Вечером в пятницу Лада стояла у подъезда старого кирпичного дома на улице Садовой и смотрела на тёмные окна третьего этажа. В одном из них горел свет, тёплый, жёлтый, будто разлитый по занавеске. Там жила её младшая сестра Лиля.
Лада крепче сжала ручку дорожной сумки. Внутри лежали сменная блузка, зубная щётка и аккуратно сложенный халат, она собиралась остаться на ночь. Утром у неё была важная встреча в центре, а от Лили добираться всего десять минут пешком. Да и, если честно, Ладе просто хотелось побыть рядом с родным человеком.
День выдался суматошный. В офисе внезапно отключили отопление, сотрудники кутались в шарфы и шутили, что зима вернулась в марте. Потом позвонил муж, Артём, и коротко сообщил:
— Я задержусь. Встреча с клиентами. Не жди к ужину.
Он говорил быстро, будто торопился положить трубку. Лада тогда не придала значения, работа есть работа. Но дома оставаться одной не хотелось. Она вспомнила, что Лиля недавно жаловалась на бессонницу, и подумала: вот и повод: посидят, попьют чай, поболтают до полуночи, как в детстве.
Домофон отозвался длинным писком.
— Да? — голос Лили звучал приглушённо.
— Это я, — сказала Лада весело. — Открывай.
Пауза затянулась. В трубке послышалось какое-то шуршание, словно ладонью прикрыли микрофон. Потом замок щёлкнул.
Подъезд встретил влажной штукатуркой и кошачьим кормом. Лада поднялась на третий этаж пешком, лифт опять не работал. Перед дверью сестры она поправила волосы и улыбнулась.
Лиля открыла почти сразу. На ней был домашний костюм цвета пыльной розы, волосы собраны в небрежный пучок. Но лицо показалось Ладе странным, будто припудренным небрежно, второпях.
— Ты чего не предупредила? — вместо приветствия спросила Лиля.
— Хотела сделать сюрприз, — Лада рассмеялась. — Пустишь переночевать? Завтра с утра у меня встреча в «Галерее», отсюда ближе.
Лиля не улыбнулась в ответ. Она держала дверь так, что щель оставалась узкой.
— Сегодня… не получится, — произнесла она после паузы.
Лада решила, что ослышалась.
— В смысле?
— У меня… гости, — сказала Лиля и быстро отвела взгляд.
— Так я тихо, — пожала плечами Лада. — Я же не мешаю. Я на кухне устроюсь или в гостиной.
Из квартиры донёсся глухой звук, будто что-то уронили. Лиля вздрогнула.
— Нет, правда, не надо. Мне неудобно. Я… занята.
Лада нахмурилась.
— Лиль, ты меня не пускаешь? Сестру? У тебя от меня тайны?
— Не начинай, — голос сестры стал резче. — Просто сегодня не лучший день.
В этот момент Лада уловила знакомый запах, с нотками табака и цитруса. Она знала его слишком хорошо. Так пах одеколон Артёма. Она даже когда-то шутила, что могла бы узнать мужа с закрытыми глазами по одному лишь аромату.
Лада замерла.
— У тебя кто? — спросила она медленно.
— Я же сказала: гости, — Лиля нервно провела рукой по волосам. — Коллега зашла. Мы работаем над проектом.
— Коллега? — переспросила Лада.
Из глубины квартиры снова послышался звук, на этот раз будто кашель, приглушённый, мужской. Лада почувствовала, как в груди что-то неприятно кольнуло.
— Лиль, — тихо сказала она, — я всё равно зайду. Поздороваюсь и уйду.
Она сделала шаг вперёд, но сестра резко перекрыла проход.
— Не надо!
Они стояли лицом к лицу. Лада видела, как у Лили дрожит нижняя губа. Та явно нервничала.
— Ты странная сегодня, — попыталась пошутить Лада, но голос вышел хриплым. — Что происходит?
— Ничего. Просто… не надо сейчас.
В коридоре за спиной Лили мелькнула тень.
Лада прищурилась, но Лиля прикрыла дверь, закрывая обзор.
— Лад, ну правда. Давай завтра созвонимся. Я всё объясню.
— Объясни сейчас.
— Не могу.
Повисла тяжёлая тишина. Лада вдруг почувствовала себя лишней у чужой двери, с сумкой в руке, как случайная просительница. Сестра, с которой они делили в детстве одну кровать и тайные конфеты под подушкой, теперь смотрела на неё как на нежеланного гостя.
