Отвратительный, словно ввинчивающийся в мозг звук будильника. Настя протянула руку к тумбочке, взглянула на экран телефона. Ровно семь. «Сейчас. Еще пять минуток полежу с закрытыми глазами и встану», – подумала девушка.
Когда она открыла глаза в следующий раз, было уже восемь ноль пять.
Настя вылетела из кровати, словно ее выбросило оттуда сжатой пружиной. До работы добираться почти сорок минут! Снова без завтрака – нет времени даже на кофе.
Девушка засунула ноги в джинсы и, на ходу натягивая и застегивая их, понеслась в ванную. Выйти из дома без макияжа Настя не могла, даже если ей угрожал выговор от шефа и лишение премии за опоздания.
Основательно краситься времени не было, поэтому она лишь обозначила глаза, все еще немного припухшие спросонья, коснулась нежно-розовым блеском губ, сунула ноги в туфли и выскочила из квартиры. Новую, молочного цвета куртку она застегивала уже в лифте.
От того момента, как она вскочила с постели, до того, как двери лифта открылись на первом этаже, прошло восемь минут. «Должна успеть», – подумала Настя и выбежала из подъезда.
Но сегодня явно был не ее день.
Знаете, у каждого, наверное, такое бывает. Обычный день, ничего такого не ожидается. Но с утра всё идет наперекосяк. Не зазвонил будильник. Завтракая, облил кофе единственную глаженую рубашку.
Водитель автобуса закрыл дверь, когда тебе осталось добежать до нее каких-нибудь три метра. На пятиминутке ты появился через две минуты после шефа, и он пробуравил тебя недобрым взглядом.
А в обед, когда ты решил, что все худшее уже позади, и расслабился, тебя настиг звонок классного руководителя твоего старшего с сообщением о третьей за месяц двойке по геометрии.
Дома – перепалка с женой на предмет того, кто должен держать под контролем учебу детей.
А когда ты уже со слипающимися глазами передислоцируешься из кресла в спальню, следует звонок от мамы, которая сообщает, что через три дня в город прибывает тетя Люся, которую надо обязательно встретить, приютить и свозить на пару консультаций в областную больницу.
Но всё это в конце концов можно пережить. То, что случилось с Настей, было гораздо хуже.
Она только успела выскочить из подъезда, как почувствовала, что что-то шершавое скользнуло по ее лицу, потом ощутила резкую боль на правой щеке и в довершении всего споткнулась и упала, выставив вперед руки.
Она падала какие-то доли секунд, но успела подумать, что сейчас сильно ударится, и зажмурилась.
Однако ожидаемой боли не случилось, и Настя поняла, что лежит на чем-то мягком. Она открыла глаза, повернула голову и увидела прямо перед собой лицо девушки. Ее голубые глаза были широко открыты и неподвижны. Светло-русые волосы, веером разметавшиеся вокруг головы, лежали в луже, вода которой прямо на глазах меняла цвет: сначала она была просто мутной, потом стала буреть и наконец покраснела.
Настя в ужасе закричала. Вернее, это ей показалось, что она закричала, а на самом деле из ее горла вырвался только хрип.
И тут она увидела, как с разных концов двора к ней бегут несколько человек. Какой-то мужчина подхватил ее под мышки и попытался поставить на ноги, но Настя осела у него на руках. Тогда он поволок ее к скамейке, которая находилась рядом. Девушка зацепилась пяткой за бордюр и потеряла туфлю. Мужчина водрузил ее на скамейку, вернулся за обувью и надел туфлю Насте на ногу.
Возле лежащей поперек дорожки девушки собралось около десяти человек. Кто-то уже позвонил в скорую и полицию, и теперь все с любопытством ждали, что будет дальше.
