Начало, первая глава *** Семнадцатая глава
Дорогие мои, сегодня глава была опубликована раньше! Приятного чтения!
— Откуда у тебя её фото? Марат? — голос Лизы дрожал, срывался, когда она смотрела на экран его телефона.
Перед глазами снова встала та ужасная картина: рабочий стол начальницы, а на нём — Евгений в объятиях этой женщины. До того момента Лиза и представить не могла, что он способен на измену. А когда увидела... мир рухнул в одно мгновение.
— Ты уверена, что видела именно эту женщину, Лиза? — голос Марата звучал напряжённо, и она заметила, как он волнуется. Нижняя губа мужчины подрагивала, все мускулы на лице застыли каменным напряжением.
— Я уверена! — выдохнула Лиза. — Это точно была она, пусть старше, но она! — Она перевела дыхание. — Что не так? Кто она такая?
Аппетит исчез мгновенно, словно его и не было. Лизе показалось, что температура снова поднимается — тело бросило в жар, потом в холод, и наконец затрясло мелкой противной дрожью. Тошнотворный ком застрял в горле, мешая дышать.
Как Марат связан с этой женщиной? Почему у него в телефоне её фотография?
Вопросы роились в голове, как потревоженные пчёлы, но Лиза не решалась задать их при ребёнке. Алиса не должна была слышать эти взрослые разборки. Она поднялась из-за стола, подошла к окну и распахнула створки, впуская в комнату прохладный свежий воздух.
Марат последовал за ней. На секунду он оказался так близко, что Лиза едва не задохнулась. Они спали в одной постели. Он заботился о ней, оберегал её сон... Никогда раньше мужчины не относились к ней с такой трепетностью. Впрочем, возможно, им двигало лишь чувство вины — ведь это из-за его дочери она бросилась в ледяную воду.
— Это Диана! — прошептал Марат, беря её за плечи и на мгновение прижимаясь к ней.
Его горячие губы коснулись мочки уха, и по телу Лизы пробежала волна испуганных, нетерпеливых мурашек. Они разбегались в разные стороны, оставляя за собой дорожки покалывающего электричества.
— Диана? — выдохнула Лиза, пытаясь совладать с ощущениями, казавшимися ей слишком странными, слишком запретными.
— Мама Алисы и моя бывшая жена, которую я считал умершей. — Голос Марата звучал глухо, надтреснуто.
Лизе стало не по себе. Бывшая жена, которую он считал умершей? Но разве можно спутать смерть с чем-то другим? Если мама Алисы мертва, как она могла оказаться её начальницей? И только в эту секунду до Лизы дошло: Марат путает её с кем-то другим. Её начальницу звали совсем не так.
— Марат, ты что-то путаешь... — прошептала она, остро осознавая, насколько опасно близко они находятся друг от друга. — Это не может быть та женщина, про которую ты говоришь.
— Но ведь ты узнала её! — В его голосе звучало отчаяние.
— Узнала, но она старше сейчас. — Лиза сглотнула. — И зовут её Алла Викторовна, а не Диана.
Они перешёптывались, как любовники, и от этой близости Лизу пробирало до мурашек. Ей хотелось развернуться, прикоснуться губами к его губам, утонуть в этом запретном желании. Неужели гормоны играли с ней такую злую шутку? Она облизнула пересохшие губы и нервно отвела взгляд в сторону.
— Алла Викторовна! — повторил Марат, и пальцы его на её плечах сжались чуть сильнее.
Лиза невольно поёжилась, и мужчина тут же ослабил хватку, принявшись бормотать извинения.
— Прости, задумался. — Он покачал головой. — Этого просто не может быть...
— Почему? — удивилась Лиза. — Знаешь, существует ведь теория о двойниках. У каждого из нас есть свой двойник. — Она помолчала. — Ты ведь не думаешь, что твоя жена воскресла на самом деле?
Алиса уже доедала завтрак и начинала поглядывать в их сторону. Лизе казалось, что вот-вот девочка позовёт играть, а ей было безумно интересно, почему Марат так остро реагирует. Неужели он снова заподозрил её в предательстве?
— Марат, ты ещё здесь? — тихо спросила она.
Мужчина отпустил её плечи, сделал пару шагов назад. Несколько мгновений смотрел себе под ноги, потом поднял взгляд и встретился с ней глазами.
— А вторая женщина на фотографии? — спросил он. — Она тебе не знакома?
Лиза пожала плечами, отрицательно мотнула головой.
— Не знаю, кто она такая. — Она нахмурилась. — Что-то не так?
— Не так, Лиза... — Марат вздохнул. — Не так. Дело в том, что Алла Викторовна — как раз та самая женщина, которую ты не можешь узнать. Она бабушка моей дочери. Женщина, угрожающая безопасности Алисы. — Он запустил пятерню в волосы, взъерошивая их так, что они встали ёжиком. — И если ты говоришь, что она похожа на Диану... Поверить не могу.
