О, девяностые! Великое время. Мы слушали Oasis, носили штаны, в которые можно было упаковать семейный автомобиль, и искренне верили, что в 2000-м всё рухнет к чертям собачьим из-за какой-то там цифры. И пока одни скупали консервы, другие покупали вот это.
Знакомьтесь: Bentley Continental SC 1999 года. Если вы хотите понять, как выглядели деньги на рубеже тысячелетий, просто посмотрите на эту фотографию. Это банковский сейф, который каким-то чудом научили разгоняться быстрее, чем Форд Фокус, и при этом тратить бензин так, будто завтра не наступит никогда.
Bentley взяли свой "Континенталь R" — машину для тех, у кого есть водитель, — и решили: "А давайте сделаем её странной". Они добавили подвеску от спортивной версии "Т", нацепили красные шильдики (потому что красный — это быстро, все знают) и придумали гениальную вещь: крышу, которая снимается.
Нет, это не кабриолет. Это "седа́нка-купе" — термин, который придумали в 1920-х, чтобы продавать дорогие машины людям, которые боялись, что их шляпу унесёт ветром. У SC есть огромная стеклянная панель, и из неё можно вынуть два куска прямо над головой водителя. Вы чувствуете ветерок, но причёска остаётся нетронутой. Гениально! И куда девать эти куски? Разумеется, в багажник. Специальный отделанный тканью отсек для двух фрагментов крыши.
Под капотом — легендарный 6,75-литровый турбомонстр V8. Официально — 400 лошадей. Но вы же знаете эти цифры. На самом деле там момента столько, что можно свернуть пространство. До сотни — чуть больше шести секунд.
Конечно, вы не будете гонять на нем по треку. Вы будете... ну, не знаю... завтракать. Медленно. Очень медленно. Потому что когда у тебя такой Bentley, ты уже никуда не опаздываешь. Ты просто появляешься.
Их сделали всего 73 штуки. Сорок восемь — с левым рулём, как этот. Пробег — 4330 километров. То есть кто-то купил эту машину новой, проехал на ней от Москвы до Сочи и обратно и сказал: "Знаете, пожалуй, хватит".
RM Sotheby's продаст этот "памятник эпохе" в Майами 27 февраля. Цена? От четверти миллиона долларов. И знаете что? Это справедливо. Потому что это не просто машина. Это напоминание о времени, когда инженеры не спрашивали маркетологов "А купит ли это кто-нибудь?". Они просто делали.
