В своем обращении Глава Следственного комитета, Александр Бастрыкин, с искренним волнением требует привлечь к уголовной ответственности судью, которая, словно светлый луч в ненастье, вынесла оправдательный вердикт по делу, которое разбудило огненные страсти в сердцах людей.
Это дело о нападении на депутата Госдумы, как морозный воздух зимнего утра, раскололо общество на две враждующие стороны: одни требуют справедливости, другие же выступают в защиту судебной независимости. Неожиданный поворот в этой истории подобен мудрой метафоре, где каждая деталь имеет свое значение.
Судьба людей, вовлечённых в эту переплетённую игру, немыслимо интересна, а каждый новый шаг в этой драме открывает новые грани правды. И лишь время покажет, кто выйдет победителем из этой правовой дуэли, ведь правосудие, как река, течёт своенравно, и нередко омывает берега невинных.
Ответ Бастрыкина: от заявлений к практическим шагам
В субботу, 24 января, пресс-служба Следственного комитета РФ распространила информацию о новом распоряжении Александра Бастрыкина. Руководитель ведомства дал указание своему первому заместителю оформить ходатайство в дисциплинарную палату ВС. Целью является инициирование уголовного преследования в отношении судьи, постановившей оправдательное решение по делу о нападении на депутата Государственной думы Михаила Матвеева в Самаре.
В релизе СК отмечено, что это судебное решение спровоцировало «оживлённое обсуждение в обществе». Напомним, что в конце декабря суд Промышленного района Самары постановил освободить из-под стражи всех трёх обвиняемых по данному процессу. Изначально следственные органы классифицировали их действия как покушение на убийство, однако судья Татьяна Керосирова приняла противоположное решение.
Судья под давлением: жалобы с разных сторон
Оправдательное решение вынесла председательствующая судья Промышленного районного суда Самары Татьяна Керосирова. Примечательно, что после объявления вердикта она сама подала заявление в региональное управление СК. Причиной стали публикации в сети, которые, как она считает, «унижали судейскую честь и достоинство» и включали выражения угроз.
Как стало известно, пользователи социальных сетей, негодующие из-за судебного акта, по ошибке приняли судью Керосирову за её полную тёзку, занимающую должность судебного пристава, и направили оскорбительные сообщения в её адрес.
Параллельно на судью обрушилась и критика со стороны официальных лиц. Депутат Матвеев лично направил Бастрыкину обращение с требованием возбудить уголовное дело в отношении Керосировой по статье о вынесении заведомо неправомерного приговора. Ранее парламентарий уже обращался с жалобами на её действия к председателю Верховного суда Игорю Краснову, а также в квалификационную судейскую коллегию Самарской области.
В своём Telegram-канале Матвеев выразился предельно чётко:
«Все её судебные „манёвры“, включая откровенное попустительство обвиняемым мигрантам, станут основой для новой жалобы».
Развитие дела: от конфликта на улице до судебного заседания
Уголовное производство было инициировано после происшествия в июле 2024 года в Промышленном районе Самары. Депутат Михаил Матвеев, оказавшись поблизости, попытался прекратить потасовку между местными жителями и группой мигрантов. По версии парламентария, его целью было прекратить конфликт, но в результате он сам стал объектом агрессии. Ему и его водителю были причинены ударами деревянным предметом и фрагментом кирпича.
Обвиняемыми проходили двое граждан Узбекистана и Таджикистана — 19-летние Некруз Бохиров и Мурод Мусуров, а также не достигший совершеннолетия житель Самары (его личность не раскрывается). Первоначально инкриминируемой статьёй было хулиганство, однако по указанию Бастрыкина обвинение было изменено на более строгую — покушение на убийство.
Государственное обвинение просило для подсудимых значительные сроки заключения: до 11 лет в колонии строгого режима. Однако сторона защиты добивалась изменения квалификации или полного оправдания. В итоге, в декабре 2025 года судья Керосирова постановила оправдательный вердикт по статьям о покушении на убийство и хулиганстве в отношении всех троих.
При этом инкриминируемые действия были переквалифицированы на менее тяжкие. Бохиров получил 2 года и 10 месяцев колонии-поселения за причинение вреда здоровью средней тяжести, а несовершеннолетний — 10 месяцев исправительных работ. Оба были освобождены в зале суда, поскольку сроки наказания были засчитаны как отбытые в следственном изоляторе (по принципу «один день за два»). Мусуров также вышел на свободу немедленно.
Реакция на решение: обжалования и проверки
Судебный вердикт вызвал широкий общественный резонанс. Представитель Матвеева по юридическим вопросам и прокуратура Самарской области уже подали апелляционные представления. Бастрыкин, со своей стороны, поручил начальнику самарского управления СК Павлу Олейнику представить детальный отчёт о ходе следствия и собранных материалах, а также предоставить для изучения мотивировочную часть судебного акта.
Депутат Матвеев охарактеризовал приговор как «не имеющий аналогов» и заявил о намерении его оспорить. Он также с сожалением констатировал, что теперь оправданные фигуранты вправе претендовать на реабилитацию и возмещение судебных расходов из государственной казны. «Диаспоры ликуют. Вот вам и российское правосудие, вот вам и самарское правосудие», — таков был его комментарий.
Итоги
Решение о направлении ходатайства в дисциплинарную палату Верховного Суда стало логичным продолжением линии, занятой руководством Следственного комитета. Указание Бастрыкина его первому заместителю — это не просто реакция на общественный резонанс, но и попытка перевести дискуссию в правовое, процессуальное русло. Ведомство, по сути, настаивает на проведении экспертизы судебного акта на предмет его законности и обоснованности уже на уровне судейского сообщества, что формально выводит ситуацию из плоскости публичной полемики в плоскость внутрисистемных процедур.
Параллельно с этим развивается и официальная апелляционная процедура. Представления прокуратуры и стороны потерпевшего, поданные в Самарский областной суд, станут основным юридическим полем для пересмотра оправдательного приговора. Здесь ключевыми будут вопросы правильности оценки доказательств, соответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела и соблюдения норм материального и процессуального права. Итог апелляции может либо снять общественное напряжение, либо, в случае подтверждения вердикта, придать ему новый импульс.
Ситуация вокруг судьи Керосировой высвечивает системную проблему давления на судебную систему как со стороны общественного мнения, так и со стороны иных ветвей власти. Её заявление в СК об угрозах, даже вызванных путаницей в личности, указывает на уязвимость статуса судьи в условиях медийного шума. При этом дисциплинарное производство, инициированное по линии ВС, является внутренним механизмом самоочищения и контроля качества правосудия, что создаёт сложный контекст для оценки её профессиональных действий.
Финансовый аспект возможной реабилитации оправданных также добавляет практическую остроту делу. Перспектива выплаты компенсаций из государственного бюджета лицам, изначально обвинявшимся в тяжких преступлениях, действительно может быть воспринята как болезненная для общественного сознания и использована как дополнительный аргумент в критике судебного решения. Этот момент почти гарантированно будет поднят в дальнейших публичных обсуждениях, независимо от исхода апелляции.
Таким образом, распоряжение Бастрыкина знаменует переход от этапа публичных заявлений и эмоциональных реакций к этапу сложных процессуальных действий, растянутых во времени. Дальнейшее развитие событий будет определяться взаимодействием нескольких инстанций: апелляционной судебной инстанции, дисциплинарных органов судейского сообщества и руководства следственного ведомства. Каждое из этих решений заложит свой кирпич в окончательный итог этого резонансного дела, которое уже переросло рамки отдельного эпизода, превратившись в символическую проверку на прочность ряда правовых и общественных институтов.