Рынок уже стал отыгрывать происходящие события.
Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности и эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков в эфире Радио «Комсомольская правда» прокомментировал рост цен на газ и нефть в Европе из-за войны на Ближнем Востоке.
По его словам, рынок стал отыгрывать те события, которые происходили в выходные, и поэтому мы увидели такой скачок при открытии торгов на мировых биржах.
«В выходные больше стало ударов именно по нефтяной инфраструктуре всех стран региона. То есть мы видели сообщения о том, что и Израиль с США стали бить по нефтяным объектам Ирана непосредственно. И пошли разговоры, кстати, о том, что они якобы хотят захватить остров, на котором находятся основные хранилища Ирана и экспортный терминал крупный нефтяной. Хотя, кстати, Иран в преддверии боевых действий очень активно разгружал эти хранилища, грузил танкерами и вывозил в море. И главное, по другим странам региона тоже наносились удары. По нефтеперерабатывающим заводам, по газовым объектам в Катаре, по нефтяным объектам в Саудовской Аравии, Ираке, ОАЭ, везде были удары зафиксированы. И рынок закладывал именно эти события. Рост происходил на этом фоне, и расчет был на то, а сколько в принципе станет из региона нефти выходить, когда откроется Ормузский пролив. И теперь рынок все больше закладывает, что вот это долгосрочная история, во-первых, все большее количество стран втягивается в эту войну, а во-вторых, сколько они все добывать будут к моменту, когда откроется Ормузский пролив, если так дальше дело и пойдет. Это и толкало цены на нефть вверх, и мы увидели, что фактически к 120 цена подошла. Потом была небольшая коррекция, но, тем не менее, нефть закрепилась выше 100 долларов за баррель, хотя в пятницу еще были 92 доллара за баррель. Я не думаю, что нефть сможет долго продержаться на высоких уровнях, если уйдет вдруг в район 140-150 долларов за баррель. Потому что, чем дороже нефть, тем меньше ее будут потреблять. И, на самом деле, для России не самый лучший сценарий сверхдорогой нефти, потому что она убивает спрос, а потом рынок будет очень долго восстанавливаться. Для стран экспортеров это очень опасная тенденция — чрезмерное повышение цены. То есть для нас было бы более выгодно, чтобы спрос не уменьшался. То есть, условно говоря, в районе 100 долларов за баррель цены нас вполне бы устроили», — сказал он.
Эксперт отметил, что по газу рост может быть гораздо больше даже в процентном соотношении.
«Мы можем увидеть действительно и 1000 долларов, и 1500, и 200. Мы видели, что на гораздо меньших проблемах в Европе цены поднимались гораздо выше. В 2022 году были рекордные по несколько тысяч долларов за тысячу кубометров газа показатели. И это длилось буквально год целый, и только в 2023 году начали снижаться цены. Поэтому в Европе формируется такой целый идеальный шторм, там продолжается отопительный сезон. Еще если Россия на днях отключит поставки СПГ, это усугубит энергокризис. Поэтому здесь и по газу мы тоже заработаем в Европе. И главное, что нынешняя ситуация программирует высокие цены на газ на европейском рынке на протяжении всего 2026 года. Потому что подземные хранилища исчерпаются к апрелю, когда заканчивается отопительный сезон, соответственно, им нужно будет много закупать к ноябрю, чтобы подготовиться к следующей зиме. Спрос будет высокий и цена будет оставаться высокой. Поэтому в газе, я думаю, что последствия будут даже более долгосрочные, чем в нефти», — подытожил он.
Ранее политолог, профессор Академии труда и социальных отношений Павел Фельдман рассказал, почему Китай молча терпит военные действия, развязанные США на Ближнем Востоке.