Волосы Марата забавно торчали в разные стороны, но Лиза не могла улыбаться — слишком серьёзным было выражение его лица.
— Ты хочешь сказать, что твоя тёща сделала пластическую операцию, чтобы стать похожей на свою умершую дочь? — Глаза Лизы широко распахнулись.
— Я не знаю, Лиза. — Марат покачал головой. — Не знаю. Но такая вероятность существует.
Лизу пронзила ледяная дрожь. Если в этой истории и был кто-то, кому требовалась помощь психиатра, так это её бывшая начальница. Алла Викторовна всегда казалась ей странной, слишком зацикленной на себе, на своей внешности, на каких-то непонятных целях. Но чтобы такое...
Их взгляды снова пересеклись, и Лиза поняла: Марат ей не доверяет. Он подозревает её в связи с женщиной, которая угрожает его дочери.
— Я пойду играть! — объявила Алиса и убежала в зал.
Лиза глубоко вдохнула, готовясь сказать, что не имеет ничего общего с этой женщиной, но Марат не дал ей и слова вымолвить. Его губы накрыли её рот внезапно, жадно, и Лиза не смогла сопротивляться. Она обвила руками его шею и подалась вперёд, прижимаясь всем телом.
Пусть это было глупо и неправильно, но она хотела, чтобы этот поцелуй стал только началом. Чтобы за ним последовало горячее продолжение, безудержная страсть, ночной разгул чувств... Вот только этого не случится. Ей нужно заниматься Алисой, а Марату — разбираться, как его тёща превратилась в копию умершей дочери и зачем пытается отнять у него ребёнка.
Осознание ударило наотмашь: у него есть дочь, для которой Лиза стала временным заменителем матери. И внутри появился неприятный, горький осадок.
Первая остановилась она. Оторвалась от его губ, чувствуя, как горят щёки и гудит в висках.
— Прости, — выдохнул Марат. — Я снова не смог сдержаться. Когда мне плохо, когда я не понимаю, что делать, я хочу целовать тебя безудержно. Ты становишься моим спасением.
— Марат, это неправильно. — Голос Лизы дрожал. — Нам нужно притормозить. Нельзя бросаться в омут с головой, поддаваться этим безумным порывам. Мы слишком разные. Слишком чужие друг другу.
Мужчина негромко кашлянул, отстранился, кивнул. Черты его лица заострились, стали жёстче.
— Спасибо, что чётко расставила всё по местам, — процедил он сквозь зубы и удалился.
Лиза смотрела ему вслед и думала: почему у неё такой бескостный язык? Почему не могла просто промолчать, дать себе и ему хотя бы минуту этой сладкой иллюзии?
Стало обидно. До слёз, до дрожи, до желания догнать и заставить посмотреть в глаза, в которых нельзя было бы не прочитать правду: её тянет к нему. Неудержимо, отчаянно, до потери пульса.
Она пошла к Алисе, чувствуя себя виноватой перед её отцом. Голова готова была разорваться от мыслей, пульсирующих в ней и сменяющих друг друга со скоростью света. Моя бывшая начальница — умершая жена Марата, носящая имя его тёщи? Бред. Полнейший бред. Лизе казалось, что нужно окончательно сойти с ума, чтобы решиться на подобное. Сделать пластические операции, превратиться в точную копию собственной дочери... Зачем? Чтобы отомстить? Чтобы отнять Алису? Но вряд ли суд отдаст ребёнка бабушке, как бы активно она ни добивалась этого. Она может испортить психику девочки, но не больше.
Лиза привела Алису в порядок, и они решили пойти поиграть на улице. Свежий воздух должен был пойти на пользу ребёнку, а ей — помочь отрешиться от тягостных мыслей. Они бегали по двору, но время от времени Лизу начинало штормить. Солнце палило нещадно, и казалось, что каждый луч прожигает кожу насквозь.
— Привет! Решили погулять? — раздался за спиной голос Беркута.
Лизу покрыли мурашки. Только его здесь не хватало.
Она медленно обернулась, шумно выдохнув, давая понять, что занята.
— Привет! — Она старалась, чтобы голос звучал ровно. — А разве раньше няни не гуляли с Алисой?
Лизе казалось, что Марат наблюдает за ними, внимательно следит за каждым её шагом. От этой мысли по телу пробегала мелкая, противная дрожь. Лучше бы ему не видеть настойчивые знаки внимания, которые оказывал ей охранник.
— Ну... — Беркут улыбнулся широко, открыто. — Раньше я не особо смотрел в эту часть двора. А теперь поглядываю.
— Зачем? — голос Лизы сел, стал хрипловатым.
