Поразительная вещь - статистика!
Глядя на последние опросы Высшей школы экономики, остается только удивляться такой странной закономерности: за последние шесть лет количество несчастных людей в России ухитрилось сократиться аж в два с половиной раза.
В 2019-м, в эпоху до пандемии и прочих геополитических сюрпризов, счастливыми считали себя 79% взрослых, а к 2026-м этот показатель триумфально вырос до 89%. Наблюдается поистине стахановский рост душевного благополучия на фоне всего происходящего вокруг.
Конечно, скептики в Сети немедленно начали искать подвох, задаваясь наивным вопросом: неужели в «тихом» девятнадцатом году жилось хуже, чем в нынешнем двадцать шестом?!
Комментаторы резонно замечают:
«Звучит как дичайший парадокс. В 2019 году, когда не было ни ковида, ни чего другого нехорошего, респонденты были несчастнее, чем сегодня? Правда? Они вообще знают, что вокруг происходит?! Цены растут, а зарплаты - не очень. Шаг за шагом приходится экономить больше и больше».
Действительно, на фоне новых бюрократических (осторожного говоря) препятствий - от сложностей с высшим образованием до проблем с обычным видеозвонком родственникам за границу - зафиксированный рост «безусловного счастья» выглядит как триумф воли над реальностью.
Казалось бы, стабильность и безопасность стали понятиями из «детских сказок», но цифры неумолимы: народ светится от радости.
Объясняется этот парадокс довольно изящно. Счастье - категория субъективная, а потому крайне удобная для отчетности.
Обещать населению рост потребления молока и масла на душу населения - хлопотно и накладно, а вот зафиксировать рост уровня счастья - пара пустяков. Тем более что граждане - люди понятливые, тертые жизнью и прекрасно знающие, какой ответ от них ждет интервьюер.
Все знают, что с социологами принято разговаривать не как на исповеди, а строго в рамках социально одобренного дискурса. Продемонстрировать «фигу в кармане» и поставить галочку в нужной графе - проверенный десятилетиями навык.
Впрочем, если допустить, что люди не лукавят, то секрет кроется в резком снижении планки. В «жирные» десятые годы было принято страдать от, например, невозможности съездить на выходные в Милан.
Сейчас же критерии счастья сузились до простых физиологических радостей: жив, здоров, не в горячей точке, крыша над головой не протекает - вот и повод для безусловного восторга.
Мол, счастье теперь измеряется отсутствием худшего. Работает эффект «жутковатого соседа»: когда видишь тех, кому живется совсем несладко, собственное положение начинает казаться верхом благодати.
Особенно оптимистична молодежь, чье счастье часто замешано на здоровом эгоизме. Если в квартире тепло, а в смартфоне есть взаимная любовь, то судьбы мироздания волнуют их в последнюю очередь.
Правда, этот «оптимизм» имеет и обратную сторону. Та же статистика рапортует о женщинах, которые в 2025-2026 годах массово отказываются от декрета, выходя на работу чуть ли не через месяц после родов.
Такой подход преподносят это как тягу к «самореализации» и нежелание «выпадать из контекста». Хотя все понимают, что за красивыми словами проглядывает банальный страх потерять квалификацию и остаться с копеечным пособием, на которое в нынешних реалиях особо не разгуляешься.
Видимо, это и есть та самая новая модель счастья: бежать в два раза быстрее, чтобы просто остаться на месте, и при этом широко улыбаться, отвечая на официальные опросы.