Они приехали на Енисей в конце августа, когда вода уже холодная, но ещё держит тепло дня. На старой базе было тихо. Два домика, старый ангар, бочка, как подставка под уху и длинный стол из потемневших досок.
Седой приехал раньше остальных. Поставил машину, взял сумку и долго стоял, глядя на воду. Он знал, что это последний выезд. Врачи не оставили ему иллюзий, а он не любил врать себе.
Друзья знали. Не обсуждали вслух, но знали. Поэтому в этот раз никто не
спорил, где ставить лодку и кто чистит рыбу. Всё делалось само.
- Ну что, командир, - сказал Толян, - как самочувствие?
- Как у старой лодки, - ответил Седой. - Держится на плаву, пока не трогаешься с места.
К обеду взяли двух щук и десяток приличных окуней. Седой сидел на стуле у воды, спиннинг держал уверенно, но чаще смотрел не на поклевку, а на горизонт. Руки у него были крепкие, но чуть подрагивали, когда он крутил ручку катушки.
Вечером варили уху. Как всегда без картошки, с перцем. Седой сам солил. Пробовал, кивал.
- Нормально, - сказал. - Можно жить.
Он ел мало. Больше смотрел на огонь.
Машину услышали уже в темноте. Рёв мотора, резкий свет фар по стене ангара. Из «Нивы», в которой играла музыка, вылезли четверо. Молодые. В спортивных куртках, с бутылкой в руке.
- О, жизнь кипит! - крикнул самый высокий. - Мужики, угостите ухой!
Толян посмотрел на Седого. Тот не повернул головы.
- База частная, - спокойно сказал Толян. - Мы тут отдыхаем.
- Да мы тоже отдохнём, - усмехнулся второй. - Чё вы как не родные?
Они подошли ближе. Запах алкоголя, дешёвый парфюм, самоуверенность. Один толкнул лавку ногой.
- Нормально устроились, старички.
Седой медленно поднял глаза. Посмотрел на каждого. Без злости. Просто внимательно.
- Музыку выключи, - сказал он тихо.
Высокий усмехнулся.
- Чё?
- Музыку. Выключи.
Что-то в голосе было такое, что парень на секунду замешкался. Но потом фыркнул.
- Да ладно вам. Мы ж не дерёмся.
- Пока нет, - спокойно ответил Толян.
Один из молодых - самый младший на вид, лет двадцать, худой, с короткой стрижкой - молчал. Он не смеялся. Стоял чуть в стороне, смотрел на Седого.
Высокий шагнул ближе к столу и потянулся к кастрюле.
- Дай попробовать.
Ложку перехватили быстро. Толян не резко, но крепко сжал его запястье.
- Руки.
Повисла пауза.
- Вы чё, серьёзно? - сказал третий. - Четверо на пятерых, давайте без цирка.
Седой медленно поднялся. Встал, опершись ладонью о стол. Дышал ровно.
- Сынки, - сказал он, - вам весело. Нам - нет. Разворачивайтесь и езжайте.
- А если нет? - ухмыльнулся высокий.
Седой посмотрел ему в глаза.
- Тогда будет глупо.
Он не сделал ни шага вперёд. Просто стоял. И в этой неподвижности было больше, чем в любом замахе.
Первым двинулся Толян. Потом Серёга. Всё произошло быстро. Одному заломили руку и аккуратно уложили на землю. Второму дали по ногам поленом - он сел под себя. Третий попытался махнуть бутылкой, но её выбили и отшвырнули в сторону. Высокий получил короткий в живот и согнулся.
Младший не двигался. Он стоял и смотрел.
Через минуту всё закончилось. Никто не пострадал. Просто дыхание сбилось, бравада ушла.
- Садитесь, - сказал Толян. - Поговорим.
Они усадили троих на лавку. Высокий тяжело дышал, зло глядел исподлобья.
Седой сел напротив. Медленно. Ему было трудно стоять.
- Вы зачем приехали? - спросил он.
- Отдохнуть, - буркнул кто-то.
- Нет, - покачал головой Седой. - Вы приехали проверить, кто тут хозяин.
Молчание.
- Так вот, - продолжил он, - хозяев тут нет. Есть река.
Он говорил негромко, как старый пахан.
- Мы сюда ездим. Здесь друзей хоронили. Здесь детей учили держать удочку. А вы приезжаете бухие и думаете, что это детская площадка.
Высокий отвёл взгляд. Седой закашлялся. Долго. Толян хотел поддержать, но тот отмахнулся.
- Нормально.
Он посмотрел на младшего.
- А ты?
Парень вздрогнул.
- Что я?
- Тебе это зачем?
Тот замялся.
- Да я… просто с ними.
- Просто, - кивнул Седой. - Самое опасное слово.
Он долго смотрел на него. Потом сунул руку в карман куртки и достал старое кольцо. Простое из обычного железа, тяжёлое, с тёмным камнем.
Покрутил в пальцах.
- Это мне отец дал, - сказал он. - Когда я первый раз сам лодку под мотором вел.
Он протянул кольцо младшему.
- Держи.
Все замерли.
- Мне? - тихо спросил парень.
- Тебе. Потому что ты единственный среди твоих с мозгами.
Высокий фыркнул.
- Да брось ты…
Седой повернулся к нему.
- А ты уже всё решил. Сядешь скоро? Доиграешься?
Младший медленно взял кольцо. Сжал в ладони.
- Я не… - начал он и осёкся.
Седой кивнул.
- Вот и разберись.
Он тяжело поднялся.
- Уха остыла, - сказал. - Кто хочет - садитесь. Кто нет - дорога там.
Никто не двигался. Через минуту младший сел за стол. Остальные колебались. Потом высокий выругался и пошёл к машине.
- Поехали.
Двое поднялись следом. Младший остался сидеть. Смотрел на кастрюлю.
- Я ненадолго, - сказал он тихо.
Машина уехала. Седой сел рядом с парнем. Налил ему ухи.
- Ешь.
Тот ел молча.
- Ты болеешь? - вдруг спросил он.
Седой усмехнулся.
- Все болеем. Просто я знаю чем.
Парень кивнул. Долго молчал.
- Я не хотел, - сказал он наконец. - Просто… не знаю.
- Знаешь, - спокойно ответил Седой. - Просто не привык слушать себя.
Ветер прошёл по воде. В темноте плеснула рыба.
- Река не любит суеты, - сказал Седой. - И жизнь тоже.
Он посмотрел на огонь, потом на парня.
- Весной приезжай сюда. Без твоих дружков...
Тот кивнул.
Когда парень ушел, Седой долго сидел молча. Потом снял кепку, провёл рукой по седым волосам.
- Ты чего ему кольцо отдал? - тихо спросил Толян.
Седой пожал плечами.
- Мне уже не нужно.
Он посмотрел на реку.
- А ему оно может пригодится.
Ночью он почти не спал. Сидел у воды. Утром, когда солнце только коснулось берега, он взял спиннинг и вышел на лодке один.
Ребята видели, как он стоял посреди тихой воды. Маленькая фигура на фоне широкого Енисея. Он поймал одну щуку. Небольшую. Подержал в руках. И отпустил. Когда вернулся, улыбался.
- Всё, - сказал он. - Теперь точно можно домой.
Весной на базу приехал парень с короткой стрижкой. Один. Он долго стоял у воды, потом надел старое кольцо и аккуратно забросил спиннинг в реку...