ШЕСТНАДЦАТЫЙ ДЕНЬ
Шесть утра. За окном было еще темно, когда зазвонил будильник. Белка открыла глаза и несколько секунд лежала, привыкая к мысли, что сегодня у них новый вызов — работа участковыми уполномоченными. Рядом зашевелилась Стрелка, осторожно пошевелила забинтованной лапой.
— Как она? — спросила Белка, кивая на повязку.
— Нормально. Болит, но терпимо. Работать можно, если не бегать.
— Сегодня бегать не придется. Рейды по квартирам, проверки семей на учете. Ходить будем.
Они быстро привели себя в порядок: туалет, умывание, чистка зубов. Белка помогла Стрелке надеть форму — с больной лапой было неудобно застегивать пуговицы. Потом проверили спецсредства, документы и вышли.
В отделе их уже ждали. Дежурный капитан Соколов, который, кажется, вообще никогда не спал, вручил им папку с адресами.
— Ваш участок — вот эти дома. — Он ткнул пальцем в карту. — Нужно обойти все квартиры, где состоят на учете семьи. Проверить условия проживания, наличие родителей, поговорить с соседями. Особое внимание — квартиры, где есть дети. Вопросы?
— Никак нет, — ответили они хором.
— Тогда с богом. К обеду доложите о результатах.
Они вышли на улицу. Утро было серым, но сухим. Стрелка прихрамывала, но держалась молодцом.
— Первый адрес, — сказала Белка, сверяясь с навигатором. — Улица Ленина, дом 5, квартира 12. Семья Петровых, состоят на учете как неблагополучные.
Они пошли пешком — ехать было недалеко. По дорогу обсуждали, как лучше строить разговор, что спрашивать, на что обращать внимание.
Первый подъезд встретил их запахом кошек и сырости. Лифт не работал, пришлось подниматься пешком на четвертый этаж. Стрелка, несмотря на больную лапу, шла бодро, но Белка заметила, что она слегка морщится на каждом шаге.
— Может, отдохнем? — предложила она.
— Не надо. Я справлюсь.
Квартира 12 оказалась обитой старым дерматином дверью. Белка нажала звонок. Долго никто не открывал, потом послышались шаги, и дверь приоткрылась.
На пороге стояла женщина лет тридцати в засаленном халате, с растрепанными волосами. Увидев двух полицейских собак в форме, она оторопела.
— Вы... вы кто? — спросила она.
— Участковые уполномоченные, — представилась Белка, показывая удостоверение. — Младший лейтенант Манежная и младший лейтенант Космос. Проверка условий проживания семьи, состоящей на учете.
Женщина долго смотрела на удостоверение, потом на них, потом снова на удостоверение.
— Вы те самые? Из космоса?
— Те самые, — подтвердила Стрелка. — Можно войти?
— Да-да, конечно! — Женщина распахнула дверь. — Проходите, извините, у нас не прибрано...
Внутри и правда было не очень. Запущенная квартира, немытая посуда в раковине, запах перегара и табака. В комнате на диване сидел мужчина с бутылкой пива, уставившись в телевизор.
— Это ваш муж? — спросила Белка.
— Да, — потупилась женщина. — Он сейчас в отпуске...
— А дети где?
— В школе. Старшие. А младший в садике.
Белка прошлась по комнатам, заглянула в детскую. Там было грязно, игрушки разбросаны, на подоконнике — окурки.
— Курите в квартире? При детях?
— Иногда... — пробормотала женщина.
Стрелка тем временем разговаривала с мужчиной. Тон ее был спокойным, но твердым.
— Вы понимаете, что состоите на учете? Что это значит? Что ваша семья в зоне риска. Что если условия не улучшатся, могут забрать детей.
Мужчина пьяно моргнул.
— Да мы нормально живем...
— Нормально? — Стрелка показала на окурки. — Это нормально? А это? — она кивнула на гору немытой посуды. — Вы сами-то хотите, чтобы дети росли в таком?
Мужчина промолчал. Женщина всхлипнула.
— Мы стараемся, — сказала она. — Просто денег нет...
Белка подошла, положила лапу ей на плечо.
— Мы не для того, чтобы наказывать. Мы чтобы помочь. Есть социальные службы, центры помощи. Вы обращались?
— Нет...
— Обратитесь. Вот телефон. — Белка протянула визитку. — Позвоните, вам помогут с продуктами, с работой, с устройством детей в кружки. Только надо захотеть.
Женщина взяла визитку дрожащей рукой.
— Спасибо... А нас не заберут? Детей?
— Если будете работать над собой — не заберут. Мы проверим через месяц. Надеюсь, увидим изменения.
Они вышли. В подъезде Стрелка выдохнула.
— Тяжело смотреть на такое.
— Да. Но мы сделали что могли. Дальше их выбор.
Так прошел весь день. Квартира за квартирой, семья за семьей. Где-то было грязно, где-то чисто, где-то пили, где-то работали. Люди реагировали по-разному: кто-то с удивлением, кто-то с уважением, кто-то с недоверием.
