Утром Таня собралась на работу. Она открыла дверь и замерла. На внешней стороне её новой, дорогой двери, на которую угрохала кучу денег, черным перманентным маркером было написано крупными буквами: «БЛУДНАЯ».
Таня медленно закрыла дверь. Она стояла на лестничной клетке и смотрела на эту грязь.
«Миленько!», — подумала она про себя.
Никаких истерик. Никаких слез. Она сфотографировала надпись на телефон. Спорить с сумасшедшей прямо сейчас, перед работой, было бессмысленно. Таня спустилась вниз, села в машину и уехала в офис. Весь день она работала, но в фоновом режиме её мозг выстраивал стратегию. В такие ситуации она обычно не влипает, но раз уж её втянули, она закончит эту игру по своим правилам.
Наступила суббота. Таня специально ждала выходного. Утром она услышала, как щелкнул замок в соседней квартире — Евгений спускался по лестнице, видимо, ушел в магазин или по делам.
Это был идеальный момент.
Таня не стала надевать растянутую домашнюю футболку. Она была та ещё модница, когда дело касалось её внешнего вида. Она надела короткий шелковый халатик, распустила волосы, накрасила губы — сочные губы, накрашенные красной помадой. Красотка, одним словом.
Она вышла на площадку и уверенно нажала кнопку звонка пятьдесят четвертой квартиры.
Дверь распахнулась почти сразу. Олеся стояла на пороге. Увидев Таню в таком виде, она побледнела, а затем её взгляд метнулся к исписанной двери напротив. На губах соседки появилась ехидная, довольная улыбка. Прямо божий одуванчик, только ядовитый.
— Что надо? — грубо спросила Олеся.
— А что? — спокойно ответила Таня, делая шаг вперед, вынуждая Олесю отступить.
— Я занята!
— Серьёзно?
— Вполне. Выматывайся.
— Делать нечего, придётся послушать, женушка, — Таня оперлась плечом о косяк. В её глазах не было ни капли страха. — Я втюхать тебе свои оправдания не собираюсь. Мне твой муженёк даром не сдался. Придурок несчастный, раз не может свою бабу в узде держать. Но мы сейчас поговорим о тебе.
— Я сейчас полицию вызову! — пискнула Олеся, явно не ожидая такого напора.
— Вызывай, — кивнула Таня. — Кстати, пока они едут, слушай внимательно. Раз уж ты веришь в кладбищенскую землю и прочую деревенскую ересь, то я тебя просвещу. У меня бабка была из тех краев. Я знаю пару вещей.
Олеся напряглась. Её ехидная улыбка сползла с лица.
— Если ты, мамаша, ещё раз подойдешь к моей двери, — голос Тани звучал ровно, без единой эмоции. — Если я найду хотя бы пылинку на своем коврике. Я надену вот этот халатик. Только его. Я приду к твоему Евгению, когда он будет выносить мусор. И я сделаю на него такой приворот, что он забудет, как тебя зовут. Угрохать твою семью мне ничего не стоит. Поверь, я найду нужную бабку в соседней деревне, и твои бабки и ипотеки тебе не помогут. Ты останешься одна.
— Да ты... ты... — Олеся судорожно хватала ртом воздух.
— Между прочим, я не шучу, — Таня прищурилась, глядя ей прямо в глаза. — Тыняться по углам и плакать я не буду. Я просто заберу то, за что ты так боишься. А теперь бери тряпку, спирт и иди отмывать мою дверь. До вечера чтобы ни следа не было.
Олеся с силой захлопнула дверь, едва не прищемив Тане пальцы.
Таня развернулась и спокойно ушла к себе. Внутри было абсолютно пусто. Только ровный, размеренный ритм сердца.
Ближе к вечеру в её дверь робко постучали. Таня открыла. На пороге стоял Евгений. В руках он сжимал бутылку хорошего вина, а вид у него был максимально жалкий.
— Таня, простите нас, — процедил сквозь зубы Евгений, пряча глаза. — Моя жена... она влипает в такие истории. У неё нервы ни к чёрту. Дети, быт, сотни уходят неизвестно куда, вот она и срывается.
— Задолбало, Евгений, — сухо ответила Таня, игнорируя протянутую бутылку. — Мне ваши извинения не нужны. Передайте своей жене: если надпись не исчезнет до утра, я сдержу обещание. И вам это не понравится.
Она закрыла дверь перед его носом. Спорить с ним или жалеть его она не собиралась. То ещё развлечение — выслушивать жалобы чужого мужа.
Утром, выйдя на работу, Таня обнаружила, что её дверь сияет чистотой. Ни единого следа от маркера не осталось. Даже коврик был выбит и лежал идеально ровно. «Так ей и надо!», — подумала Таня, закрывая замок.
С того дня любые нападки прекратились. Олеся перестала выходить на площадку, если слышала, что Таня собирается на работу. Евгений при встрече лишь молча кивал и старался быстрее слинять. Их семья превратилась в тихих, незаметных мышей.
А спустя полгода Таня увидела, как грузчики выносят вещи из пятьдесят четвертой квартиры. Евгений и Олеся съехали. Оказалось, они продали квартиру и перебрались в другой район.
Таня стояла у окна с чашкой кофе и смотрела, как отъезжает грузовая машина. В квартире было тихо. Не нужно было праздновать или радоваться чужому отъезду. Был только статус-кво. Её жизнь, её правила, её безопасность. Она сделала глоток крепкого кофе и пошла собираться на работу. Впереди был отличный день.
