«Это было в самое мрачное время крепостного права, еще в начале столетия, и да здравствует освободитель народа!»
«Братья Карамазовы», Ф. М. Достоевский (1880)
После смерти Николая I и бесславного окончания тяжелейшей для России Крымской войны стало ясно, что дальнейшее сохранение крепостных порядков и тесно связанных с ними других сфер экономической и политической жизни абсолютно невозможно.
«Как только Крымская война кончилась, — вспоминал видный участник общественного движения 1850—1860‑х гг. Н. В. Шелгунов, — и все дохнули новым более свободным воздухом, все, что было в России интеллигентного, с крайних верхов и до крайних низов, начало думать, как оно еще никогда прежде не думало. Думать заставил Севастополь, и он же пробудил во всех практическую мысль, ставшую всеобщим достоянием. Тут никто ничего не мог ни поделать, ни изменить. Все стали думать и думать в одном направлении свободы, в направлении разработки лучших условий жизни для всех и каждого».
Сложившаяся ситуация требовала от самодержавной власти самых решительных и срочных мер. Все взоры были обращены в сторону нового монарха, который, впрочем, не имел еще ни собственной программы, ни четких политических взглядов. Он не склонялся к либеральным идеям, но и не стремился к оголтелой реакции. Основой его мировоззрения было ясное представление о незыблемости монархии в России. И хотя, по мнению близко знавших молодого императора, в начале своего царствования он был ничуть не меньшим консерватором, чем его отец, во имя спасения самодержавия Александру II предстояло искать новые решения и новых людей. Еще весной 1856 года он открыто заявил:
«Лучше начать уничтожать крепостное право сверху, нежели ожидать времени, когда оно начнет само уничтожаться снизу».
Так, начиная с 1857 года, страна вступила в эпоху подготовки и проведения буржуазных реформ, охвативших все стороны общественной жизни. 3 января 1857 года был учрежден очередной секретный комитет по крестьянскому делу. С февраля 1858 года он стал называться Главным комитетом. С конца ноября 1857 года по апрель 1859 года по всей России было создано 48 губернских дворянских комитетов, которым предстояло выработать и передать предложения по улучшению быта помещичьих крестьян в Главный комитет, а созданным при нем в феврале 1859 года редакционным комиссиям — обобщить все эти проекты. К сожалению, в подавляющем большинстве губернских дворянских комитетов преобладали крепостники, а потому они больше походили на «комитеты об улучшении быта помещиков». Четыре года (1857–1860) прошли в беспрерывных спорах, дискуссиях, противостоянии сторонников крепостничества и либералов. И все же по многим позициям, хотя и не без определенных уступок консерваторам, представителям либерального лагеря — великому князю Константину Николаевичу, Н. А. Милютину, А. М. Унковскому, Н. П. Семенову, Д. П. Хрущову, В. А. Черкасскому, А. И. Кошелеву, К. Д. Кавелину, Ю. Ф. Самарину, А. А. Головачеву и тяготевшим к ним С. С. Ланскому и Я. И. Ростовцеву — удалось добиться существенных успехов в деле решения крестьянского вопроса.
3 марта (19 февраля) 1861 года император Александр II подписал два выдающихся по своему историческому значению документа: «Положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» и Манифест «О всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта». Эти правительственные акты по существу заканчивали «эпоху средневековья», ставили точку в истории феодальной России и выводили страну на новый уровень экономического, политического и культурного развития.
В Историческом музее хранится перо, которым император Александр II подписал журнал заседания Общего собрания Государственного совета об упразднении крепостного права 9 февраля (28 января) 1861 года. Перо прикреплено к листу картона с заверительной надписью министра внутренних дел Сергея Степановича Ланского, сторонника и деятельного участника подготовки крестьянской реформы. Оно было подарено Историческому музею внуком графа Ланского А. С. Перфильевым в 1890 году.
Отмена крепостничества лишала помещиков права распоряжаться личностью крестьян — продавать, покупать, дарить, вмешиваться в их семейные дела. В свою очередь, крестьянин мог свободно приобретать на свое имя недвижимость, заниматься торгово‑промышленной деятельностью, вести судебные дела. Однако «положения 19 февраля» фактически подразумевали, что право собственности на всю землю по‑прежнему принадлежит помещику. Хотя крестьянам и предоставлялось в пользование определенное количество полевой земли, они все равно должны были за этот надел отбывать обременительные повинности — барщину или оброк, оставаясь на положении временнообязанных. Лишь после подписания с помещиком сделки о выкупе земли, куда наряду с ценой самого надела по существу включалась в завуалированной форме и стоимость крестьянского труда, прекращалось их временнообязанное состояние и они переходили в разряд крестьян‑собственников. Выкуп осуществлялся только с согласия помещика, который мог затягивать его на неопределенное время. В результате даже через 20 лет после реформы примерно 15% бывших помещичьих крестьян все еще продолжали оставаться временнообязанными.
В результате реформы довольно значительно сократились площади крестьянского землепользования. В черноземных губерниях помещики отрезали в свою пользу около четверти крестьянских земель, а в целом по России доля так называемых «отрезков» составляла почти 20%. Причем, как правило, отрезанными оказывались особенно необходимые крестьянам угодья, что, естественно, ставило их в полную экономическую зависимость от помещиков. Наконец, выкуп, который крестьяне должны были уплатить за полученные ими наделы, хотя бы и урезанные, существенно превышал рыночную стоимость земли. А поскольку подавляющее большинство крестьян не имели достаточных средств для оплаты выкупаемой земли, то в роли посредника выступило правительство. Оно выдало помещикам до 80% суммы выкупа, обязав крестьян погашать этот долг казне из расчета 6% годовых в течение 49 лет. Окончательно выкупные платежи были прекращены лишь с 1 января 1907 года. За это время — с 1862 по 1906 год — крестьяне успели выплатить казне и помещикам в четыре раза больше рыночной стоимости земли на 1861 год.
И все же, несмотря на все эти несуразности, странности, несостыковки и подводные камни, отмена крепостного права заметно способствовала превращению Российской империи из феодальной в буржуазно‑капиталистическую страну. Как стало сразу ясно всей образованной части общества, двигаться вперед по этому новому пути можно было лишь при продолжении реформирования других сфер государственного устройства.