— Хорошо, — сказала Лада наконец. — Раз не можешь, не надо.
Она развернулась и начала спускаться по лестнице. Сумка казалась тяжелее, чем пять минут назад.
— Лад! — окликнула Лиля.
Но Лада не обернулась. На улице было прохладно. Фонари отражались в лужах. Она стояла у подъезда и пыталась понять, что именно её так задело. Отказ? Тон? Или тот запах, который всё ещё стоял в носу?
Телефон завибрировал.
«Я ещё на встрече. Буду поздно. Не жди», —пришло сообщение от Артёма.
Лада посмотрела на экран, потом снова на окно третьего этажа. Свет там всё ещё горел. Занавеска слегка колыхнулась, будто кто-то прошёл рядом.
Она почувствовала странное желание подняться обратно, нажать на звонок и настоять. Но что она скажет? «Мне показалось, что у тебя пахнет моим мужем»? Это звучало глупо, даже смешно.
Лада вызвала такси. Пока машина ехала по вечернему городу, она смотрела в окно и вспоминала, как год назад сама помогала Лиле переезжать в эту квартиру. Они тогда смеялись, раскладывали посуду, спорили, куда повесить шторы. Лада принесла старый плед из дома, «чтобы было уютнее». А Лиля тогда обняла её и сказала:
— Хорошо, что ты у меня есть.
Сегодня эта же сестра не пустила её на порог.
Дома Ладу встретила тишина. Она поставила сумку в коридоре и машинально включила свет в гостиной. На столе стояла чашка Артёма с недопитым кофе. Рядом лежали его ключи от машины.
Она замерла. Ключи. Если он «на встрече», то почему ключи здесь?
Лада подошла ближе. Может, запасные? Нет. Это были те самые, с металлическим брелоком в форме якоря, который она подарила ему на годовщину.
Сердце застучало быстрее. Она набрала мужа.
— Да? — ответил он почти сразу.
На фоне слышался гул, не шум ресторана, не улицы. Скорее, приглушённое эхо помещения.
— Ты на встрече? — спросила Лада спокойно.
— Да. Говорил же.
— На машине?
— Конечно.
Она посмотрела на ключи.
— Понятно, — сказала она и отключилась.
В квартире стало слишком тихо. Лада прошла в спальню, открыла шкаф. Половина полки Артёма была пуста. Исчезла его тёмно-синяя рубашка и серый свитер.
Может, надел. Она закрыла дверцу и медленно опустилась на край кровати. В голове всплыл тот запах, терпкий, с нотками табака и цитруса. И тень в коридоре за спиной Лили.
Лада встала, подошла к окну. Вдалеке виднелся район, где жила сестра. Конечно, она не могла увидеть конкретный дом. Но почему-то смотрела именно туда.
Телефон снова завибрировал. Сообщение от Лили: «Прости. Правда не сегодня. Завтра всё объясню».
Лада долго смотрела на экран. Потом набрала короткий ответ: «Не нужно». Она положила телефон и выключила свет.
В ту ночь она почти не спала. Каждый звук казался громче обычного. Лифт гудел, соседи хлопали дверями, где-то лаяла собака. Лада лежала с открытыми глазами и слушала тишину своей квартиры.
Ближе к трём ночи в замке повернулся ключ. Она села на кровати. Шаги в коридоре были осторожными, почти бесшумными. Артём вошёл в спальню, думая, что она спит.
— Ты дома? — спросила Лада в темноте.
Он вздрогнул.
— Конечно. А где мне быть?
— На встрече.
Он замолчал на секунду.
— Да, она затянулась.
Лада не включала свет. Ей хотелось слышать, как он дышит.
От него пахло тем самым одеколоном. И чем-то ещё: чужой квартирой, чужим воздухом.
— Устал? — спросила она.
— Очень.
Он лёг рядом и отвернулся к стене. Лада смотрела в потолок.
Утром Лада встала раньше. Артём ещё спал, лежал на боку, лицом к стене, как будто и ночью не менял позы. Одеяло было натянуто до подбородка, только тёмные волосы растрёпаны по подушке. Он дышал ровно, спокойно, будто действительно провёл вечер на переговорах и вернулся уставшим.
Лада тихо вышла на кухню. В чайнике осталась вода со вчерашнего вечера. Она включила плиту и прислонилась к столешнице. В голове не было громких мыслей, никаких драматических выводов: только цепочка фактов.
