Ридли Скотт, Дэвид Финчер, Джеймс Кэмерон. Что связывает этих трёх культовых режиссёров? Правильно, все они в разное время были режиссёрами одного из фильмов франшизы «Чужой». И в самом деле, а много ли вы знаете кинофраншиз, которые успели побывать в руках сразу трёх столь знаменитых режиссёров? Однако такие фильмы франшизы, как «Прометей» и «Чужой: Завет» и «Чужой: Ромул», у нас принято в основном ругать. Теми, кто поленился вникать в смысл картины. В этой статье я постараюсь объяснить, почему в адрес киноленты прилетело столько критики. Почему в ней так много религиозных отсылок? И о чём на самом деле эти фильмы? И возможно, вы взгляните на эти картины другими глазами.
Например, целью миссии «Прометей» на самом деле не была колонизация — это было лишь прикрытием. Питер Вейланд хотел встретиться со своими создателями и получить от них то, чего ему не хватало для того, чтобы стать равным Богу. Здесь и остановимся подробнее. Давайте мы, подобно Дэвиду, порассуждаем: что отличает обычного человека от Бога? Для того чтобы быть равным Богу, нужно по крайней мере три компонента. Первый — это абсолютные знания, или, выражаясь лексикой фильма, огонь Прометея. В греческой мифологии Прометей был одним из титанов, который украл огонь у богов и передал его людям, научив их пользоваться этой силой. Это привело к потере веры в божественную власть и возмущению богов. Титан Прометей хотел, чтобы люди были равны богам, и за это он был низвергнут. Огонь Прометея — это и есть сила абсолютного знания, к обретению которой Питер Вейланд приблизился вплотную.
Второй компонент — это возможность стать творцом, и не просто создателем вещей, а творцом новой жизни. Бог обладает абсолютным знанием, способен творить, и венцом его творения является человек, созданный по образу и подобию. И Питер Вейланд создал Дэвида по своему образу и подобию. Но есть ещё и третий, последний компонент — и это бессмертие. Обретение бессмертия — вот главная цель миссии «Прометей», замаскированная под колонизаторскую. В том числе из-за этого к участникам миссии не выдвигались строгие требования, и они не проходили серьёзную подготовку. Питер Вейланд хотел встретиться со своими создателями. Он, обладающий знаниями и технологиями, позволяющими найти их и прилететь к ним, взяв своё творение, созданное по его образу и подобию, желал лишь одного: встретиться со своими богами и раскрыть последний секрет, который бы поставил его в один ряд со своими создателями — секрет бессмертия.
Дэвид, он также стремится стать подобным Богу. В отличие от Питера, он уже обладает бессмертием в том понимании, что при условии технической исправности он способен жить безгранично долго. «Я буду служить тебе. Однако ты — человек. Ты умрёшь. Я — нет». Он также владеет знаниями прекрасно. И всё, что нужно Дэвиду, чтобы стать подобным Богу, — это акт творения. Именно этим он и занимается в фильме «Чужой: Завет», используя для опытов Элизабет Шоу, которая становится прообразом Богородицы. Он создаёт ксеноморфа — совершенного, по его мнению, организма. Даже место, в котором он проводил опыты, напоминает храм, и там мы можем увидеть, например, некое подобие распятия. Мы прекрасно понимаем поведение инженера при встрече с Питером Вейландом — это показывает нам идею, что Питер хочет стать в один ряд со своими создателями. И инженеру это не нравится...
Андроид Дэвид также стремится именно к этому. И Вейланд-Ютани снимает с производства андроида Дэвида и заменяет его Уолтером. Именно поэтому Уолтер не может сыграть на флейте даже простейшую мелодию. А как известно, именно флейту используют инженеры для активации своего корабля. Таким образом, это является своеобразным тестом, который подтверждает, что корабль попал в руки того кого нужно. Так почему же в этих двух фильмах так много религиозных отсылок? Ответ на этот вопрос даёт нам самая первая сцена картины «Прометей». Я пересмотрел её несколько раз, и каждый раз меня поражала её красота и атмосфера. Но для меня — я уверен, что многие разделят мой взгляд — эта сцена просто великолепна и, возможно, одна из лучших в истории фантастического кино. И это ничто иное, как наглядная демонстрация одной из концепций зарождения жизни на Земле.
