Две женщины. Одна бутылка вина. И целая ночь впереди. Кто бы мог подумать, что именно после триумфа на конкурсе, когда все поздравления сказаны, а гости разошлись, главные соперницы города останутся наедине и наконец-то скажут друг другу правду. Ту самую, которую боялись говорить годами.
Банкет заканчивался.
Гости постепенно расходились, организаторы собирали оборудование, официанты уносили пустые бутылки. Анна сидела в углу зала, допивала шампанское и смотрела, как Мария прощается с каким-то фотографом.
— Красивая, — подумала Анна неожиданно для себя. — И волосы у неё классные. И улыбка.
Она поймала себя на этой мысли и удивилась. Раньше она думала о Марии только в категориях «конкурентка», «выскочка», «наивная дурочка». А тут — красивая.
Мария, закончив разговор, подошла к Анне:
— Я домой. Устала дико.
— Одна? — спросила Анна.
— Одна. А что?
— А давай ко мне? — неожиданно для себя предложила Анна. — У меня вино есть. Настоящее, французское. И тихо. Поговорим?
Мария удивилась:
— Ты предлагаешь мне поехать к тебе? Ночью? После конкурса?
— Ага, — усмехнулась Анна. — Предлагаю. Боишься?
— Тебя? — Мария улыбнулась. — Уже нет. Раньше боялась. А теперь нет.
— Тогда поехали.
Они вышли на улицу, сели в машину Анны и поехали через ночной город. Фонари мелькали за окном, музыка играла тихо, и обе молчали. Но молчание было каким-то тёплым, уютным.
— Красивый у тебя район, — сказала Мария, когда они подъехали к высотке на набережной.
— Ага, — кивнула Анна. — Только пусто одной.
— Одна?
— Одна, — подтвердила Анна. — Ни мужа, ни кота, ни кактуса.
— А у меня кактус есть, — засмеялась Мария. — Старый, колючий. Я его «Бывший» называю.
Анна рассмеялась. Впервые за долгое время — искренне, легко.
— Заходи, — открыла дверь квартиры.
Мария вошла и ахнула.
Квартира Анны была именно такой, как она себе представляла, — дорогой, стильной, безупречной. Дизайнерский ремонт, панорамные окна, вид на реку, белая кожаная мебель.
— Ничего себе, — выдохнула она. — Тут как в музее.
— Скучно, — отрезала Анна. — Музей и есть. Жить в музее невозможно. Проходи на кухню, там уютнее.
Кухня оказалась действительно уютной — тёплый свет, деревянный стол, цветы на подоконнике. Мария узнала орхидею, которую подарил Николай.
— Он принёс? — спросила она, кивая на цветок.
— Он, — кивнула Анна. — В первый день знакомства.
— Мне тоже дарил, — тихо сказала Мария. — Только пионы.
— Знаю, — усмехнулась Анна. — Я видела.
Они сели за стол. Анна достала вино — тёмное, густое, пахнущее ягодами. Разлила по бокалам.
— Ну, за победу? — предложила она.
— За победу, — согласилась Мария.
Выпили. Помолчали. Потом Анна сказала:
— Знаешь, я всегда думала, что ты моя главная проблема. Что из-за тебя у меня клиенты уходят, что ты портишь рынок, что ты...
— Что я никчёмная цветочница с наивными ромашками? — подсказала Мария.
— Типа того, — призналась Анна. — А теперь смотрю на твой букет и понимаю: ты гений. Просто гений.
Мария покраснела:
— Спасибо. Твой букет тоже... он очень сильный. Я бы так не смогла.
— Не смогла бы или не захотела?
— Не захотела, — честно ответила Мария. — Я не люблю розы. Они пафосные.
— А я не люблю ромашки, — усмехнулась Анна. — Они простые.
— А если смешать? — вдруг предложила Мария. — Розы и ромашки? Что получится?
— Получится... — Анна задумалась. — Получится что-то новое. Странное, но красивое.
— Как мы с тобой, — тихо сказала Мария.
Они посмотрели друг на друга. И вдруг обе поняли: это правда. Они — разные, как розы и ромашки. Но вместе могут создать нечто уникальное.
— Давай ещё выпьем, — предложила Анна. — За странное и красивое.
— Давай.
Они пили вино, болтали о всякой ерунде, смеялись. Потом разговор снова вернулся к Николаю.
— Слушай, — Мария отставила бокал. — А что ты к нему чувствуешь? По-настоящему?
Анна задумалась. Долго молчала, собираясь с мыслями.
— Я не знаю, — наконец сказала она. — Я вообще не умею чувствовать. Я привыкла контролировать всё. А он... он выбивает почву из-под ног. Рядом с ним я теряю контроль. И это страшно.
— Страшно? — удивилась Мария. — Ты чего-то боишься?
— Всего, — призналась Анна. — Боюсь, что он выберет тебя. Боюсь, что выберет меня. Боюсь, что не выберет никого. Боюсь, что я не справлюсь с чувствами. Боюсь, что справлюсь и стану уязвимой.
— Уязвимость — это не страшно, — мягко сказала Мария. — Это нормально.
— Для тебя нормально. Ты вся открытая, как книга. А я — закрытый сейф. И код я потеряла.
Мария взяла её за руку:
— Код — любовь. Просто люби и не бойся.
— Легко сказать, — вздохнула Анна. — А ты сама? Ты его любишь?
Мария покраснела, но не отвела взгляда:
— Люблю. Очень. С первого взгляда, кажется. Когда он пришёл с пионами в тот страшный вечер, я поняла: пропала.
— И как ты с этим живёшь?
— Плохо, — честно ответила Мария. — Я ревную. К тебе, к его прошлому, к каждой женщине, которая на него смотрит. Я хочу, чтобы он выбрал меня. Но если выберет тебя — я приму. Потому что ты теперь не враг.
Анна смотрела на неё и чувствовала, как тает лёд внутри. Давно, очень давно никто не говорил с ней так искренне.
— Обними меня, — попросила она вдруг.
Мария удивилась, но послушалась. Обняла, прижала к себе. Анна уткнулась носом ей в плечо и замерла.
— Тёплая, — прошептала она. — И пахнешь пионами.
— А ты — орхидеями, — улыбнулась Мария. — Дорогими и красивыми.
Они сидели обнявшись, пили вино и говорили, говорили, говорили. Обо всём. О детстве, о первой любви, о страхах, о мечтах. И чем больше говорили, тем яснее понимали: они не враги. Они сёстры. Которых разлучила глупая конкуренция.
— Знаешь, — сказала Мария, когда бутылка опустела. — А давай откроем общий магазин?
— Что? — Анна опешила. — Общий?
— Ну да. Объединим «Орхидею» и «Пион». Сделаем что-то новое. Где будут и розы, и ромашки. И пафос, и душа.
Анна задумалась. Предложение было безумным. Но в нём было что-то притягательное.
— А Николай? — спросила она. — Он будет с нами?
— А куда он денется? — усмехнулась Мария. — Пусть работает на двоих. Раз уж не может выбрать.
— А если выберет? — тихо спросила Анна.
— Тогда... — Мария вздохнула. — Тогда будем решать. Но не сейчас. Сейчас давай просто порадуемся, что мы есть друг у друга.
Анна кивнула. И вдруг расплакалась.
— Ты чего? — испугалась Мария.
— Я не знаю, — всхлипывала Анна. — Я столько лет была одна. Думала, что так и надо. Что сильные женщины — одинокие. А ты... ты пришла и всё сломала.
— Я сломала? — удивилась Мария.
— Да! — Анна вытирала слёзы, но они текли снова. — Ты сломала мою стену. Ты заставила меня чувствовать. Ты...
Она не договорила — Мария обняла её крепко-крепко.
— Дурочка, — шептала она. — Мы теперь вместе. Всё будет хорошо.
Они просидели так до утра. Говорили, молчали, пили чай, снова говорили. А когда за окном начало светать, вышли на балкон смотреть рассвет.
— Красиво, — выдохнула Мария. — Никогда не видела такой рассвет.
— Я каждый день вижу, — ответила Анна. — И всегда одна. А сегодня с тобой.
Они взялись за руки. Две женщины, которые ещё вчера были врагами, а сегодня стали сёстрами.
— Знаешь, что я поняла? — спросила Анна.
— Что?
— Любовь бывает разной. К мужчине, к подруге, к делу. И все они имеют право на жизнь.
Мария кивнула:
— Ага. И не надо выбирать. Можно любить всех сразу.
— Можно, — согласилась Анна. — И я тебя люблю. По-дружески. Сильно.
— И я тебя, — ответила Мария. — Очень.
Они обнялись прямо на балконе, под розовеющим небом. И в этот момент каждая поняла: что бы ни случилось дальше, у неё есть опора. Есть подруга. Есть сестра.
Николай проснулся в семь утра от сообщения в общем чате.
Фото: Анна и Мария, лохматые, счастливые, сидят на балконе с кружками чая.
Подпись: «Мы теперь сёстры. Смирись».
Николай улыбнулся и набрал ответ:
«Я и не сомневался. Люблю вас обеих».
И вдруг понял: он сказал это вслух. Впервые. И не пожалел.
Продолжение следует...
Как думаете, смогут ли девушки и дальше дружить, если одна из них станет девушкой Николая? Или дружба рассыплется?
#любовныйроман #конкурентки #дружба #примирение #прозаолюбви