Ключи от машины дома. Запах у Лили. Там же тень в коридоре. И слишком резкое «не надо».
Чайник закипел, зашипел. Лада вздрогнула и выключила газ.
Телефон на столе лежал экраном вниз. Она перевернула его, одно новое сообщение от Лили.
«Ты дома? Нам надо поговорить».
Лада усмехнулась. Она набрала коротко: «После обеда». Ответ пришёл почти сразу: «Я приеду». Лада не стала возражать.
Артём проснулся около девяти. Вышел на кухню в домашней футболке, зевая.
— Ты рано, — сказал он, наливая себе воду.
— Встреча же, — напомнила Лада.
— А, точно.
Он посмотрел на неё пристально.
— Ты вчера какая-то странная была. Всё нормально?
— Конечно.
Она подала ему чашку чая. Их пальцы соприкоснулись, и Лада машинально втянула воздух. Тот же одеколон. Свежий, как будто он обновил его перед самым возвращением.
— Ты сегодня дома? — спросила она.
— Нет, поеду к обеду в офис.
— На машине?
— Да.
Он потянулся за ключами… и замер. На крючке их не было.
— Странно, — пробормотал он. — Я вроде…
— Они на столе, — спокойно сказала Лада.
Артём взял ключи, чуть задержал взгляд на её лице.
— Спасибо.
Он ушёл в душ. Вода шумела долго. Лада сидела за столом и смотрела в окно. Двор жил своей обычной жизнью: женщина в красной куртке выгуливала таксу, дворник сгребал остатки снега к бордюру, подростки спорили у подъезда. Ничего необычного.
Но в ней что-то уже сдвинулось, как будто привычный рисунок треснул по шву.
Когда Артём уехал, Лада не стала собираться на встречу. Она позвонила и перенесла её на другой день.
К полудню в дверь позвонили. Лиля стояла на пороге без макияжа, в тёмном пальто. Глаза красные, будто не спала.
— Можно? — тихо спросила она.
— Проходи.
Лада не стала предлагать чай. Они прошли в гостиную и сели друг напротив друга. Между ними низкий столик, на котором лежал вчерашний журнал.
— Я вчера… — начала Лиля и запнулась. — Я не хотела, чтобы так вышло.
— Как… так? — спокойно спросила Лада.
— Ты всё неправильно поняла.
— Я ничего не поняла. Ты меня не пустила.
Лиля сжала пальцы.
— У меня правда был гость.
— Коллега?
— Да.
— Мужчина?
Лиля кивнула, не поднимая глаз.
— И ты решила, что я помешаю?
— Это не так.
— Тогда как?
Повисла пауза. За окном проехала машина, в комнате мелькнула тень от ветки.
— Лад, — наконец сказала Лиля, — у меня сейчас всё сложно. Я не хочу, чтобы ты… чтобы ты лезла.
— Я не лезла. Я хотела переночевать.
Лиля резко подняла глаза.
— Ты не понимаешь.
— Тогда объясни.
Сестра встала и прошлась по комнате.
— Он… — начала она и осеклась. — Он женат.
Лада почувствовала, как внутри что-то холодно щёлкнуло.
— И?
— И я не хочу, чтобы кто-то знал. Даже ты.
— Особенно я? — уточнила Лада.
Лиля замолчала. Лада поднялась.
— То есть ты предпочла оставить меня на лестнице, потому что у тебя роман с женатым?
— Не так грубо!
— А как?
Лиля закрыла лицо ладонями.
— Я запуталась. Мне не нужно было, чтобы ты его видела.
— Почему?
Сестра опустила руки.
— Потому что ты бы сразу всё поняла.
Эти слова повисли в воздухе.
— Что… всё? — тихо спросила Лада.
Лиля отвела взгляд.
— Лад, давай не будем.
— Нет, будем.
Лада подошла ближе. Теперь между ними оставалось всего несколько шагов.
— Я вчера почувствовала знакомый запах, — сказала она ровно. — Тот, который я знаю слишком хорошо.
Лиля побледнела.
— Ты выдумываешь.
— Может быть.
— Это просто совпадение.
— Возможно.
Лада смотрела на сестру не мигая.
— Он был у тебя? — спросила она.
— Кто?
— Не играй.
Лиля молчала.
Тишина затягивалась, становилась тяжёлой, вязкой.
