В Российской империи (1745-1917 гг.) было добыто примерно 1500 тонн золота.
В Советском Союзе - с 1918 г. по 1990 г. - примерно 12 000 тонн.
Сегодня мы расскажем вам об одном человеке, внесшем немалый вклад в этот прорыв.
Надо сказать, что большевикам очень везло - буквально в первые же годы Советской власти в стране были открыты две огромные золотоносные провинции.
Первая - это золото Якутии. Проще говоря - Алдан.
Помните, в смешной книжке «12 стульев» есть такой абзац: «Носит людей по стране. Один за десять тысяч километров от места службы находит себе сияющую невесту. Другой, в погоне за сокровищами, бросает почтово-телеграфное отделение и, как школьник, бежит на Алдан».
Алданское месторождение было открыто в Якутии в начале 1920-х. Официальным днем открытия считается 19 июня 1923 года, когда вольный старатель, якут Михаил Тарабукин и «красный латыш» Вольдемар Бертин, возглавлявший первую трудовую артель, встретились у ручья с характерным названием "Незаметный" и нашли там золото. Вот участники этой первой артели, Бертин – второй слева.
Слухи о золоте всегда вспыхивают и распространяются со скоростью горящего пороха при любом общественном строе - такой уж это металл.
Манкий для людей, жаждущих быстрого счастья.
Буквально через год «золотая лихорадка» в только что образованном Советском Союзе полыхала не хуже, чем в Америке времен Джека Лондона, точно также срывая с насиженных мест и телеграфистов, и парикмахеров, и попов-расстриг.
Осенью 1923 года на Незаметном мыло золотишко пара сотен искателей удачи, а уже летом следующего года их набилось больше шести тысяч: русских, якутов, эвенков, китайцев, корейцев...
Да кого там только не было! Даже бельгиец Эдор Люсьенович Понсе, тогда – вольный геолог и первооткрыватель рудного месторождения «Лебединское», который вскоре дорастет до заведующего прииском Алданского управления «Союззолото».
Но в отличие от американского Клондайка, государство вмешалось сразу же - и на новооткрытое месторождение был отправлен отряд специалистов, главной задачей которых было наладить правильную и планомерную добычу золота.
В 1926-м на Алдане высадился целый десант из студентов и молодых горных инженеров, закончивших или заканчивавших Московскую горную академию и Ленинградский Горный институт - Юрий Билибин, Сергей Раковский, Евгений Орлов… Некоторые из них вскоре вобьют свои фамилии в вечность, их именами города называть будут.
Был в этой компании и первый выпускник Московской горной академии Виктор Селиховкин. Он к тому времени несколько лет отработал на Ленских приисках, считался едва ли не самым опытным из прибывших "спецов" и тут же был назначен главным инженером Главного приискового управления «Алданзолото».
Жили они как все, питались в «коммуне», нанимали «мамку». Но эти молодые ребята видели несколько большую перспективу, чем просто «ловить фарт» на Алдане. Они развернули бешенную деятельность и вскоре алданские прииски давали до 45% золотодобычи молодого СССР.
Билибин потом напишет: «В 1926 г., когда трест Алданзолото пригласил меня в качестве геолога, мне удалось, воспользовавшись присутствием на приисках студентов-практикантов Московской горной академии, ныне инженеров, Б.И. Вронского, Н.И. Зайцева, М.Г. Котова и П.М. Шумилова и студента МГА П.Я. Дрожжина, организовать шесть геологопоисковых партий, которые продолжали геологическую съемку района, начатую В.Н. Зверевым».
Вот они на этом снимке – геологи-алданцы, тогда еще совсем молодые.
Слева направо стоят Николай Зайцев, первооткрыватель Аллах-Юнского золотоносного района; Владимир Серпухов, один из основателей новой отрасли геологии – учении о региональной металлогении; Петр Шумилов – первооткрыватель новых месторождений в Сусуманском районе. Сидят Юрий Билибин, первооткрыватель золота Колымы; его учитель, профессор Горного института Вадим Зверев, проведший первую плановую съемку на Алдане и на Колыме; Вольдемар Бертин, первооткрыватель золота Алдана. Сфотографировались в Ленинграде в 1933 году.
Живые легенды отечественной геологии, отцы советского золота. Но это они при параде сфотографированы, при галстуках. А в поле они же выглядели примерно вот так.
Вадим Зверев - слева, Петр Шумилов - справа. В центре - Юрий Билибин.
Как тогда говорили - "рыжий, красный, человек опасный".
Человек и в самом деле был не простой.
Вообще, как уже говорилось, по части золота большевикам как будто кто-то ворожил – одна богатейшая золотоносная провинция за другой, в начале двадцатых – Алдан, в конце – Колыма…
Хотя… Ворожит тому, кто на печи не лежит. А везет тому, кто грузит и везет.
Рыжий выпускник Ленинградского горного по фамилии Билибин со студенческих лет отличался светлой головой и бешенной волей. Поэтому на Алдане сделал неплохую карьеру, став за два года главным геологом базы геологоразведки на Алдане.
К 1932 году, кстати, прииск "Незаметный" разросся настолько, что официально стал городом Алданом – первым городом, построенным с нуля молодой Советской республикой.
Но Билибин этого уже не увидит.
Ему не давало покоя золото Колымы, о котором много говорили, но почти никто его видел. Молодой геолог был убежден, что именно на Колыме находится "пряжка золотого пояса", протянувшегося от Калифорнии до Амура.
Получив после успехов в освоении Алдана определенный вес в московских кабинетах, Билибин добивается отправки экспедиции на Колыму для проверки промышленного значения тамошних месторождений золота.
