Здания, которые люди покидают в спешке, никогда не умирают до конца. Они впадают в летаргию, сохраняя внутри остатки чьих-то эмоций и звуков. Старый кинотеатр в глубине жилого квартала не был исключением. Его закрыли еще в девяностых, обнесли забором, но так и не снесли. Я пробрался внутри через узкое окно подсобки. Внутри пахло не просто пылью, а чем- чем-то едким — старой кинопленкой и горелым пластиком. Мой фонарь выхватывал из темноты обрывки афиш, на которых краска вздулась пузырями, делая лица актеров неузнаваемыми. Сначала я списал это на слуховые галлюцинации. Тихий, ритмичный шелест. Ших-ших-ших... Будто кто-то очень быстро перелистывает страницы огромной книги. Звук шел сверху, из проекционной. Я замер. В полной темноте звук стал объемным. К шелесту добавилось низкое гудение, от которого вибрировали зубы. Электричество здесь отключили десятилетия назад, но здание будто само генерировало тяжелую, густую энергию. Я поднялся по хрустящей от битого стекла лестнице. Дверь в зал бы
Пленка судьбы: Почему я больше не захожу в заброшенные здания после того, как увидел себя на экране.
26 февраля26 фев
249
3 мин