— Ты сошла с ума, — наконец вздохнула Лиля. — Ты правда думаешь, что я…
Она не договорила. В прихожей зазвонил телефон Лады. Они обе вздрогнули. Лада прошла к тумбочке и посмотрела на экран: «Артём». Она включила громкую связь.
— Да?
— Ты дома? — голос мужа звучал напряжённо.
— Да.
— К тебе Лиля не приезжала?
Лада медленно подняла взгляд на сестру.
— Приехала.
— И?
— Мы разговариваем.
— О чём?
— О гостях, — ответила Лада.
На том конце повисло молчание.
— Лад, не начинай, — наконец произнёс Артём. — Я на работе.
— На машине?
— Да.
— С ключами?
— Конечно.
Лада перевела взгляд на Лилю. Та стояла, вцепившись в спинку стула.
— Хорошо, — сказала Лада и отключила звонок.
В комнате стало слышно, как тикают часы.
— Ты ему сказала? — прошептала Лиля.
— Пока нет.
— Лад…
— Что?
Сестра вдруг шагнула к ней.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю?
Лиля открыла рот, но слов не нашлось.
Лада почувствовала странное спокойствие.
— Вчера Артем сказал, что на встрече, — произнесла она. — Но его ключи были дома.
Лиля закрыла глаза.
— Ты проверяешь его?
— Нет. Я просто смотрю.
Сестра медленно опустилась на стул.
— Мы… — начала она тихо. — Мы просто разговаривали.
— Ночью?
— Да.
— Вдвоём?
Лиля кивнула.
— И ради этого ты не пустила меня?
— Я не хотела скандала.
Лада усмехнулась.
— Ты его уже устроила.
Они снова замолчали. За окном начал моросить дождь. Капли стекали по стеклу тонкими дорожками.
— Он обещал всё решить, — вдруг сказала Лиля.
— Что решить?
— Со своим браком. —Слова прозвучали почти шёпотом. Лада почувствовала, как внутри что-то окончательно встаёт на место.
— Давно это у вас? — спросила она. Лиля не ответила.
— Давно? — повторила Лада.
— Несколько месяцев.
— И ты думала, что я не узнаю?
— Я не хотела, чтобы ты узнала вот так.
— А как?
Лиля смотрела на неё с отчаянием.
— Он сказал, что любит меня.
Лада отвернулась к окну.
— Он много чего говорит.
Дождь усилился. Машины во дворе блестели мокрыми крышами.
— Лад… — голос Лили дрогнул. — Я не планировала. Это просто случилось.
Лада обернулась.
— Случилось… это когда чашку разбил. А это ваш выбор.
Сестра заплакала тихо, беззвучно.
— Он сейчас у тебя? — спросила она.
— Нет.
— А вчера был.
Лиля медленно кивнула. Лада взяла пальто с вешалки.
— Куда ты? — испуганно спросила сестра.
— На Садовую.
— Зачем?
— Посмотреть на тот самый свет в знакомом окне.
Она вышла, не хлопнув дверью. На улице дождь уже лил по-настоящему. Лада не раскрыла зонт. Ей хотелось чувствовать холод на лице.
Дождь не собирался стихать. Лада стояла под козырьком соседнего подъезда на Садовой и смотрела на знакомое окно третьего этажа. Свет горел тот самый, жёлтый, тёплый, будто ничего в мире не изменилось. Как будто не было ни утреннего разговора, ни признания, ни фразы «несколько месяцев».
Она не торопилась подниматься. Ей нужно было увидеть это окно ещё раз, чтобы потом никто не сказал, что ей «показалось».
Во дворе хлопнула дверца машины. Лада машинально повернула голову: тёмный седан въехал на свободное место у мусорных баков. Машина была ей знакома до последней царапины на заднем бампере.
Артём вышел, быстро захлопнул дверь и огляделся. Дождь барабанил по крыше, по капоту, по асфальту. Он не заметил её стоящую в тени, под козырьком.
Лада почувствовала, как в груди всё становится пустым и ровным, как гладкая поверхность стола. Артём поднял воротник пальто и направился к подъезду Лили. Он нажал на домофон. Долго ждать не пришлось, дверь открылась почти сразу. Значит, его ждали.
Лада вышла из-под козырька и пошла следом. Она вошла в подъезд, пока дверь ещё не захлопнулась, и поднялась по лестнице, не торопясь. С третьего этажа доносились голоса.
Она остановилась перед дверью Лили. Сердце билось спокойно, почти лениво. Она нажала на звонок.
