Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Угол Гоголя

ОДИНОЧНОЕ ПЛАВАНИЕ

Жил-был на свете гражданин Бобров.
Человек, в общем, неплохой, но воспитанный.
С детства его воспитанием занимались все.
Сначала мама.
— Бобрик, — говорила мама, — делай как мама сказала.
Потом папа.
— Бобров, — говорил папа строго, — слушай старших.
Потом школа.
— Бобров, — говорила школа, — веди себя как положено.
Потом работа.
— Бобров, — говорил начальник, — выполняйте распоряжение.
В результате Бобров стал человеком исключительно исполнительным.
Если рядом находился начальник — Бобров слушался начальника.
Если рядом находилась жена — слушался жену.
Если рядом находилась реклама — слушался рекламу.
И всё у него шло хорошо.
Но однажды начальник сказал странную вещь.
— Бобров, — сказал начальник, — вы у нас человек опытный. Вот вам задание. Сами решите, как лучше сделать.
Бобров испугался. Он никогда в жизни не делал ничего сам.
Это был для него примерно такой же новый опыт, как для карася — поездка на велосипеде.
— Как это… сам?
— А так, — сказал начальник. — Подумай

Жил-был на свете гражданин Бобров.
Человек, в общем, неплохой, но воспитанный.

С детства его воспитанием занимались все.

Сначала мама.

— Бобрик, — говорила мама, — делай как мама сказала.

Потом папа.

— Бобров, — говорил папа строго, — слушай старших.

Потом школа.

— Бобров, — говорила школа, — веди себя как положено.

Потом работа.

— Бобров, — говорил начальник, — выполняйте распоряжение.

В результате Бобров стал человеком исключительно исполнительным.
Если рядом находился начальник — Бобров слушался начальника.
Если рядом находилась жена — слушался жену.
Если рядом находилась реклама — слушался рекламу.

И всё у него шло хорошо.

Но однажды начальник сказал странную вещь.

— Бобров, — сказал начальник, — вы у нас человек опытный. Вот вам задание. Сами решите, как лучше сделать.

Бобров испугался. Он никогда в жизни не делал ничего сам.
Это был для него примерно такой же новый опыт, как для карася — поездка на велосипеде.

— Как это… сам?

— А так, — сказал начальник. — Подумайте.

Домой Бобров пришёл бледный.

Жена спросила:

— Что случилось?

— Мне поручили… подумать.

Жена насторожилась.

— А раньше ты что делал?

— Раньше мне говорили, что думать.

Жена подумала и сказала:

— Тогда иди на кухню, садись и думай.

Бобров прошёл на кухню, сел на стул и попробовал думать.

Было непривычно.
Слегка зашумело в ушах.

Наконец он сказал:

— Кажется, у меня получается.

— Что-нибудь придумал? — спросила жена.

— Нет. Но процесс идёт.

Он подумал ещё пять минут.
Потом даже десять.
Через пятнадцать минут Бобров сделал первое самостоятельное решение в своей жизни.

Он решил лечь спать.

И приснился ему сон.

Будто стоит он в очереди. Длинная такая очередь. Как в поликлинике.

Долго стоит. Наконец решает спросить у впереди стоящих:

— А за чем стоим-то?

— Не знаем, — отвечают впереди стоящие. — Но приказано слушаться.

— А кто приказал?

Очередь немного подумала и сказала:

— Сейчас уточним.

И побежала искать начальника.

Бобров подождал-подождал, пока очередь вернётся, но не дождался.
Проснулся.

И тут случилось неожиданное.

Лёжа в темноте, он неожиданно для себя подумал:

— А почему я вообще всё время слушаюсь?

Из головы, словно из старого шкафа, сразу стали вываливаться чужие фразы.

«Так принято».
«Все так делают».
«Не выделяйся».

Бобров вдруг понял, что всю жизнь им управляли люди, которые, возможно, тоже всю жизнь слушались кого-то другого.
Слушались и передавали послушание дальше. По цепочке.

Бобров сел в кровати.

— А что если… — сказал он тихо.

Жена проснулась:

— Что если что?

— А что если человек сам должен управлять… собой?

Жена подумала.

— Это неудобно.

— Почему?

— Тогда, — сказала она, — придётся отвечать.

Бобров помолчал.

Потом лёг обратно.

— Ладно, — сказал он. — Утро вечера мудренее.

— Это правильное решение, — сказала жена.

И они снова уснули.

А где-то в библиотеке лежала книжка с цитатой философа Герберта Спенсера:

«Цель воспитания — образовать существо, способное управлять собою».

И тихо радовалась.

Потому что один гражданин Бобров наконец начал просыпаться.

Правда, пока во сне.