Найти в Дзене
Ася, ты права

Выученная беспомощность: почему так трудно уйти

Часть IV
В 1967 году психолог Мартин Селигман провёл эксперимент, который много лет не могут забыть защитники животных. И который идеально объясняет, что происходит с человеком в токсичных отношениях.
Сначала он разделил собак на две группы.
Первых били током, но дали рычаг: нажмёшь — боль прекращается. Они быстро научились. Боль — действие — облегчение. Всё понятно.

Эдвард Мунк «Собака» 1927
Эдвард Мунк «Собака» 1927

Часть IV

В 1967 году психолог Мартин Селигман провёл эксперимент, который много лет не могут забыть защитники животных. И который идеально объясняет, что происходит с человеком в токсичных отношениях.

Сначала он разделил собак на две группы.

Первых били током, но дали рычаг: нажмёшь — боль прекращается. Они быстро научились. Боль — действие — облегчение. Всё понятно.

Вторых тоже били током, но рычаг не работал. Сколько ни жми — боль не останавливается. Они пробовали снова и снова. А потом перестали. Лежали и скулили.

Потом Селигман поместил обе группы в условия, где боль можно было остановить простым прыжком через перегородку.

Первая группа — те, кто знал, что от них что-то зависит, — быстро перепрыгнула и спаслась.

Вторая группа — те, кто привык, что их действия бесполезны, — даже не попробовала. Они ложились и скулили, хотя выход был рядом. Они выучили беспомощность.

Селигман потом брал этих собак за шкирку и насильно перетаскивал через перегородку снова и снова, пока их мозг не запоминал: боль можно остановить. С людьми так нельзя — но можно делать то же самое бережно и с собой.

А теперь представь себя

Ты пытаешься достучаться до человека, который тебя не слышит.

Ты объясняешь — он обесценивает.

Ты просишь — он игнорирует.

Ты плачешь — он говорит, что ты слишком чувствительная.

Ты уходишь — он возвращается с обещаниями, и ты веришь снова.

И так годами.

Ты пробуешь быть лучше. Удобнее. Терпеливее. Ты становишься идеальной версией себя — для него. А он всё равно делает больно.

Твой мозг делает ровно то же, что у собак во второй группе.

Он выучивает: от меня ничего не зависит. Что бы я ни делала — результат один. Бесполезно.

И когда появляется реальная возможность уйти — ты не прыгаешь. Ты лежишь и скулишь. Потому что внутри уже нет веры, что это что-то изменит.

Это не слабость

Это не ты «тупая», «мазохистка» или «безвольная». Это твоя психика защищалась как умела. Она перестала надеяться, чтобы не было так больно каждый раз.

Выученная беспомощность — это не приговор. Это выученный навык. А значит, его можно переучить.

Хорошая новость в том, что мозг пластичен. То, что он выучил годами боли, можно переучить маленькими шагами. Каждое «нет» создаёт новую нейронную связь.

Как

Селигман потом показал: если собак из второй группы снова и снова возвращать в ситуацию, где у них есть выбор, — они начинали пробовать.

С людьми то же самое. Маленькими шагами.

Сначала сказать «нет» в кафе, когда принесли не то.

Потом не ответить на сообщение в час ночи.

Потом отказаться от встречи, которая неудобна.

Потом уйти из отношений, где тебя не видят.

И ещё: замечать, когда тело хочет в туалет, а ты терпишь, потому что неудобно просить остановить машину. Идти в туалет сразу. Это тоже переучивание. Тело вспоминает, что его сигналы что-то значат.

Мозг постепенно вспоминает: я могу влиять. Мои действия что-то меняют. Есть смысл пробовать.

Главное

Ты не сломана. Ты просто очень долго жила в ситуации, где твои действия ничего не меняли. И твой мозг сделал единственное, что мог, — отключил надежду.

Но надежда возвращается. Через маленькие шаги. Через каждое «нет». Через каждую минуту, когда ты выбираешь себя.

Сначала будет страшно. Потом будет неловко. Потом появится злость на себя — почему я раньше не пробовала?

А потом придёт спокойствие.

Потому что ты снова знаешь: ты можешь.