Графиня, вы меня слышите? Вы говорить можете? Как всё произошло?
Алиса, с видимым усилием приоткрыла, наполненные нешуточной болью глаза и её мутный взгляд, кое-как сфокусировался на мне.
- Саша... Я... Я... Не успела... Если быть чуть раньше. Если... Никто не ожидал такой наглости.
- Если бы у бабки был хрен, то она была бы дедкой. Прошу прощения, за вульгаризм и мой французский. Если бы ты пришла пораньше, то это означало бы только одно - ты была бы ранена или убита раньше. Вот и всё. Суровая проза жизни. Мы нарвались на серьёзных ребят, твёрдых профессионалов, ничего личного, как у нас говорят. Достойные противники. Так что отставить рефлексию до лучших времён, наступят же они когда-нибудь. Надо быстро и качественно думать, как спасать принцессу, ведь не на чай с пряниками её пригласили, таким оригинальным, великосветским, чёрт возьми, способом.
Я говорил нарочито жёстко, но тут не до лирики и сантиментов. Надо было скоро и точно считать ситуацию. Важен результат!
- Они действовали абсолютно бесшумно. Это призраки какие-то, дикие и совсем не симпатишные… фантомы. Я вошла через боковую дверь, мне нужно было доложить оперативную обстановку, а они уже тащили Велу, то есть принцессу Велену, связанную и с мешком на голове. Я только и успела схватиться за меч, уходя в сторону, а рука уже была пробита стрелой. Дальше всё...Темнота.
Чёрт, исключительно ловкие ребята, даже завидно. Продуманная до мелочей операция. Мои аплодисменты тёмным или мрачным (хрен редьки не слаще), где они только выкопали этих диверсов хватких. Или был бы спрос, а предложение найдётся. Я в очередной раз удивился, как этот милитари - женский монастырь до сих пор держался и держится на этой странной войне. Чудны твои дела господи. По всему выходит, что его давно должны были сравнять с землёй и сказать, что так и былО. Это же пионерский лагерь на пленэре. А у Алисы, держу пари, гематома на затылке, приложилась при падении и сознание вон. В общем, дело ясное, что дело тёмное и хреновое донельзя. Нужно пускаться в погоню, и никто не ведает, что нас там ждёт. Как бы из охотников не превратиться в дичь – дело-то житейское в общем. Такое частенько случается. Но если есть хоть один шанс, то его надо использовать - потом и его не будет. Я просто физически ощущал течение времени и его невосполнимость. Как песок сквозь пальцы, попробуй удержи. Каждое мгновение на счету. «Не думай о мгновеньях свысока»…
Я нежно погладил графиню по спутанным волосам. Сюрреализм какой-то. Хотя для меня она сейчас была не графиней, и формально говоря моим командиром, а раненой девушкой, просто раненой в неравной схватке, девушкой. Мои грубые, заскорузлые пальцы неумело - нежно гладили её голову.
- Всё будет хорошо. Мы ещё на твоей свадьбе такую джагу-джагу сбацаем. Свадьба что, формальность пустая, просто выпить очень хочется...Ты лежи, отдыхай, а мы пойдём прогуляемся неподалёку, ты же знаешь, что прогулки по ночному лесу моё любимое занятие - просто хобби какое-то. Как ночь - так и тянет в лес, ну ничего с собой поделать не могу. Хлебом не корми, дай в лес уйти.
- Саша... Найди их... Спаси принцессу... Надо сейчас, потом дожди. Будет поздно - на это видимо и расчёт, - прерывисто зашептала графиня, белыми губами.
Я кивнул, неожиданно для себя отдал честь, по-нашему, по-советски и пулей выскочил в коридор.
- Первое отделение за мной. Остальным занять позиции по боевому расписанию и быть предельно внимательными. Ушки на макушке. Шутки чёрта общеизвестны - вдруг это финт ушами, ещё один отвлекающий манёвр то бишь. И помните красавицы, погибнуть в бою невелика премудрость - дурное дело нехитрое как говорится, а вот драться, победить и выжить это уже совсем другой коленкор. Это надо очень постараться! Приступаем.
Командиры подразделений побежали к своим людям, никого подстёгивать не надо было - все и так всё понимали. И никто не спрашивал: « А чего это собственно этот самозванец раскомандовался»? Остались Алина и Тина, командиры выбранных мною отделений. Теперь я обратился уже непосредственно к ним.
- Такие дела, девчата. Цейтнот жуткий, времени не просто нет, а нет совсем. Мы выходим за охраняемый периметр. Может и цугцванг, но что делать. Идти нельзя, но идти надо - такое тоже бывает. Я не приказываю, я прошу. Вам ещё не поздно передумать - я пойму, не осуждая. А я... Я пойду в любом случае. Надо использовать любой, даже самый зыбкий шанс. Это очень опасно, но такова селяви, а жизнь штука вообще опасная. Как там говорил один знаменитый карапуз-хоббит: «Опасное это предприятие, из дома выходить».
Вот тут я понял, что взгляд прекрасных девичьих глаз, может испепелять без всяких преувеличений. Куда там товарищу Гарину с его гиперболоидом! Я это испытал на себе, даже словно жар ощутил от гневных взглядов. Пришлось опустить глаза, чтобы хоть как-то скрыть смущение и убедиться не превратился ли я в горстку рыхлого пепла.
- Ну извините, что ли. Ляпнул не подумавши. Выдвигаемся на исходные. И зачерните чем-нибудь свои доспехи, а то будете сверкать как ёлки новогодние в ночь праздничную. Мы не на парад идём и демаскировка нам ни к чему.
Сам в темпе понёсся к себе, облачился в броник - чешуйчатую рубаху, накинул сверху куртку и побежал к воротам. Поисковая группа уже была в полной готовности и ожидала только меня. Ну с богом. Я молил всех святых и не святых (тут кому угодно взмолишься) только об одном, чтобы наёмники не оставили заслон. Эти ушлые и хваткие ребята могут, перестрелять нас, как тетёрок - и мы сами угробимся и дела не сделаем. Но выбора, увы не было. Идти смертельно опасно, но идти надо. Пошли ребята. "Я ухожу-сказал мальчишка ей сквозь грусть".