— Чтобы увидеть тебя. — Он приблизился. — Не знаю почему, но ты запала мне в душу. Хочется встретиться, поболтать. — Он помолчал. — Конечно, это неправильно, наверное...
Беркут подошёл слишком близко. Слишком.
— Это неправильно, — твёрдо сказала Лиза, косясь на Алису. Девочка прыгала на батуте и радостно вскрикивала при каждом прыжке.
Голова заболела. Стало слишком жарко. То ли солнце так действовало, то ли температура снова поднималась, но Лиза снова вся горела. Ей хотелось окунуться в ледяную воду и остаться в ней навсегда. Виски сдавило. Давление? Перед глазами всё поплыло, и она подалась вперёд, успев ухватиться за стоящего рядом мужчину. Со стороны могло показаться, что она повисла у него на шее, но Лиза никак не могла это контролировать. Казалось, ещё секунда — и она рухнет, распластавшись без сознания на горячей земле.
— Ну... — Беркут явно смутился. — Я, конечно, рассчитывал, что мы найдём общий язык, но думаю, на рабочем месте лучше воздержаться... — Он запнулся, вглядываясь в её лицо. — Лиз, ты в порядке? Ты же горишь вся!
— Нет... — прошептала она пересохшими губами. — Мне плохо.
Наверное, не стоило так активничать и нервничать. Вчера она чуть не умерла от ужасного состояния и дикой температуры. Надо было быть осторожнее.
Глупая!
— Пожалуйста, отведи Алису домой, — прошептала Лиза и попыталась отстраниться.
Но едва она сделала шаг, как земля под ногами поплыла, а тошнота подкатила к горлу слишком быстро.
— Что за разврат на рабочем месте? — сухой голос Марата разрезал тишину, как нож.
Лиза хотела обернуться, но не могла. Даже рот открыть не получалось. Что это на неё накатило?
— Марат Ринатович, это совсем не то, что вы могли подумать! — затараторил Беркут. — Лизе плохо! Она горит вся!
Марат приблизился, тронул её лоб, и через мгновение Лиза оказалась у него на руках.
— Лисёнок, пойдём скорее в дом, Лизе плохо. — позвал он дочь. — Мы должны вызвать доктора.
Лиза хотела сказать, что всё нормально, но не могла. Казалось, раньше у неё никогда не было такого состояния. Что же случилось теперь? Почему так плохо? В голову закрадывались мысли о чёрной магии, о колдовстве, о чём-то иррациональном.
Марат поднял её в спальню, уложил на кровать. Всё происходило слишком быстро, но Лиза чувствовала, как он дрожит — словно боялся, что она умрёт прямо у него на руках.
— Спасибо, — прошептала она, когда голова коснулась подушки.
— Что же ты творишь, Лиза? — В голосе Марата звучала неподдельная тревога. — Я же говорил тебе — постельный режим!
В комнату вбежала Алиса с маленьким стаканчиком воды в руках. На глаза Лизы навернулись слёзы от такой трогательной заботы.
— Какая ты у меня чуткая! — похвалил дочь Марат. — Сегодня мы должны позаботиться о Лизе. Она болеет, и мы станем её поддержкой. — Он говорил с Алисой серьёзно, как со взрослой. — Сейчас я вызову доктора, а ты наблюдай, чтобы она лежала. Если вдруг что-то понадобится — зови меня. Хорошо? И обязательно ругай Лизу, если она снова попытается встать.
Алиса просто кивнула, и Лиза улыбнулась уголками губ — на большее сил не хватало.
Наверное, она просто ослабла. Может, стоит выспаться, и всё пройдёт?
Она закуталась в одеяло. Алиса присела рядом и испуганно смотрела на неё.
— Всё будет хорошо, малышка, — прошептала Лиза.
— Я знаю! — Алиса улыбнулась светло и доверчиво. — Ты ведь обещала, что станешь моей мамой!
Глаза Лизы широко распахнулись. Когда это случилось? Быть может, у неё есть двойник? Та, что приходила к Алисе и обещала стать её мамой? Вроде бы сестёр-близнецов у неё никогда не было... Или всё-таки были?
Вопросов в голове стало ещё больше. Боль нарастала, превращаясь в невыносимую пытку. Марат принёс жаропонижающее и потребовал, чтобы она поспала. Лиза не могла противиться, хотя безумно хотела поговорить с Алисой, выяснить, когда она приходила и когда обещала стать её мамой.
— Пойдём, поиграем, Лисёнок, пока Лиза будет спать, — позвал Марат дочь и увёл её из комнаты.
Лиза с благодарностью смотрела ему вслед, но один вопрос мучил её неотступно, сверлил мозг раскалённым сверлом:
Когда она обещала Алисе, что станет её мамой?
Другие рассказы: