Илья стоял у окна, сжимая телефон.
— Ксюш, ты скоро? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Да, — ответила жена. В трубке шумели машины — гудки, голоса, чьи-то шаги по асфальту. — Через час буду.
— Как командировка? Устала, наверное?
Пауза. Секунд пять. Может, больше.
— Нормально. Слушай, мне некогда сейчас разговаривать.
— Почему? Ксюш, что-то случилось?
— Ничего не случилось, Илья. Просто некогда. Всё, встретимся дома.
Короткие гудки.
Илья опустил руку. Уставился на потухший экран телефона. В голосе Ксении звучало что-то новое — холод, какая-то отстранённость, будто она говорила с малознакомым человеком.
Он прошёлся по спальне — маленькой комнате на втором этаже. Два года назад они переехали в родительский дом Ксении — временно, чтобы накопить на своё жильё. Полгода назад родители переехали в квартиру. Дом полностью достался им. На прикроватной тумбочке лежала книга, которую он купил Ксении перед её отъездом. Закладка так и осталась на первой странице.
Илья снова набрал её номер. Сердце колотилось неприятно — тяжело, глухо.
— Алло? — голос Ксении звучал жёстче. — Что ещё?
— Ксюш, прости, я просто волнуюсь. Ты точно в порядке?
— Илья, хватит уже, — отрезала она. — Я взрослая женщина. Могу доехать сама.
— Я не об этом...
— О чём тогда?
Он замолчал, подбирая слова. Как объяснить? Что последние десять дней её сообщения становились всё короче — вместо голосовых только текст, вместо подробностей только «устала», «занята», «потом поговорим». Что она перестала отвечать на его «спокойной ночи». Что когда он спрашивал, как прошёл день, она отписывалась двумя словами.
— Не знаю, — признался он наконец. — Просто чувствую, что ты... отдалилась.
Ксения вздохнула — долго, с каким-то раздражением.
— Не выдумывай, Илья. Я просто работаю. Всё нормально. Увидимся дома.
Связь оборвалась.
Илья опустился на край кровати. Телефон лежал на ладони — лёгкий, но почему-то невыносимо тяжёлый.
Он взглянул на экран блокировки — их совместное фото с прошлого года. Ксения смеётся, обнимает его за плечи.
Сейчас она разговаривала с ним так, будто он мешал ей жить.
Илья сжал телефон в руке и закрыл глаза.
Внутри что-то сжималось — тупая, ноющая тревога, которую невозможно было назвать, но и игнорировать тоже.
***
Прошло больше трёх часов. Илья сидел в гостиной, телефон лежал на столе — он смотрел на экран каждые пять минут. Звонил дважды — не брала. Написал — не ответила.
Без десяти одиннадцать щёлкнул замок.
Илья вскочил, вышел в прихожую.
Ксения стояла на пороге — лицо бледное, под глазами тёмные тени. Волосы наспех собраны резинкой, помада стёрта. Она бросила сумку к стене, стянула куртку одним резким движением, даже не глядя, куда та упала.
— Привет, — сказал Илья, делая шаг к ней.
Хотел обнять — она отшатнулась.
— Привет.
Прошла мимо на кухню. Илья остался стоять в коридоре, глядя ей вслед.
Холодильник распахнулся с негромким хлопком. Ксения достала бутылку воды, открутила крышку, запрокинула голову и пила — долго, жадно, как после марафона. Горло вздрагивало от глотков. Она так и не посмотрела на него.
— Как съёмки? — осторожно спросил Илья из дверного проёма.
— Нормально. — Она закрутила крышку, поставила бутылку на столешницу. — Устала. Пойду в душ.
— Ксюш, подожди. — Илья вошёл в кухню. — Давай поговорим?
Она замерла спиной к нему. Секунду постояла так. Потом медленно обернулась.
Взгляд у неё был какой-то другой. Не усталый. Не раздражённый. Пустой — как будто она смотрела сквозь него.
— О чём говорить, Илья?
— О нас. О том, что происходит между нами.
Ксения усмехнулась — одними губами, без улыбки в глазах.
— А что происходит?
— Ты изменилась. В последнее время ты будто стала другим человеком. Не берёшь трубку, пишешь односложно, отмахиваешься от любого разговора...
— Я работала, — перебила она ровным, почти равнодушным тоном. — Съёмки были плотные. Не было времени на переписки.
— Дело не только в этом.
— А в чём тогда?
Илья стиснул зубы. Как это сказать? Как объяснить то, что невозможно доказать — чувство, интуицию, то, как меняется голос человека, когда он уже не твой?
Ксения провела ладонью по лицу — устало, механически.
— Скажи уже, что хочешь сказать.
Илья сделал вдох.
— Ты встретила кого-то?
Ксения смотрела на него и молчала. Потом тихо выдохнула.
— Илья, я больше не буду отвечать на твои звонки и глупые вопросы, — заявила она.
Он моргнул.
— Что?
Больше он не мог вымолвить ни слова. Слова были — где-то внутри, но до языка не доходили.
— Я больше не буду отвечать на каждый твой звонок, — повторила она, выговаривая слова по одному. — Не буду отчитываться, где я, с кем, во сколько вернусь. Мне надоел этот контроль.
— Какой контроль? — Илья почувствовал, как что-то сжимается в груди. — Ксюш, я просто беспокоюсь...
— Беспокоишься? — она шагнула к нему, голос стал резче. — Ты меня душишь! Постоянные звонки, сообщения, проверки. «Где ты? С кем? Когда вернёшься?» Мне тридцать лет, Илья! Я не ребёнок!
— Я не контролирую тебя!
— Нет? — Ксения выхватила телефон, ткнула пальцем в экран. — Вот. Четырнадцать пропущенных за сегодня. Четырнадцать, Илья! Это не забота. Это паранойя!
Он отступил. Ноги сами подались назад.
— Ты полторы недели была в командировке. Я скучал...
— Скучал, — она фыркнула. — Или не доверял?
— Я доверяю тебе!
— Тогда почему каждый раз допрос? Почему каждый мой шаг должен быть под контролем?
Илья открыл рот — и закрыл. Слов не было. Или были, но неправильные.
Ксения прошла мимо него к двери, остановилась на пороге.
— Мне нужно время, — сказала она, не оборачиваясь. — Подумать.
— О чём?
— О нас. О том, хочу ли я дальше так жить.
Она ушла в ванную. Дверь закрылась. Щёлкнул замок.
Илья остался стоять посреди кухни. Руки висели плетьми. Дыхание было — ровное, спокойное, но почему-то не хватало воздуха.
Он посмотрел на свой телефон.
Четырнадцать звонков.
Он даже не заметил, как набирал её номер снова и снова.
***
Ночь он не спал. Лежал на спине, смотрел в темноту, слушал, как Ксения дышит рядом. Она повернулась к нему спиной, укрылась одеялом с головой, будто отгородилась.
Он пытался вспомнить, когда началось отдаление. Месяц назад? Два?
Она стала задерживаться на работе. Больше времени проводить в телефоне — отворачиваясь от него, когда экран загорался. Меньше говорить. На вопросы отвечала коротко, без подробностей.
А он? Он начал звонить чаще. Спрашивать, где она, с кем. Не из недоверия — потому что боялся. Боялся, что он её теряет и ничего не может сделать.
Но, похоже, именно это её и оттолкнуло окончательно.
К утру Илья так и не заснул. Ксения встала рано — молча оделась, не позавтракала, ушла на работу. Даже не попрощалась. Просто закрыла дверь. Тихо, аккуратно, как уходят от незнакомца.
Илья сидел на кухне с кружкой остывшего чая в руках.
Телефон завибрировал на столешнице.
Сообщение от Макса — друга ещё со школы.
«Слушай, не знаю, стоит ли говорить, но... видел твою жену вчера вечером в ресторане. С каким-то мужиком. Сидели за столиком, держались за руки. Может, коллега, но мне показалось странным. Решил предупредить».
Илья смотрел на экран.
Вчера вечером она сказала ему «через час буду».
Он пролистал их переписку назад.
Короткие ответы. Отговорки. «Занята». «Устала». «Не могу говорить».
Ни одного «люблю».
Ни одного голосового. Ни одной фотографии.
Он открыл её соцсети.
Последний пост — три недели назад. Селфи на фоне зеркала, подпись: «Готовимся к новому проекту». До этого она постила постоянно — каждый день, иногда по несколько раз. Кадры со съёмок, закулисье, команда, локации.
А последние полторы недели — тишина. Ничего.
Как будто она специально ничего не показывала.
Илья опустил взгляд на пустую кружку.
Может, она вообще не уезжала?
Илья набрал номер Макса.
— Алло? — голос друга был сонным.
— Макс, ты где её видел? Точно она была?
— Илья, притормози. О чём ты?
— О Ксении! Ты написал, что видел её в ресторане!
— А, да... — Макс замялся. — Слушай, я не хотел лезть не в своё дело...
— Где?
— В «Пантере», на Пушкинской. Сидели у окна. Я шёл мимо, заметил случайно.
— Как он выглядел?
— Ну... лет сорока, наверное. Костюм дорогой. Стрижка модная, ухоженный весь. Они смеялись, он что-то ей говорил, наклонился через стол... — Макс осёкся. — Слушай, может, это правда коллега?
Илья молчал. В ушах шумело.
— Илья, ты там?
— Спасибо, Макс. Я перезвоню.
Он отключился. Открыл браузер, вбил название ресторана.
«Пантера». Дорогое место. Средний чек — пять тысяч на человека. На фотографиях — панорамные окна в пол, белые скатерти, свечи на столах, официанты в жилетах. Ксения никогда не предлагала туда сходить. Говорила, что это не по карману, что лучше потратить деньги на что-то полезное.
А с ним — пожалуйста. Сидит у окна, смеётся, наклоняется ближе.
Илья положил телефон на стол. Посмотрел на свои руки — они лежали на столешнице спокойно, пальцы не дрожали. Странно. Внутри всё кипело, а снаружи — тишина.
Он вспомнил её слова: «Я больше не буду отвечать на твои звонки».
Не «нам нужно поговорить».
Не «давай решим проблему».
А — «я больше не буду отвечать».
Как будто решение уже принято. Как будто она уже ушла, просто ещё не сказала об этом вслух.
***
Вечером Ксения вернулась поздно. Илья сидел в гостиной, телевизор работал вполголоса — какие-то новости, он не слушал.
Она прошла мимо, скинула туфли, бросила сумку на кресло.
— Ужинала? — спросил Илья, не поворачивая головы.
— Да. На работе.
— Где именно?
Ксения остановилась. Медленно обернулась.
— Что?
— Где ты ужинала?
— В офисе. Заказали пиццу. — Она прищурилась. — Почему ты спрашиваешь?
— Просто интересно.
Она смотрела на него несколько секунд. Потом усмехнулась — сухо, без тепла.
— Опять начинается.
— Что начинается?
— Допрос. — Ксения провела рукой по волосам, убирая прядь за ухо. — Где я была, с кем, что ела. Илья, мы же вчера об этом говорили!
— Мы говорили о многом. Но ты не ответила на главное.
— На что?
— Ты встретила кого-то?
Ксения замерла. Лицо её не дрогнуло, но взгляд стал острее — будто она просчитывала, что сказать дальше.
— Нет, — произнесла она ровно.
— Тогда кто был с тобой в «Пантере» вчера вечером?
Тишина.
Ксения не ответила сразу. Стояла, глядя на него, и Илья видел, как что-то меняется в её лице — напряжение, готовность защищаться.
— Ты следишь за мной? — спросила она тихо.
— Тебя видел мой друг.
— Какой друг?
— Есть разница?
Ксения медленно выдохнула. Отвела глаза в сторону.
— Это был продюсер, — сказала она. — Обсуждали новый проект.
— В ресторане за пять тысяч на человека?
— Он пригласил.
— Вчера ты сказала по телефону «через час буду». А сама пошла в ресторан. К нему. Сидела, держалась за руки, смеялась. И приехала домой через три с половиной часа.
Ксения подняла глаза. В них уже не было растерянности — только лёд.
— Он пригласил на ужин. Обсудить проект. Я не обязана перед тобой отчитываться.
— Я должен был об этом знать. — вскрикнул он. — Ты моя жена.
— Пока ещё, — бросила она.
Илья замер, глядя на неё, потом медленно встал с дивана.
— Повтори.
Ксения отвела взгляд.
— Илья...
— Нет. Ты сказала «пока ещё». Договаривай.
Она молчала.
— Дело в деньгах? — голос его стал тише. — Я зарабатываю меньше тебя, и это проблема?
— Илья, не надо...
— Тогда в чём? Чего тебе не хватает? Почему ты мне продолжаешь врать?
Она прошла к окну. Встала у подоконника, обхватив себя руками.
— Мне нужен партнёр. Равный. А не человек, который сидит дома и ревнует меня к каждому мужчине.
— Я не ревную к каждому...
— Ревнуешь! — она резко обернулась. — Помнишь корпоратив? Ты устроил мне допрос на два часа! Или когда я задержалась на съёмках — ты названивал мне двадцать раз подряд!
— Ты пропала на пять часов!
— Я работала!
Илья провёл ладонью по лицу. Выдохнул.
— Значит, дело во мне. Я — проблема.
— Дело в том, что я не чувствую себя свободной, — сказала Ксения тише. — Я чувствую себя... собственностью. Если бы ты доверял мне, я бы не стала скрывать эту встречу и возможно, пригласила тебя присоединиться.
Илья горько усмехнулся и сжал кулаки.
— Я никогда не относился к тебе как к собственности.
— Относился. Может, сам того не замечая. Но это так.
Илья посмотрел на неё. Потом на её телефон, лежащий на столе экраном вниз.
— Он другой?
Ксения замерла.
— Кто?
— Мужчина из ресторана. Он другой? Он зарабатывает больше? Он не контролирует? Он даёт тебе ту свободу, которой тебе не хватает?
Ксения не ответила. Просто стояла у окна, отвернувшись от него.
— Отвечай, — Илья сделал шаг к ней. — Просто скажи правду. Хоть раз.
Она обернулась. Посмотрела ему в глаза.
— Да, — сказала она спокойно. — Да, он другой. Он относится ко мне как к равной. Не звонит каждый час. Доверяет мне. Видит во мне не женщину, которую надо контролировать, а человека, с которым приятно иметь дело. И всё!
Илья не двигался. Стоял посреди комнаты и смотрел на неё — на эту женщину, с которой прожил четыре года, делил жизнь, строил планы. И вдруг понял, что не узнаёт её.
— У вас что-то было? — спросил он.
Ксения отвела взгляд.
— Нет.
— Не ври мне.
— Не вру! — она посмотрела ему в глаза. — Или ты этого добиваешься? Знаешь, да, я задумалась. О том, каково это — быть с мужчиной, который не душит тебя своими подозрениями.
— Приятно иметь дело, — повторил Илья. — Но вы держались за руки. Смеялись. Сидели в дорогом ресторане, пока я дома ждал твоего звонка.
— А может, это твой друг через искаженное стекло увидел? — горько усмехнулась она, — Мы просто разговаривали.
— О чём? О том, какой я плохой муж?
Ксения сжала губы.
Илья кивнул. Прошёл к вешалке, снял куртку.
— Ну и куда ты?
— Прогуляюсь. Мне нужно подумать.
— Илья, подожди, давай поговорим...
— О чём? — он обернулся. — О том, что я недостаточно зарабатываю? Или о том, что ты уже выбрала, с кем хочешь быть?
— Я не выбирала!
— Нет? — он усмехнулся. — Ты ходишь с ним на свидания. Врёшь мне про командировки. Держишься за руки. Но «не выбирала»?
— Это не свидание было!
— Тогда что?
Она молчала.
— Вот именно, — сказал Илья. — Ты уже выбрала. Просто ещё не призналась себе.
Он вышел, закрыв дверь за собой.
Телефон завибрировал, когда он спускался по ступенькам крыльца.
Сообщение от Макса.
«Чувак, я долго думал, сказать или нет. Но ты должен знать. Они целовались. Я видел сам. Извини».
Илья остановился посреди двора. Где-то лаяла собака. Проехала машина, осветив его фарами.
Он посмотрел на экран. Прочитал ещё раз. Медленно поднял голову.
Окно второго этажа светилось жёлтым квадратом. Ксения стояла там — силуэт за стеклом, неподвижный. Смотрела на него.
Илья развернулся и пошёл к калитке. По пустой улице, мимо спящих домов, в темноту. Не оборачиваясь.
Продолжение:
Спасибо за прочтение, лайки, донаты и комментарии!