За дверью воцарилась тишина.
Потом послышались шаги.
— Кто там? — голос Лили.
— Открой, — сказала Лада.
Замок щёлкнул. Дверь открылась на ширину ладони. Лиля стояла бледная, с растрёпанными волосами. За её спиной, в глубине коридора, виднелся силуэт.
— Лад… — вздохнула она.
— Можно? — спокойно спросила Лада. Лиля не успела ответить, Лада уже шагнула внутрь.
Артём стоял у стены, в двух шагах от кухни. На нём было то самое пальто, в котором он «поехал в офис». Он смотрел на Ладу так, будто увидел призрака.
— Ты… — начал он.
— Я, — ответила Лада.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Артём.
— А ты? —Он открыл рот, но не нашёлся с ответом.
Лиля закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, будто боялась, что Лада сейчас выбежит.
— Я всё объясню, — быстро сказала она.
— Не надо, — перебила Лада. — Я уже все поняла.
Она прошла в кухню, словно пришла в гости. На столе стояли две чашки. Одна с губной помадой на краю. Другая мужская, тёмная, без рисунка. Таких у Лили раньше не было.
Лада коснулась пальцем стола, поверхность была влажной от пролитой воды.
— Давно вы пьёте вместе кофе? — спросила она, не оборачиваясь.
— Лад, это не то, что ты думаешь, — сказал Артём.
— Правда? — она повернулась к нему. — А что я думаю?
Он шагнул ближе.
— Мы хотели всё сказать тебе нормально.
— Когда? После того как я снова попрошусь переночевать?
Лиля всхлипнула.
— Я просила его не приезжать сегодня, — быстро сказала она. — Я знала, что ты…
— Знала что? — Лада посмотрела на неё. — Что я догадаюсь?
Артём провёл рукой по лицу.
— Мы не планировали, — начал он. — Всё как-то само…
— Случилось? — Лада усмехнулась. — Да, я уже слышала эту версию.
Он раздражённо вздохнул.
— Ты сейчас специально провоцируешь.
— Нет. Я просто смотрю.
Она обвела взглядом кухню, знакомую до мелочей. Плед на спинке стула, тот самый, который она принесла на новоселье. Ваза с засохшими тюльпанами. Магнит на холодильнике из их совместной поездки в Турцию, Лада подарила его Лиле в шутку.
Всё осталось прежним. Только роли поменялись.
— Сколько раз? — спросила она вдруг.
Артём молчал.
— Сколько раз ты приезжал сюда, когда говорил, что на работе?
— Лад…
— Сколько?
— Несколько месяцев, — тихо ответила Лиля.
— Я у него спрашиваю.
Артём отвёл взгляд.
— С осени.
Лада усмехнулась, будто записала эту информацию в блокнот.
— И вы думали, что это не всплывёт?
— Мы хотели разобраться, — сказал он. — Я собирался поговорить с тобой.
— Когда? — снова спросила она.
Он не ответил. Лиля вдруг шагнула вперёд.
— Это моя вина, — сказала она быстро. — Я знала, что так нельзя. Я должна была остановить.
— Ты? — Лада посмотрела на неё внимательно. — Ты должна была?
— Да.
— А он нет?
Артём резко вмешался:
— Хватит перекладывать с одной головы на другую.
— Я ничего не перекладываю, — спокойно ответила Лада. — Я просто уточняю.
Дождь за окном усилился. Капли били по стеклу, как дробь. Лада подошла к окну и посмотрела вниз. Их машина стояла во дворе, мокрая, блестящая.
— Ты даже не пытался спрятаться, — сказала она. — Припарковался прямо под окнами.
— Я устал прятаться, — резко ответил Артём.
Эта фраза прозвучала почти с вызовом. Лада обернулась.
— Устал?
— Да. Я не мальчик. Я имею право…
— На что?
Он замолчал. Лиля закрыла лицо руками.
— Пожалуйста, не надо так, — прошептала она. — Я не хочу скандала.
— Скандала? — Лада удивлённо подняла брови. — Это ты называешь скандалом?
Она подошла к столу и взяла одну из чашек. Ту, мужскую.
— Это не скандал. Это факт.
Она поставила чашку обратно.
— Ты любишь её? — спросила она у Артёма.
Он замер.
— Да, — сказал он после паузы.
Слово прозвучало глухо, но отчётливо. Лиля вскинула голову.
— Не надо…
Но он продолжил:
— Да. Я люблю её. —Лада почувствовала, как внутри что-то окончательно замерло.
