"Президент Соединенных Штатов Америки с удовольствием представляет к Военно-морскому кресту лейтенант-коммандера Мортона Клэр Мумма-младшего, ВМС США, за исключительный героизм, проявленный им при исполнении служебных обязанностей в качестве командира корабля USS Sailfish (SS-192)... В ночь на 13 декабря 1941 года корабль вступил в контакт с конвоем, сопровождаемым тремя японскими эсминцами. Лейтенант-коммандер Мумма смело вывел свою подводную лодку на ударную позицию, несмотря на контрмеры противника по сбросу глубинных бомб, и руководил боем, чтобы поразить торпедой вражеский эсминец. Благодаря своему опыту и здравому смыслу лейтенант-командир Мумма благополучно вернул свой корабль в порт. Его поведение на протяжении всего периода служило примером для офицеров и матросов и соответствовало высочайшим традициям военно-морской службы Соединенных Штатов...."
А начался боевой поход так - после получения сообщения о нападении Японии, в 03:15 8 декабря команда лодки была построена на палубе. Мрачным голосом Мумма обратился к своим людям: «Для этого нас и готовили... теперь мы профессионалы, и теперь мы собираемся хорошо выполнить свою работу». Он поклялся нанести японцам сокрушительный удар. «Вы пойдёте в море с самым хладнокровным человеком, когда-либо командовавшим кораблем. Я доставлю вас вплотную к противнику. Если кто-то боится, сейчас самое время сойти на берег».
«Это были его точные слова, — рассказал позже оператор горизонтальных рулей Аарон Риз. — Я никогда их не забуду».
А что за лодка была, эта USS Sailfish (SS-192)? История её довольно необычна. Первоначально это была USS Squalus. Утром 23 мая 1939 года во время испытаний она затонула с 59 членами команды на глубине 74 метра. 26 человек погибли сразу, остальные 33 были спасены с помощью спускаемой спасательной камеры в первый раз в истории и, если мне не изменяет мой склероз, в последний.
Лодку подняли, отремонтировали и переименовали
Но славу она имела недобрую. 15 мая 1940 года она вошла в строй под командованием лейтенант-коммандера Мортона Клэр Мумма-младшего.
Он имел опыт службы на линкоре, эсминцах и подводных лодках. Зарекомендовал себя как бескомпромиссный, строго следующий правилам командир, неофициально известный как «Мумма, вершивший военный трибунал» из-за частоты, с которой он выносил наказания за нарушения на борту. Хотя он был в целом человеком мягким, Мумма не терпел ни мрачных шуток, ни обсуждений истории «Сейлфиша» среди матросов.
Он приходил в ярость всякий раз, когда кто-либо осмеливался назвать лодку «Сквейлфиш» — прозвище, которое предпочитали некоторые моряки. Новый командир не допускал никаких группировок на борту, не терпел глупостей и тренировал своих людей до изнеможения. «Мортон Клэр никому не не давал поблажки», — говорил квартирмейстер «Сейлфиша» Клод Э. Браун, который впоследствии стал восхищаться преданностью командира своему делу. «Он был педантом — абсолютным дисциплинатором».
В то время контр-адмирал Томас Уизерс-младший, командующий подводными лодками, базировавшимися в Перл-Харборе, понимал, насколько неопытны были почти все экипажи в боевых действиях. По мере роста опасений по поводу войны, он настаивал на ежедневной программе тренировок, которую многие считали рискованной и чрезмерной. Например, хотя лодки регулярно погружались на глубину до 30 метров (что считалось достаточным для уклонения от нападения), адмирал настаивал на более глубоких погружениях, до 76 метров.
Чтобы доказать свою правоту, он поднял некоторых своих командиров в воздух, чтобы продемонстрировать, насколько четко они могут видеть подводную лодку, даже когда она находится на глубине 30 метров. Уизерс часто читал лекции своим командирам, включая Мумму, о необходимости подготовиться к войне морально. Он говорил с ними группами, а часто и индивидуально, постоянно возвращаясь к одной и той же теме готовности.
В море « Сейлфиш» , как и другие лодки, подвергалась бомбардировкам глубинными бомбами со своих кораблей, чтобы познакомить экипаж с ужасающей, изнурительной атмосферой войны (хотя они сбрасывались на безопасном расстоянии). Пилоты также применяли взрывные устройства, сбрасывая их на любые замеченные подводные лодки; одна всплыла на поверхность с неразорвавшейся "бомбой" на палубе.