4 июля 1928 года на побережье Охотского моря неподалеку от поселка Ола высадилась Первая Колымская экспедиция. Там сейчас памятный знак - вот такой.
Экспедиция была совсем небольшой: 27-летний Билибин, его первый зам, лучший друг, бывший однокашник и будущий герой Соцтруда Валентин Цареградский (впоследствии возглавивший Вторую Колымскую экспедицию), геодезист Дмитрий Казанли, поисковики Сергей Раковский и Эрнест Бертин, врач Переяслов, завхоз Корнеев, 15 рабочих и проводник-якут.
Все было очень буднично и выглядело примерно вот так:
Предводитель этой банды Юрий Билибин - сидит на носу лодки, с цигаркой в зубах и ружьем на колене.
Вот только это вроде бы ничем не примечательное событие определило судьбу огромных территорий нашего государства на десятилетия вперед.
Билибин стал чукотским Колумбом.
Правда плавал он, за неимением каравелл, на двух наскоро сколоченных плотах, названных им «Разведчик» и «Даёшь золото!». Именно билибинская экспедиция открыла колымское "большое золото" - и на одной из страничек полевого дневника экспедиции появилась будничная запись об этом.
Не на этой. На другой.
А уже через три года после билибинского открытия был создан "Дальстрой" - "государство в государстве", территория с уникальным статусом и собственными законами, где, как сказал Олег Куваев, "слабый не жил. Слабый исчезал в лучший мир или лучшую местность быстро и незаметно. Кто оставался, тот был заведомо сильным».
Все было потом - самая северная золотоносная провинция в мире и колымские лагеря, города Магадан и Сусуман, геологи и зэки. Благодаря билибинскому открытию в нашем культурном коде возникло и теперь уже мертво прошито слово-маркер «Колыма» - но мало кто уже помнит, что это просто имя реки.
Со всем своим богатейшим бэкграундом: киноцитатами про «Будете у нас на Колыме…»,
книгами «Территория» и «Колымские рассказы», шутками про Владивосток «широта крымская, но долгота колымская», песнями «Ты помнишь тот ванинский порт», «Мой друг уехал в Магадан», «От злой тоски не матерись, сегодня ты без спирта пьян…» и прочая, прочая, прочая...
В 1931 году Юрий Билибин в записке Совнаркому выдал прогноз, за который поручился всей своей репутацией: при достаточных инвестициях в геологоразведку на площади 200 тыс. км² Колымского речного бассейна можно будет добыть как минимум тысячу тонн россыпного золота.
Этот прогноз был крайне скептически принят многими, в том числе и первым директором "Дальстроя" Эдуардом Берзиным.
Когда Колыма в 1936 году дала 33 тонны золота и обогнала по этому показателю Калифорнию, Берзин признал свою неправоту, и на Первой Всеколымской геологической конференции во всеуслышание сказал знаменитые слова: «Вексель Билибина, выданный государству, полностью оплачен».
Так оно и случилось - к 1957 году, к моменту ликвидации "Дальстроя", "желтого металла" на Колыме будет добыто с избытком - более 1300 тонн.
Но Билибин этого уже не узнает.
В великом романе русской литературы "Территория" Олега Куваева главный герой - геолог Чинков по прозвищу "Будда" вспоминает.
"Чинков знал, что замкнулся первый круг его жизни. В этом круге образцом для Чинкова служил человек, снятый с ним на фотографии. Он стал академиком в сорок и умер в сорок семь. Но жизненная задача была выполнена. Чинков верил, что академик обладал чрезвычайной интуицией. Он первый угадал золотой пояс Реки. Нынешние корифеи «Северстроя» пришли вместе с ним или следом за ним. Они выиграли жизнь, эти честолюбивые молодые люди. Пришли в нужное место и в нужное время. Их фамилии склоняются в геологических монографиях всего мира, на них заведены досье в иностранных разведках, у себя в государстве они числятся под литерами особо ценных людей. Но их привел, дал направление рано умерший академик. Их прославила его интуиция. И он, а не кто другой, не оставил на Реке места Чинкову".
Юрий Билибин действительно в последние годы по настоянию врачей берег себя и занимался научной работой. Защитил докторскую диссертацию, в 1946 году был избран членом-корреспондентом АН СССР. Написал более 60 научных работ, в том числе фундаментальный труд «Основы геологии россыпей».
Надорвавший сердце адовой работой на Севере легендарный геолог Юрий Билибин умрет в 50 лет - в 1952 году от инсульта. Через четыре года, в 1956 году, его именем назовут новый город - Билибино.
Самый восточный город России, как известно, Анадырь - 177°31' в. д. Третий по счету - Петропавловск-Камчатский - 158°39' в. д.
А между ними стоит небольшой городок Билибино (166°27' в. д.) - всего 5 тысяч населения. Город был создан как поселок золотоискателей, после обнаружения промышленного месторождения россыпного золота в долине реки Каральваам.
В городе есть Билибинская атомная электростанция - единственная в мире атомная электростанция, расположенной в зоне вечной мерзлоты. Еще там есть школа, два детских сада - «Аленушка» и «Сказка», билибинский краеведческий музей, смотровая площадка с хорошим видом на город и памятник человеку, давшему городу имя.
Памятник Юрию Александровичу Билибину, вексель которого давно погашен.
Хороший поэт за пару лет до открытия золота Колымы написал
В наших жилах —
кровь, а не водица.
Мы идем
сквозь револьверный лай,
чтобы,
умирая,
воплотиться
в пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.