В одной квартире их встретила пожилая бабушка, опекающая внуков-сирот. Увидев Стрелку с забинтованной лапой, она всплеснула руками:
— Ой, горемычная! И как же ты служишь-то с такой лапой? Да вы проходите, чайку попьем!
— Спасибо, мы на службе, — начала отнекиваться Стрелка.
— Какая служба, устали небось! Садитесь, садитесь!
Они сели за чисто выскобленный стол. Бабушка налила им чаю в большие кружки, достала варенье, печенье.
— Вы те самые, из телевизора, да? — спросила она. — Про вас передавали. Как вы в полицию пошли, как людей спасаете. Молодцы! Дай вам бог здоровья.
— Спасибо, — растроганно ответила Белка. — А вы как тут? Внуки как?
— Хорошо, слава богу. Учу их, воспитываю. Старший уже в институт поступил, младшие в школе отличники. Не жалуюсь.
— Почему же вы на учете?
— Так оформили, когда родителей лишили прав. А мы сами справляемся, вы не думайте. Я за ними слежу.
Белка проверила документы, условия проживания. Все было в порядке — чисто, уютно, даже цветы на подоконниках.
— У вас все хорошо, — сказала она. — Я сниму вас с учета. Нет смысла держать.
Бабушка всплакнула.
— Спасибо, доченьки. Спасибо.
Они допили чай и пошли дальше. На душе стало теплее.
***
Ближе к вечеру, когда они уже возвращались домой, уставшие и голодные, к ним вдруг подбежал взволнованный мужчина. Он был без шапки, в расстегнутой куртке, глаза безумные.
— Помогите! — закричал он. — Жена рожает! Скорая не едет, пробки! Помогите!
Белка и Стрелка переглянулись.
— Где? — спросила Стрелка.
— Рядом, вон в том доме! — мужчина показал на пятиэтажку через дорогу. — Побежали!
Они побежали. Стрелка, несмотря на больную лапу, неслась так, будто ничего не случилось. Адреналин заглушал боль.
В квартире на втором этаже их встретили крики. Молодая женщина лежала на диване, схватившись за живот, рядом суетилась соседка.
— Воды отошли! — закричала она. — Уже час мучается!
Белка быстро оценила обстановку.
— Стрелка, звони в скорую, пусть хотя бы по телефону консультируют. Я попробую принять роды.
— Ты умеешь? — удивилась Стрелка.
— В теории учили. На тренировках. Надеюсь, не забыла.
Она подошла к женщине, взяла её за руку — лапу.
— Дышите глубже. Слушайте меня. Я рядом. Всё будет хорошо.
Женщина закричала. Белка посмотрела — головка уже показалась.
— Тужьтесь! Сильнее! Ещё!
Стрелка тем временем связалась со скорой. Ей объясняли, что делать, она передавала Белке.
— Осторожно, не тяните! Поддерживайте головку!
Белка действовала аккуратно, но уверенно. Ещё одно усилие — и ребёнок вышел. Маленький, сморщенный, закричал сразу — громко, звонко.
— Мальчик! — закричала соседка. — Мальчик родился!
Белка положила малыша матери на грудь, пережала пуповину, как учили. Женщина плакала и смеялась одновременно.
— Спасибо, — шептала она. — Спасибо вам...
Через пять минут приехала скорая. Врачи ахнули, увидев картину: две собаки в полицейской форме, одна с перевязанной лапой, принимают роды. Но быстро взяли себя в руки, перерезали пуповину, осмотрели мать и ребёнка.
— Всё в порядке, — сказал врач. — Молодцы. Профессионально сработали. Мы забираем их в роддом, на всякий случай.
Белка выдохнула. Адреналин схлынул, и она почувствовала, как дрожат лапы.
— Ты как? — спросила Стрелка.
— Нормально. А ты? Лапа?
— Болит, но терпимо. Главное — всё хорошо.
Они вышли на улицу. Муж роженицы — тот самый взволнованный мужчина — догнал их, пытался сунуть деньги.
— Нет-нет, — отказалась Белка. — Мы на службе. Это наша работа.
— Спасибо вам! Век не забуду!
Они пошли домой. Усталые, грязные, но счастливые. В кармане у Белки пищал телефон — дежурный интересовался результатами рейда.
— Всё хорошо, — ответила она. — Обошли все квартиры. И... и роды приняли по пути.
На том конце повисла пауза. Потом дежурный рассмеялся.
— Ну вы даете, девчата. Ладно, отдыхайте. Завтра угро.
Они зашли в квартиру, рухнули на диваны. Белка посмотрела на Стрелку.
— Ну что, подруга. Ещё один день. И мы справились.
— Справились, — кивнула Стрелка. — А завтра — угро. Найдем тех, кто наших коллег шаурмой отравил.
— Найдем, — уверенно сказала Белка.
Они закрыли глаза. За окном шумел город, где-то плакал новорожденный, где-то ждали своих матерей щенки и дочери. А здесь, в маленькой квартире, спали две собаки-полицейские, готовые к новым подвигам.