В разгар этих напряженных тактических учений Уизерс поделился со своими командирами некоторой информацией, призванной вселить уверенность. У ВМС было совершенно секретное оружие — магнитный взрыватель Mark-6 для усовершенствованной торпеды Mark-14, разработанный таким образом, чтобы детонировать при простом приближении к металлическому судну. ВМС были настолько уверены в своем решении, что отказались испытывать взрыватель и торпеду в Тихом океане (о чем впоследствии пожалели).
Несмотря на всё это, некоторые из них позже признались в своих опасениях: «Я не знаю, как человек может понять, храбр он или нет, пока не окажется под обстрелом, а таким среди нас почти никто не был», — сказал Джордж Грайдер, командир подводной лодки «Флэшер» ( SS-249), потопившей за время войны больше тоннажа, чем любая другая подводная лодка. «Я постоянно спрашивал себя не о том, буду ли я убит или ранен, а о том, буду ли я бояться. Я уже тогда смертельно боялся, что когда взорвутся глубинные бомбы и возникнет какая-нибудь другая чрезвычайная ситуация, я запаникую и не смогу выполнять свои обязанности. В первые месяцы войны царило всепоглощающее ощущение, что никто не вернется».
« Сейлфиш » начала патрулирование в заливе Лингайен у берегов Вигана, в слабо защищенном районе, который считался вероятным местом вторжения. В течение двух дней лодка прочесывала этот район в поисках японских военных кораблей — под водой днем и на поверхности ночью.
«Командир Мумма был очень напряженным человеком. Он должен был постоянно знать, что происходит на его корабле», — вспоминал лейтенант Джозеф Р. Такер, офицер связи на « Сейлфиш». «Такое отношение было приемлемо в мирное время, но когда началась война, он не мог расслабиться. Первые четыре-пять дней в море он почти постоянно ходил от носа до кормы. Поэтому, когда мы предприняли первую атаку, он был совершенно измотан».
Атака произошла на пятый день, когда 13 декабря в 02:30 экипаж установил визуальный контакт с вражескими эсминцами. Такер, который в тот момент был вахтенным офицером, подтвердил наличие трех точек на темном горизонте (вдали от луны). Благодаря силуэту подводной лодки в лунном свете эсминцы также заметили « Сейлфиш» и сразу повернули к ней.
Лодка немедленно погрузилась. В 02:50, с расстояния примерно 450 метров и глубины 30 м, Мумма выпустил две торпеды. «Я был в рубке после того, как взорвалась первая», — вспоминал сигнальщик Браун. «Мумма в это время находился у перископа. Но не было никаких звуков разрушения какого-либо тонущего судна».
«Он говорит мне: „Браун, посмотри, может, что-нибудь увидишь“. Я встал к перископу. Он сказал: „Оставь его в том же положении. Мы не сильно продвинулись. Ты увидишь там один или два (эсминца)“. „Я вижу там что-то, сэр, но не вижу ни огня, ни взрыва. Ничего“. Я посмотрел прямо на Мумму, и его лицо побледнело».
«Затем вторая торпеда попала в цель с большего расстояния, не взорвавшись. Когда она оказалась неработоспособной, но парень на гидрофоне сказал, что мы попали, командир спросил: „Попали?!“ И ничего не произошло, никакого взрыва. Он вцепился пальцами в перископ, поднял его, опустил и скомандовал: „Погружаться!“»
Когда «Сейлфиш» бесшумно опустилась на глубину более 60 метров, Мумма размышлял, что делать. По крайней мере, один из взрывателей Mark-6 не сработал, хотя другая торпеда могла потопить или повредить один из трёх эсминцев. (Как позже выяснилось, новые торпеды часто опускались слишком глубоко или взрыватели оказывались неисправными — факт, который поставил под угрозу безопасность многих других лодок и привёл к крупному скандалу в начале войны.)
По словам старшего электрика Лестера Бейлса, - «Звукооператор Рэймонд «Док» Доритти сообщил о сигналах вражеского гидролокатора. Когда "старик" услышал, об этом, он всё ещё находился в рубке. "Старик" сказал мне: «Спроси Доритти, какой виски он пьёт». Доритти ответил: «Если не веришь, что это сигналы гидролокатора, послушай сам».
Наши разведывательные данные указывали на то, что у японцев гидролокаторов нет. Поэтому Мумма выразил опасение, что мы потопили американский эсминец. Рэй ответил: „Нет, это не американские эсминцы. Американские эсминцы используют другую частоту. Это должны быть японские“.
