Подруга двадцать лет пыталась вбить клин между мной и мужем. То намекнет, то что-нибудь скажет «между прочим». Я отмахивалась. Но в этот раз она перестаралась.
Мы познакомились на первом курсе института. Вера была всегда рядом. Сначала просто однокурсница, потом «лучшая подруга», потом… честно говоря, я до сих пор не знаю, как ее правильно назвать.
Антона я встретила на третьем курсе. Он учился на параллельном потоке, мы столкнулись в библиотеке – оба потянулись к одной и той же книге по гражданскому праву, которая была в единственном экземпляре. Он говорит: «Вам очень нужна?» Я говорю: «Очень». Он помолчал секунду, потом: «Ладно, я подожду». И сел за соседний стол. Через два часа мы ушли вместе пить кофе, а через полгода уже не расставались.
Вот тогда-то все и началось.
Вера вдруг стала часто заходить к нам в гости. Слишком часто. Смеялась над шутками Антона, касалась его руки «случайно», при мне рассказывала какой он умный и серьезный, «не то что другие». Я молчала. Убеждала себя, что придумываю. Что это просто ее манера общаться со всеми. Что я ревную на пустом месте.
Антон сам расставил точки. Пришел однажды домой – мы тогда уже снимали квартиру вдвоем – сел против меня и сказал спокойно, без предисловий:
– Юля, мне нужно тебе кое-что сказать. Вера написала мне вчера. Предложила встретиться. Без тебя. Я отказал. Но ты должна знать об этом.
Я помню как у меня в голове все сложилось в одну секунду – все эти «случайные» прикосновения, все эти взгляды через стол. На Антона я не злилась, он сам рассказал все сразу. Злость на Веру была, да.
С Верой мы поговорили. Она все отрицала, говорила что «просто пошутила», потом обижалась что я «неправильно поняла». Я сделала вид что поверила. С тех пор Антон ее не переносил – не скандалил, не грубил, просто не замечал ее. Вера это чувствовала. Думаю, поэтому так и не успокоилась.
Мы с Антоном поженились, родилась Вероника. Вера вышла замуж за Павла – тихого мужика, который работал в той же компании что и Антон. Мы продолжали изредка видеться – по праздникам, в общей компании. Я давно перестала воспринимать ее как подругу. Просто человек из прошлого, с которым поддерживаешь отношения из вежливости. Антон молча терпел эти редкие пересечения и никогда не просил меня прекратить с ней общаться – просто сам всегда держался в стороне. Так и шли годы – тихо, без скандалов, с холодным вежливым миром между ними. Пока Вера не позвонила и не позвала на день рождения.
---
Когда она позвала нас на день рождения – сорок пять лет, небольшой вечер, ресторан на Садовой – я согласилась. Почему нет, раз зовет.
Антон на мое «мы идем на день рождения к Вере» отреагировал отказом.
– Ты идешь, – сказал он, не отрывая взгляда от ноутбука. – Я нет.
– Антон, это всего на пару часов–
– Юля. – Он поднял на меня взгляд. – Ты же знаешь. Не могу. Не хочу. Не буду.
Я не стала давить. Честно говоря, я его понимала. У каждого человека есть что-то, через что он переступить не может – и отношение Антона к Вере давно стало именно таким. Не злость, не обида – просто стена. Холодная и ровная.
– Ладно, – говорю. – Схожу одна.
– Вернешься – расскажи, что там было. – Он снова уткнулся в экран. – А я пока Веронику уговорю в кино сходить.
– Удачи, – говорю.
– Она согласится, – он был уверен. – Вот увидишь. Она соскучилась, просто сама не признается.
Взяла косметичку и пошла собираться. Он, наверное, прав – Вероника его обожает, просто в семнадцать лет это не принято показывать.
---
Вечер у Веры прошел шумно – длинные тосты, истории которые большинство гостей слышали уже по несколько раз. Вера была неотразима: новое платье, новая стрижка. Пила шампанское мелкими глотками и все время смотрела кто на нее смотрит.
Павел сидел рядом с ней и молчал. Он вообще немногословный – слушает, поддакивает в нужных местах, поддерживает тосты. Из тех мужчин которых не сразу замечаешь в компании. Мы с ним за несколько лет знакомства очень мало разговаривали.
Часа через два я начала уставать. Голова тяжелела, в горле что-то саднило. Я еще подумала: простыла, что ли. Посидела до десяти, поздравила виновницу торжества, тихо распрощалась с остальными и уехала.
Домой я вернулась около одиннадцати. К утру разболелась и осталась дома, предупредила Антона что буду лежать пластом.
– Лежи, – сказал он. – Мы с Вероникой сходим поедим где-нибудь.
– Она согласилась?
– Говорил же. – В голосе у него было самодовольство человека, который всегда знает как будет. – Я всегда прав.
Они ушли около пяти. Я задремала под какой-то сериал, который шел по телевизору. Вот тут-то и позвонила Вера. Разбудил меня телефон. Я с трудом открыла глаза. На экране высвечивалось: Вера.
Удивилась. Только вчера виделись, что случилось. Взяла трубку.
– Юля, – Вера говорила медленно и осторожно, таким голосом каким говорят когда хотят выглядеть сочувствующими, но при этом явно ждут реакции. – Ты знаешь, где сейчас Антон?
– В ресторане. А что случилось?
