Один сталкер… Ну как, новичок, прогулявшийся по Зоне пару раз с опытным бродягой, решил попытать счастья по-над рекой. Другие там не ходят, значит, артефакты должны быть. Расспросить старожилов ума не хватило, он же самостоятельный. Вот и потащился туда, не подумав, чего это бродяги избегают подобных мест. Только там же камыша валом, а в нём кого только нет. И ладно бы жабочерепахи, здоровенные мутанты, стреляющие языками на три метра, ладно бы рыбы, бегающие на передних лапах, появившихся вместо плавников, но в камышах живут и гадюки-мутанты.
Эти отмороженные твари вымахали в длину, как удавы, но и яда не утратили, а его в каждой столько, что на роту солдат хватит, полстакана точно. Вот такая «красавица» его и цапнула за руку, да ещё и обвилась вокруг тела. Хоть ноги оставила свободными, и парень шарахнулся в сторону. Жить ему оставалось недолго, но на беду, или на счастье, когда уже стал терять сознание, он влетел в аномалию «штора».
Трах-бабах, бум, шмяк и плюх, причем это самое «плюх» в прямом смысле. Аномалия выдала мутанта, плоского до крайности, напоминавшего вытянутую каплю воды, если смотреть сверху. Глаза на ножках смотрели во все стороны, от ушей остались одни дырочки, а носа не стало вовсе. Попытавшись выругаться, он раскрыл огромную пасть и зашипел. Полукруглая эта ловушка имела около метра в поперечнике, полная острых зубов, парочка из которых получилась ядовитой.
Скелет отсутствовал полностью, но дышал он лёгкими с помощью сокращения всего организма. Так и лежал, перекатываясь по всему телу волнами. Однако, неплохо бы и пожрать, а для этого нужно куда-то передвигаться, только ног-то нет. Оказалось, что тело может двигаться наподобие гусеницы, сжимаясь и растягиваясь, так и пополз вперёд.
Только угнаться за дичью бесполезно, пришлось учиться охотиться из засады. Сжался, а потом выбросить свою пасть вперёд и схватить, а точнее поглотить сразу небольшого мутанта. На тех, что побольше, он просто наползал, переваривая потихоньку внутри несуразного тела. Дышать становилось трудно, и он лежал, порой неделю, пока переваривал что-то большое. Лучше всего псевдоутки, эти сами летят к нему, только успевай хватать и глотать.
Вот лежит он, переваривает, а мысли самые безрадостные. Кто он теперь и в чём смысл его жизни? Жрать и лежать, переваривать, это же тоскливо до предела. Только что теперь поделаешь, если он несуразное существо, у которого и нет ничего от человека. Эх, судьба-жестянка, да только теперь ничего не остаётся. Сам виноват, не на кого и пожаловаться, разве что на змею, надо же было ей кусаться.
Зато насмотрелся на мутантов и артефакты, ведь аномалии не только «штора», но и те, которые убивают. Вон, разорвала на части варана, а выдала оранжево-красный шарик, ему говорили бродяги, что он хорошо лечит раны. Только ран у него нет, да и кто решится напасть на такого, разве что псевдоутки. Эти отмороженные, но питательные, правда, иногда их бывает многовато, но и кожа у него прочная, её просто так не прокусить.
А вообще, насмотрелся на многое, смешная свинка с хоботом вместо морды, эдакий «микрослоник», а с нею чешуйчатый волк. Он уже думал, сожрёт волк свинку, но тот притащил ей псевдозайца и покормил, а потом нежно потёрся мордой о бочок. Любовь у них что ли, он мешать не стал, зачем ему это. Есть тут и «штора», в которую он попал, но аномалии он теперь чувствует, они вибрируют, а всё тело чувствует.
– Эх, тоска зелёная, эти вон рядом живут, им не скучно, – мысли в голове бродят сами по себе.
– А тебя кто-то заставлял сюда лезть? – пронеслось в голове.
– Никто, сам пришёл.
– Ну вот, не на кого и жаловаться. Ты вообще, вершина пищевой цепочки, тебе никто не страшен. Кого не проглотишь, того укусить можешь, а он от яда умрёт.
– Да я знаю, но всё, равно, смысл жизни теперь в чём? Лежу, ем, сплю и думаю, вот и всё.
– Вот на «думаю» и остановись, думать о многом можно, а это приводит к пониманию.
– Согласен, буду думать дальше, пользы от меня никакой, только и остаётся думать.
– Это ты зря, польза от всех может быть, не торопись, не всё ещё прошло мимо тебя.
Голос исчез, а он так и лежал, пока не переварил всех псевдоуток. Варан прибежал потрогал языком, даже думал укусить, но он распахнул свою пасть, и варан убежал. Так припустил, как будто смерть за ним гналась. А нечего приставать к нормальным мутантам, лежит себе и никого не трогает. Так бы и жил дальше, но тут кое-что произошло.