Парень, вызвавший полицию, громко рассказывал тем, кто подошел позже, что произошло:
– Короче, я иду, смотрю эта вот, в сиреневой куртке сверху летит. А эта, которая в белой, из подъезда выбегает. Та, в сиреневой – бабах, прямо перед той. Эта в белой споткнулась и прямо на ту упала. И еще рукой по луже как шлепнет – брызги во все стороны. А потом Колька Сазонов подбежал и эту, которая в белой куртке, поднял и на скамейку отволок. А я полицию вызвал.
К Насте в это время подошла соседка – Лида.
– Настюш, все нормально. Успокойся, выпей воды. Давай я тебе лицо вытру. Тут на правой щеке – небольшая царапина – видно она, когда падала, тебя фурнитурой от куртки зацепила. А подбородок ты об асфальт оцарапала, когда упала. Настя, ты куда шла? Домой?
– На работу, – ответила девушка.
– Думаю, тебе сейчас лучше домой вернуться, – сказала Лида. – Давай я твоей маме позвоню.
Настя послушно достала из кармана телефон, разблокировала его и отдала соседке.
– Ирина Яновна, это Лида, соседка Насти, – сказала та. – Тут у нас кое-что произошло. Приезжайте. Нет, с ней все нормально. Почти. Просто Насте сейчас помощь нужна.
Вокруг уже собралась приличная толпа, а парень снова и снова рассказывал, что произошло, каждый раз добавляя новые подробности:
– Вы представляете, если бы эта девчонка из подъезда выскочила на секунду раньше, то та прямо ей на голову свалилась бы, точно бы шею ей сломала. Тогда у нас тут не один тpyп лежал бы, а два.
Послышалась сирена – подъехала скорая. Через пару минут – полиция.
Врач из скорой сначала наклонилась к лежащей на асфальте девушке, но, поняв, что ее помощь там уже не нужна, подошла к Насте.
– У нее несколько царапин, но, кажется шок. Ей та девушка чуть ли не на голову свалилась, – объяснила Лида.
– Ну-ка, посмотри на меня, голова кружится? – спросила женщина-врач.
– Нет, – ответила Настя.
– Освободите ей левую руку, я на всякий случай давление померяю и укольчик сделаю.
Лида помогла Насте, которая чувствовала себя, как ватная кукла, расстегнуть куртку и снять ее с левой руки.
– Укол! – усмехнулся стоящий рядом мужчина. – Вы бы ей лучше граммов пятьдесят чистого налили. И никаких уколов бы не понадобилось.
В это время к дому на такси подъехала мама.
– Настя, – бросилась она к дочери, – что случилось?!
Лида в двух словах обрисовала ситуацию.
Полиция в это время занималась своим делом. Перво-наперво всех зевак вежливо, но настойчиво попросили разойтись. Остались только несколько человек: тот мужчина из соседнего подъезда, который поднимал Настю, парень, который, наверное, десятый раз рассказывал, как все произошло, Лида и Настя с мамой.
Один из полицейских поднял голову, посмотрел наверх:
– Козырьков над подъездами нет, а то бы она туда упала. Непонятно, с крыши она свалилась или из окна.
– С крыши, – сказала Лида. – Все окна на площадках между лестничных пролетов наглухо заколочены – тепло бережем.
– Понятно. Значит, с крыши. Три варианта: или сама спрыгнула, тогда это самоубийство, или случайно упала, тогда вопрос – какого черта ее туда занесло, и самое неприятное – ее кто-то сбросил. Егор, давай-ка, возьми Лешу и поднимитесь на крышу, посмотрите, нет ли там чего-нибудь интересного.
– Извините, – обратилась мама Насти к мужчине, который всем распоряжался, – можно я дочь отведу домой? Ей надо прийти в себя, помыться и переодеться.
–Идите. Только я к вам чуть попозже еще зайду. Вы в какой квартире живете?
– В одиннадцатой.
Укол, видно, подействовал, потому что Настя смогла дойти до квартиры практически без помощи.
Никто из присутствующих не заметил, что за всем, что происходило у подъезда, издали наблюдала пара внимательных глаз.
Продолжение следует
Автор – Татьяна В.