Так что для "старика" это стало неприятным, очень неприятным сюрпризом. «Думаю, отчасти его храбрость объяснялась тем, что считалось - у них не было гидролокатора, и это давало нам преимущество. Американские эсминцы, действовавшие ранее совместно с американскими подводными лодками, убедили командиров подводных лодок в том, что с помощью гидролокатора они могут потопить любую подводную лодку. Поэтому теперь "старик" был уверен, что он обречен, потому что у японцев был гидролокатор».
Эсминцы сбросили 20 глубинных бомб. Мумма побледнел и повернулся к старшему офицеру: «Мистер Кэссиди, я иду в свою каюту»; было видно, что с ним что-то случилось. Это было ужасно видеть, зная этого человека».
На следующий день, когда Мумма оставался в своей каюте, был установлен контакт с двумя другими японскими эсминцами примерно в восьми милях от него. Командир отказался отдать приказ об атаке, несмотря на настойчивые просьбы Кэссиди, который хотел вступить с ними в бой.
В тот момент Мумма наедине сказал Кэссиди, что он не создан для подводной войны и хочет вернуться в Манилу. Кэссиди передал радисту закодированное сообщение, попросил его передать по радио, а затем забрал текст обратно, чтобы оно не попало к экипажу. Но другие подводные лодки в море перехватили эту ошеломляющую новость. Рубен Уитакер, старший офицер подводной лодки «Стерджен» (SS-187), патрулировавшей у берегов Формозы, позже вспоминал это сообщение:
«Напали на один корабль… Жестокая контратака… Командир лодки не выдерживает… Срочно запрашиваю разрешение вернуться в базу».
На обратном пути в Манилу Браун коротко поговорил с Муммой. «Я сказал ему: „Командир, я знаю, что мы идём в Манилу, и подозреваю, что вы собираетесь уехать“. Он ответил: „Да, собираюсь“. Я пожелал ему всего наилучшего. Он заплакал».
16 декабря экипаж собрался на палубе после того, как подводная лодка подошла к хорошо замаскированному тендеру «Канопус» (AS-9) в доке Манилы.
По словам Бейлса, «со слезами на глазах Мумма сказал, что сожалеет, что уходит, и что на борт прибудет лейтенант-коммандер Воге, который был командиром подводной лодки « Силион» (SS-195), что он хороший человек и его одноклассник. Все, чего он хотел от нас, это оказать Воге такую же преданную службу, какую мы оказывали ему самому».
Молодые члены экипажа, такие как Риз, встретили это объявление с отвращением. «В сочетании с тем, что мы слышали восемь дней назад, это меня действительно потрясло», — сказал он.
Униженный Мумма был вынужден оставаться в Маниле до эвакуации города, постоянно сталкиваясь с другими офицерами, знавшими о случившемся. Тем временем ВМС пытались представить инцидент в лучшем свете — в то время, когда они переживали поражение на всех фронтах — и наградили его Военно-морским крестом за нападение и предполагаемое потопление эсминца. (Японские документы, изъятые после войны, не смогли подтвердить это событие.)
В дальнейшем всё у него было хорошо. Он реабилитировал себя на надводных кораблях и окончил службу контр-адмиралом.
А вот что говорили впоследствии его сослуживцы.
«Мумма был совестливым человеком, — сказал Бейлс. — После нападения на эсминцы он понял, что ему страшно. Он думал, что принятие должности командира подводной лодки должно было сделать его другим, - лучше и не таким боязливым. Когда он понял, что он обычный человек и что ему страшно, как и всем остальным, он посчитал себя недостойным быть командиром».
А Такер говорит, что решение Муммы заслуживает похвалы. «Он понял, что у него нет такой смелости, какая должна быть у командира подводной лодки во время войны, и сказал об этом. В Азиатском флоте подводных лодок было много других командиров, у которых было меньше мужества, чем у него, и они убегали от всего, что видели, в течение нескольких месяцев, пока командование не раскусило их и не сменило».
P.S. Хотелось бы выразить благодарность тем, кто воспользовался кнопкой "Поддержать" для моральной и материальной стимуляции автора :) Приятно сознавать, что твой труд всё-таки ценится.
........................................................................................................................................................................
Полное оглавление журнала
Журнал о моряках и флоте с 80 000 подписчиков. Оглавление, часть 1
Журнал о моряках и флоте с 80 000 подписчиков. Оглавление, часть 2
Журнал о моряках и флоте с 80 000 подписчиков. Оглавление, часть 3
Журнал о моряках и флоте с 80 000 подписчиков. Оглавление, часть 4