Бежит свинка, визжит испуганно, а за ней здоровенный мутант гонится, вроде гориллы с пастью крокодильей. Почти догнал, но тут волк наперерез кинулся, вцепился в ногу и притормозил монстра. Только что тому волк, схватил за задние ноги и ударил об дерево, волк лежит, умирает. А монстр снова за свинкой припустил, она вкуснее.
– Сюда беги! – мысли в голове имеются, а сказать не может.
Пополз наперерез, вдруг успеет. Только свинка поняла, или догадалась и к нему, забежала сзади, а монстр уже тут, как тут. Проглотить такого нереально, а вот укусить просто необходимо. Он раскрыл свою пасть и цапнул ядовитыми зубами монстра. Тот попробовал сломать наглеца, но ломаться-то и нечему, скелета нет. Крутил-крутил, да и отпустил, поскольку стало монстру не до беготни. В голове черти пляшут, ноги подкашиваются, а перед глазами круги плывут.
Так и упал, умирая, а свинка подбежала к волку, гладила его по голове хоботом и плакала, слёзки катятся из глаз, а она повизгивает так тоскливо. Волк-то ещё жив, только задние ноги не работают совсем. И тут всех в голове громко так прозвучало:
– Тащите его в «штору»!
Свинка не поняла, куда тащить, а он-то знает, где аномалия. Подполз и направление показывает, а та не дура, быстро поняла. Ухватила своей маленькой пастью волка за лапу и потащила. Не так это и просто, волк тяжелее её, но свинка упорная, визжала, пыхтела, но тащила, пока вместе не оказались в аномалии.
Трах-бабах, бум вжик и плюх. Стоят два мутанта: красный мужик с рожками на лысой голове и фиолетовая женщина молоденькая с роскошной огненно-красной шевелюрой. Ну там ноги с двумя пальцами, руки с четырьмя, это мелочи. Обнялись и стоят, радуются, что живы и снова людьми стали.
– А ты чего ждёшь? – это уже тихо в голове и него прозвучало. – Этот ещё не умер, тащи и его в аномалию.
Ого, а как это? Он же не свинка даже, пастью хватать бесполезно, да и яду только добавится. Поднял пасть вверх и зашипел, чтобы обратить на себя внимание. Мутанты и повернулись, даже подошли, только чем они помогут.
– Кладите на него, – кто-то снова подсказывает, что делать.
Трудновато, но перекатили и уложили на него тяжёлого монстра. Ползти с ним совсем непросто, но кое-как, по сантиметру, пополз в сторону аномалии, а там дикая боль и всё. Стоят двое и разглядывают друг друга.
– Да ну на хрен, с какого… я бабой стал? – симпатичная лиловая женщина матерится, как сапожник.
– Хватит ругаться, радуйся, что живая, – мужчина лососевого цвета, с соломенными волосами, красавец и атлет, рассматривает женщину.
– Это ты, козёл, меня цапнул?
– Ты же хотела свинку сожрать, а у них любовь.
– Урод я жрать хотел, ты никогда не голодал?
– Ещё как, я же охотиться не мог, только кто набежит, того и ел, и раз женщина, то и говори, как женщина.
И тут подошли влюблённые, они уже палки нашли, чтобы от мутантов защищаться.
– Хватит ругаться, нам теперь думать надо, как к людям дойти, оружия-то нет совсем.
– Погодите, там моё копьё осталось, я его выронил по пути, совсем плохо было.
Точно лежит нож на палке, неплохо привязанный и палка не сгнила ещё. Его отдали бывшей свинке, поскольку мужчина заверил, что с копьём она – мастер. Он при ней отмычкой был, а потом в «штору» попали. Нормально, блондину и толстая палка подошла, с такой мускулатурой и это неплохое оружие. В общем, голая эта компания добралась-таки до Бара, даже с парочкой недорогих артефактов.
Одеться хватило, а с оружием пока пришлось повременить. Не беда, запекли на костре псевдоуток и поужинали. А утром все отправились в ходку, пришлось повоевать, но и нашли по артефакту, пусть недорогие, зато теперь можно подумать, что из оружия купить. Женщина, которая из монстра получилась, оставила компанию, неприятно, когда о тебе знают слишком много. А к парню подвалила роскошная красно-коричневая красавица.
– Смотрю, ты в этом трио лишний, – томно произнесла она грудным голосом. – Пойдёшь ко мне в напарники?
Он посмотрел на товарищей по приключениям и те кивнули, мол, иди. Так и стал он ходить с этой красоткой. Кузнец потом сделал такое оружие, что никакой мутант не страшен, но и напарница оказалась ловкой и бесстрашной. Сладилась и любовь, а за ней и карапуз получился. Теперь все счастливы и довольны жизнью. Жалеет он только об одном, о ядовитых зубах, иногда они бы совсем не помешали.
Прошу прощения но я опять неудачно упал, теперь лежу, в основном. Буду писать, но не быстро, долго мне сидеть нельзя...