– Юля… – пауза, рассчитанная. – Я сейчас проезжала мимо «Панорамы» и видела его. Он был не один. С ним за столиком сидела молодая женщина. Очень эффектная. Модельной внешности, понимаешь о чем я?
Я молчала секунду.
– Высокая? – говорю. – Темные волосы?
– Да, именно. Юля, я понимаю, что это неприятно слышать, но ты должна знать–
– Вера. Это Вероника. Нашей дочери семнадцать лет, она уже выше меня на голову и вся в папу пошла. Они вдвоем ужинают, потому что я заболела и осталась дома.
– А, – сказала Вера через несколько секунд. – Ну, я просто… на всякий случай. Мало ли.
– Конечно, – говорю. – Спасибо, что беспокоишься.
Мы попрощались. Я положила телефон на тумбочку.
На всякий случай. Столько лет знакомства – и вот тебе «на всякий случай». Не из беспокойства позвонила. Из чего-то другого, у чего нет красивого названия. Я лежала и ждала когда вернутся мои, потому что Антону это надо было рассказать.
Они с Вероникой пришли около восьми – оба довольные, Вероника что-то рассказывала на ходу. Антон заглянул ко мне, принес стакан воды, сел на край кровати.
– Как ты себя чувствуешь?
– Терпимо. Получше уже. Слушай, тут Вера звонила пока вас не было.
Он поднял брови. Судя по тому как он посмотрел – понял что ничего хорошего.
– Зачем?
Я рассказала все подробно – и звонок, и осторожный тон, и «молодую женщину модельной внешности», и как она осеклась когда поняла что это Вероника. Смотрела на его лицо пока рассказывала. Антон слушал молча, не перебивал, и я видела как у него на лице заиграли желваки– которые означали, что он уже что-то решил.
– Стало быть, она видела нас, – сказал он медленно. – Узнала меня. Увидела Веронику – не узнала. И решила тебе позвонить.
– Именно.
Он встал, прошелся по комнате. Остановился у окна.
– Юля, это уже не первый раз.
– Я знаю.
– Она не успокаивается. Что-то придумывает, намекает, пытается…
– Антон.
– Нет, подожди. – Он обернулся. – Я хочу спросить. Павел знает где она сегодня была?
Я не сразу поняла куда он клонит. Потом дошло.
– Она была в ресторане «Панорама», – говорю медленно. – Проезжала мимо. Она была в городе вечером в воскресенье.
– А Павлу она что сказала?
Вот тут я замолчала. Потому что не знала. Мы с Верой не обсуждали ее планы на выходные – мы виделись на ее дне рождения в пятницу, разошлись, и вот в воскресенье вечером она «проезжала мимо» ресторана.
– Завтра Павел будет на работе, – сказал Антон. – Я у него спрошу.
Я не стала его останавливать.
На следующий день Антон пришел домой раньше чем обычно. Я смотрела на него и ждала.
– Ну? – спросила я.
– Павел сказал, что Вера в воскресенье была в командировке в Петербурге. Уехала в субботу, а вернулась только утром сегодня.
Я медленно поставила кружку на стол.
– Как в командировке? Антон, она в пятницу вечером праздновала день рождения. Я там была. Я сама с ней разговаривала, мы фотографировались, я ушла около одиннадцати, она еще оставалась.
– Вот именно.
Антон говорил что лицо у него было как у человека которому только что сообщили что-то очень плохое. Потому что командировка в Петербург была не первой. И не второй, и не третьей. Павел начал вспоминать вслух – все эти внезапные деловые поездки, все задержки на работе, все вечера когда Вера «очень устала и ляжет пораньше», все выходные когда надо было «срочно съездить к маме».
Картинка складывалась сама собой, и она была некрасивой. Вера давно жила какой-то параллельной жизнью, а Павел либо не замечал этого, либо не хотел замечать – а это, совсем разные вещи.
Они разговаривали с Антоном почти три часа. Потом Павел встал, сказал «спасибо» и уехал домой раньше времени. Что было у них дома после, я не знаю. Мне было жалко Павла.
---
Вера мне не звонила. Я ей тоже.
Через месяц общая знакомая сказала, что Вера и Павел разводятся. Без подробностей. Просто факт. Я сказала «жаль» и сменила тему. Не потому что было безразлично – просто не знала что еще сказать.
Иногда думаю: она ведь хотела всего лишь позвонить и посеять маленькое зерно сомнения. Привычная история. Она делала что-то похожее и раньше – то намекнет, то скажет что-нибудь «между прочим», то вдруг вспомнит что видела Антона там-то и там-то с таким-то видом. Мелкие укусы, которые не оставляют следа, если ты знаешь откуда они идут. Обычно я отмахивалась. Знала цену ее намекам.
В этот раз не получилось отмахнуться. Не потому что я поверила – я сразу поняла что за столиком сидит Вероника, это было очевидно в первую же секунду. А потому что Антон задал один простой вопрос: а Павел знает где была Вера в воскресенье вечером? Вот этот вопрос все и изменил.
Вот и все. Она потянула за чужую нитку – и распустила собственный клубок.
Мы с Антоном живем так же, как жили. Вероника снова согласилась пойти с отцом поужинать.
А Вера исчезла. Тихо, без объяснений. Просто перестала писать и звонить. Жалею только об одном, когда я думала что у меня есть настоящая подруга. Жаль что она сама все испортила.