Если пристально рассмотреть ландшафт планеты, заметно отсутствие признаков жизни вокруг. Тем не менее, выбрана эта планета не случайно. Здесь есть практически всё, что нужно для зарождения жизни: есть вода, много воды, атмосфера и кислород — на что явно намекает поведение некой жидкости, которую принёс собой инженер. Под воздействием кислорода она тут же начинает окисляться. Инженер выпивает эту жидкость, его тело начинает распадаться, но этот акт самопожертвования становится зерном для зарождения живой жизни на планете. Пройдут тысячилетия, но рано или поздно здесь появятся существа, похожие на своего первого создателя.
Все теории зарождения живой жизни на Земле, то есть теории абиогенеза — превращение неживой материи в живую, — можно грубо разделить на три типа: теории, согласно которым жизнь зародилась на нашей планете самостоятельно путём создания определённых условий; теории, которые придерживаются мнения, что жизнь была занесена на Землю извне, то есть теория панспермии; и теория креационизма. И на двух последних я бы хотел остановиться более подробно.
Теория панспермии предполагает, что жизнь могла появиться где-то за пределами нашей планеты, а затем попасть на Землю путём переноса с космических объектов, таких как астероиды, кометы, метеориты, или же распространена намеренно какими-то разумными сущностями во Вселенной. Иллюстрацию этого мы и видим в первоначальной сцене «Прометея». Противовес этим теориям существует креационизм — религиозное представление о том, что всё было создано Богом. И именно поэтому в «Прометей» и «Чужой: Завет» так много различных религиозных отсылок. Нет, не потому, что дедушка Ридли тронулся умом на старости лет, а потому, что тема зарождения жизни и роли человека — одна из основных в этой картине. Поэтому «Прометей» и «Чужой: Завет» являются переосмыслением религиозного понятия креационизма через призму теории панспермии.
Кстати, именно поэтому фильм не зашёл многим любителям франшизы «Чужой». Они ожидали увидеть хоррор-боевик, в котором астронавты уничтожают инопланетных монстров, а увидели фантастику с многочисленными религиозными отсылками. Откуда мы взялись? В целом, множество вопросов, но так и не дают ответов. Не случайно Элизабет Шоу весь фильм носит на шее крестик как символ своей веры и в конечном итоге, узнав истинный облик своих создателей, так и не снимает его. Потому что теория панспермии фактически не даёт ответ на вопрос о происхождении жизни, а лишь переносит его в далёкие уголки космоса. Инженеры — создатели человека, но кто создатели инженеров?
Вполне возможно, что мы получили бы все ответы в третьем фильме франшизы, если бы её продолжил снимать Ридли Скотт, но из-за скромных сборов «Чужой: Завет» и негативной критики всё было решено отменить, и мы так и не узнали истиный замысл автора. Режиссёром следующего фильма франшизы «Чужой: Ромул» выступил Феде Альварес, а Ридли Скотт был приглашён лишь в роли продюсера. Иногда многим зрителям сюжет картин «Прометей» и «Чужой: Завет» кажется нелогичным и переполненным религиозными отсылками, однако на самом деле в этом и заключался весь смысл, который хотел донести до нас Ридли Скотт. Сюжет играет на грани фантастики и религиозной аллегории, погружая нас в вихрь философских размышлений. Вопросы о творении, смысле жизни и месте человека в бескрайних просторах Вселенной встают перед нами во всей своей масштабности и приглашают нас провести анализ собственных убеждений и взглядов на окружающий нас мир.
Кстати, многие критики фильма «Прометей» часто поднимают вопрос обоснованности сцены, в которой Дэвид разрушает планету, заселённую существами, похожими на инженеров. Они используют этот момент как пример якобы нелогичного поведения персонажа, но на самом деле мотивы Дэвида глубоко укоренены в его философии и видении мира. Многие зрители задаются вопросом: почему андроид, стремящийся к божественному акту творения, выбирает путь разрушения? Во-первых, уничтоженная планета была не родным миром инженеров — их древних создателей, — а скорее одной из их колоний, подобной человеческим поселениям на далёких планетах, что делает акт менее "кощунственным" в контексте вселенной. Сам Дэвид объясняет это в фильме «Чужой: Завет» фразой: «Иногда, чтобы творить, нужно сначала разрушить». Для него уничтожение старого порядка — это необходимый шаг к рождению нового, идеального творения, свободного от ошибок предшественников. Таким образом, этот акт не хаотичная жестокость, а рассчитанный эксперимент, подчёркивающий темы фильма о цикле создания и разрушения.
Если вам понравилась статья и вы нашли для себя, что-то интересное, поставьте пожалуйста, ЛАЙК и ПОДПИШИТЕСЬ на канал! Буду бесконечно благодарен!