В Европе начинается заметная “вторая молодость” бронетехники. Но это уже не культ скорости из учебников 80–90-х, когда считалось: главное — проскочить опасный участок быстрее, чем по тебе прицелятся.
В 2026 логика другая: по тебе прицелятся всё равно — с дрона, тепловизора, с сетевого контура наблюдения. Поэтому новая волна БМП/БТР в европейских армиях идёт по формуле: защита + электроника + живучесть, а скорость становится приятным бонусом, но не “священной коровой”.
Что в Европе выбирают в 2026
CV90 MkIV — ставка северян и “восточного фланга”.
Показательный пример — Словакия: BAE Systems уже выкатывает CV9035 MkIV для словацких вооружённых сил, а первые поставки планируются в 2026 году. Это не просто “новая коробка на гусеницах”: в пакете — современная архитектура, новые датчики и интеграция под сетевую войну.
Параллельно обсуждаются и совместные закупки CV90 в Северной Европе (Швеция, Норвегия, Финляндия, Литва) — смысл в том, чтобы ускорить сроки, унифицировать парк и сервис, а не плодить зоопарк типов.
Польша — собственный Borsuk как “рабочая лошадь” механизированных частей.
В конце 2025 года поляки получили первую партию Borsuk, а контракт рассчитан на поставки до 2029-го. Для Европы это важный маркер: страны хотят не только купить, но и строить внутри свою промышленную опору — ремонт, запчасти, модернизации.
Германия — не “гонка за скоростью”, а доведение живучести до современного уровня.
Берлин вкладывается в расширение и модернизацию парка Puma: речь идёт о программе с закупкой дополнительных машин и обновлением по пути. В материалах отдельно звучит линия на улучшение защищённости и адаптацию под новые угрозы (включая противодействие дронам).
Почему скорость перестала быть главным аргументом
Дрон видит раньше, чем экипаж успевает понять, откуда прилетело.
Сегодня решает не то, кто быстрее, а кто раньше обнаружил и у кого лучше связка “наблюдение—решение—удар”. Поэтому государства платят за тепловизоры, прицелы, цифровые шины данных, “прозрачную броню” (круговой обзор), автоматизацию работы экипажа. Не случайно даже крупные поставщики отдельно контрактуют системы прицеливания и управления огнём для платформ вроде CV90 — электроника стала “половиной машины”.
Поле боя стало “грязным”: мины, FPV, ПТУР, верхние атаки.
Если угроза приходит сверху и из-за угла, скорость не спасает. Спасает комплекс: броня, противоосколочная защита, грамотная компоновка, средства постановки помех, дым, иногда — активная защита. Поэтому в новых программах приоритет — живучесть экипажа и ремонтопригодность, чтобы машину можно было быстро вернуть в строй.
Темп наступления упирается в разведку и инженерку, а не в паспортные км/ч.
БМП может быть хоть “самой быстрой в классе”, но если впереди минное поле, разрушенный мост или простреливаемая полоса под наблюдением — скорость превращается в цифру на бумаге. Отсюда рост интереса к “технике обеспечения”: эвакуационным, ремонтным, инженерным вариантам на базе одной платформы — то есть к семействам, а не к одиночным “звёздам парада”.
Что это означает для контрактов и модернизаций уже в 2026
1) Побеждают “платформы-семейства”.
Покупают не одну БМП, а линейку: командирские, санитарные, ремонтные, разведывательные, носители разных модулей. Это снижает стоимость владения и упрощает обучение.
2) Деньги уходят в “железо + мозги” одновременно.
В 2026 всё чаще контракт — это не только поставка корпусов, но и долгий хвост: обучение, симуляторы, запчасти, ремонтные мощности, модернизационные пакеты. Пример с CV90 показывает, что отдельные крупные заказы идут именно на оптику/прицелы/СУО — потому что без них броня слепая.
3) “Скорость поставки” важнее “скорости машины”.
Европейцы смотрят на сроки и промышленную базу. Поэтому появляются кооперации и совместные закупки — как с CV90 у северян: быстрее подписали — быстрее получили.