— Понятно, — сказала она.
Она прошла в коридор.
— Ты уходишь? — спросила Лиля.
— А зачем мне здесь оставаться?
Артём шагнул к ней.
— Нам надо поговорить.
— Мы уже поговорили.
— Нет, не так.
— А как? — она посмотрела на него спокойно. — Втроём?
Он сжал губы.
— Я всё равно собирался уйти, — сказал он.
— Куда?
Он не ответил, но взгляд его скользнул к Лиле.
Лада вышла. Лестница казалась бесконечной. Каждый шаг отдавался эхом.
Во дворе дождь начал стихать. Лада подошла к машине, провела ладонью по мокрому капоту. Капли стекали по пальцам.
Через несколько минут из подъезда вышел Артём. Он увидел её и остановился.
— Ты поедешь домой? — спросил он.
— Да.
— Я с тобой.
— Зачем?
Он не нашёлся с ответом. Лада открыла водительскую дверь.
— Садись, — сказала она. — Нам действительно нужно поговорить.
Он сел рядом. Машина медленно выехала со двора.
Машина ехала медленно. Дворы, перекрёстки, светофоры — всё было знакомым, привычным, будто этот день ничем не отличался от сотен других. Только внутри Лады не осталось ни одного привычного ощущения.
Артём сидел рядом, смотрел вперёд. Он не пытался взять её за руку, не оправдывался.
— Куда? — спросил он, когда они выехали на проспект.
— Домой, — ответила Лада.
— Нам надо обсудить.
— Обсудим.
Они поднялись в квартиру вместе. Дверь закрылась глухо. Тишина внутри показалась плотной.
Артём прошёл в гостиную, снял пальто, положил на спинку кресла. Лада не стала его останавливать.
— Я не хотел, чтобы ты узнала так, — начал он.
— А как ты хотел?
Он вздохнул.
— Я собирался уйти.
— Когда?
— Скоро.
— Это не ответ.
Он провёл рукой по волосам.
— Я думал, что смогу всё уладить.
— Что именно? — Лада смотрела на него прямо. — Два адреса? Два набора ключей? Две женщины?
Он поморщился.
— Не надо утрировать.
— Это не утрирование. Это арифметика.
Она прошла в спальню, открыла шкаф. Половина его полок всё ещё была пустой.
— Ты уже собирался? — спросила она.
— Нет.
— Значит, собирался в теории.
Он замолчал. Лада достала из ящика папку с документами. Паспорт, свидетельство о браке, бумаги на квартиру. Всё лежало аккуратно, как всегда.
— Что ты делаешь? — насторожился Артём.
— Упрощаю задачу.
— Лад, не спеши.
Она обернулась.
— Я не спешу. Я просто не собираюсь ждать, пока ты «созреешь».
Он подошёл ближе.
— Ты правда готова всё перечеркнуть?
— Ты уже перечеркнул.
Вечером Лада вышла из дома. Она просто надела пальто, взяла папку с документами и вызвала такси. Артём не остановил её.
На следующий день она подала заявление. Очередь в коридоре суда была длинной, женщины с папками, мужчины с усталыми лицами, молодые пары, пожилые. Обычная картина. Никто не знал, что для неё этот шаг стал точкой.
Когда она вышла на улицу, было светло и неожиданно тепло. Снег почти растаял, по асфальту текли ручьи.
Артём собрал вещи за два дня. Он не устраивал сцен, не просил прощения, не обещал вернуться. Он будто заранее принял решение.
Когда он выносил последний чемодан, Лада стояла в прихожей.
— Ты уверена? — спросил он.
— В чём?
— Что не хочешь попробовать ещё раз?
Она смотрела на него долго.
— Ты уже попробовал. —Он ничего не ответил. Дверь закрылась.
Лада прошла в кухню, открыла окно. Весенний воздух был прохладным, но свежим. Телефон снова завибрировал. Сообщение от Лили: «Он сказал, что любит меня. Но сегодня почти не разговаривает». Лада не ответила.
Через неделю они встретились у нотариуса. Артём стоял в коридоре, листал документы. Лили рядом не было.
— Как ты? — спросил он.
— Нормально.
— Я снял квартиру, — сказал он, будто это было важно.
— Поздравляю.
Он посмотрел на неё внимательнее.
— Ты изменилась.
— Нет. Просто перестала ждать.
Они подписали бумаги молча.