СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ
Дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений
50. При рассмотрении требований о признании незаконным решения или действия (бездействия) органа, наделенного публичными полномочиями, необходимо проверить соответствие такого решения не только нормативному правовому акту, подлежащему применению, но и иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу и регулирующему спорные правоотношения с участием административного истца на момент их возникновения.
21 июня 2023 г. А. обратился в Департамент труда и социальной защиты населения субъекта Российской Федерации (далее - Департамент) с заявлением о предоставлении путевки в детский оздоровительный лагерь для его дочери Е., 2010 года рождения, относящейся к категории детей, которые имеют право на получение меры государственной поддержки в виде предоставления путевок для отдыха и оздоровления.
Решением Департамента отказано в предоставлении путевки со ссылкой на подпункт 4 пункта 4.12 Порядка и условий предоставления путевок в организации отдыха детей и их оздоровления, утвержденного постановлением Правительства субъекта Российской Федерации (далее также - Порядок предоставления путевок), по причине выделения ребенку заявителя оздоровительной путевки с 8 по 28 августа 2022 г.
Не согласившись с указанным решением, А. обратился в суд с административным иском о признании его незаконным и возложении на Департамент обязанности предоставить путевку для отдыха и оздоровления его дочери.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, административный иск А. удовлетворен. Суд признал незаконным и отменил решение Департамента об отказе в предоставлении государственной услуги.
Удовлетворяя заявленные А. требования и признавая оспариваемое им решение Департамента незаконным, суд первой инстанции исходил из того, что факт предоставления Е. путевки в 2022 году не являлся препятствием для предоставления ей путевки в 2023 году, поскольку положениями части 2 статьи 6 регионального закона об обеспечении прав детей, проживающих в городе, на отдых и оздоровление (далее - Закон об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление в субъекте Российской Федерации) закреплено право на получение путевки либо компенсации части ее стоимости в качестве меры государственной поддержки на одного ребенка один раз в течение календарного года.
Кроме того, судом указано, что к спорным отношениям не подлежит применению принятый 27 июня 2023 г. региональный закон, которым статья 6 Закона об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление признана утратившей силу, поскольку он не вступил в силу на момент обращения А. в Департамент с заявлением.
Суд кассационной инстанции отменил названные выше судебные акты и принял новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, указав, что суды не учли, что положения части 2 статьи 6 Закона об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление в субъекте Российской Федерации не определяют порядок и условия предоставления путевок, а также не устанавливают безусловную обязанность административного органа предоставлять путевки один раз в течение календарного года, а лишь регламентируют ограничение количества предоставления путевок в определенный период времени.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила определение суда кассационной инстанции, оставила в силе решение суда первой инстанции и апелляционное определение, указав следующее.
Правоотношения в сфере государственного обеспечения отдыха и оздоровления детей, проживающих в данном субъекте Российской Федерации, регулируются Законом об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление в субъекте Российской Федерации.
Частью 2 статьи 6 названного закона установлено, что путевка либо компенсация части ее стоимости предоставляется в качестве меры государственной поддержки на одного ребенка один раз в течение календарного года.
В статье 8 Закона об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление в субъекте Российской Федерации определены категории детей, которым предоставляются меры государственной поддержки в виде предоставления путевок для отдыха и оздоровления, в том числе названы дети, состоящие на диспансерном учете (пункт 10).
Механизм и условия предоставления путевок в организации отдыха детей и их оздоровления установлены Порядком предоставления путевок, в пункте 4.12 которого перечислены основания для отказа в предоставлении путевки, одним из которых является оздоровление ребенка, относящегося к названным в пунктах 3 - 11 статьи 8 Закона об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление в субъекте Российской Федерации детям, в предыдущем году за счет средств бюджета города или по региональной квоте в федеральных государственных бюджетных образовательных учреждениях (подпункт 4).
Вместе с тем Порядок предоставления путевок является подзаконным нормативным правовым актом, служит средством реализации установленных Законом об обеспечении прав детей на отдых и оздоровление в субъекте правовых положений и должен соответствовать содержащимся в нем нормам.
По смыслу правовых предписаний, содержащихся в главе 22 КАС РФ, для правильного разрешения требований об оспаривании в том числе решений органа, наделенного публичными полномочиями, необходимо проверить соответствие такого решения нормативному правовому акту, подлежащему применению, или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, которые действовали на момент возникновения правоотношения с участием административного истца (части 2 и 5 статьи 15 названного кодекса).
С учетом этого Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации сделала вывод о том, что суды первой и апелляционной инстанций правильно признали незаконным оспариваемое решение Департамента, как не соответствующее региональному закону, имеющему большую юридическую силу в сравнении с Порядком предоставления путевок.
При таких обстоятельствах кассационное определение было отменено, судебные акты судов первой и апелляционной инстанций оставлены в силе.
Определение N 117-КАД24-10-К4
51. Нарушение организационного срока направления ведущей организацией оригинала отзыва на диссертацию в диссертационный совет само по себе не может являться основанием для отмены решения диссертационного совета о присуждении ученой степени, если это не привело к ущемлению права соискателя ученой степени на ознакомление с его содержанием заблаговременно до дня защиты диссертации.
Решением совета по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук (далее - диссертационный совет) от 27 декабря 2021 г. Р. присвоена ученая степень кандидата педагогических наук по результатам защиты диссертации на соискание указанной ученой степени.
Приказом заместителя Министра науки и высшего образования Российской Федерации (далее - Приказ) отменено названное решение диссертационного совета о присуждении ученой степени кандидата наук и Р. отказано в выдаче диплома кандидата наук в связи с нарушением требований нормативного правового акта о сроке представления отзыва ведущей организации на диссертацию на соискание ученой степени кандидата наук.
Р. обратился в суд с административным иском о признании незаконным Приказа, указав, что нарушение срока представления отзыва ведущей организации на диссертацию не может служить основанием для отмены решения диссертационного совета о присвоении ученой степени.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требований отказано.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты, исходила из следующего.
В соответствии с положениями пункта 2.1 статьи 4 Федерального закона от 23 августа 1996 г. N 127-ФЗ "О науке и государственной научно-технической политике" порядок присуждения ученых степеней, включая критерии, которым должны отвечать диссертации на соискание ученых степеней, порядок представления, защиты диссертаций на соискание ученых степеней, порядок рассмотрения Высшей аттестационной комиссией при федеральном органе исполнительной власти, осуществляющем функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере научной и научно-технической деятельности, диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, диссертаций на соискание ученой степени доктора наук и аттестационных дел устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 сентября 2013 г. N 842 утверждено Положение о присуждении ученых степеней (далее - Положение), в разделе III которого регламентируются вопросы представления и защиты диссертаций.
Согласно пункту 24 Положения оригинал отзыва на диссертацию ведущая организация направляет в диссертационный совет не позднее 15 дней до дня защиты диссертации. Копию отзыва диссертационный совет вручает соискателю ученой степени не позднее чем за 10 дней до дня защиты диссертации.
В случае выявления факта нарушения порядка представления к защите и защиты диссертации, установленного названным актом, Министерство науки и высшего образования Российской Федерации принимает решение об отмене решения диссертационного совета о присуждении ученой степени и об отказе в выдаче диплома кандидата наук (пункт 39 Положения).
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции установил, что отзыв на диссертацию Р. утвержден и направлен ведущей организацией 13 декабря 2021 г., то есть с нарушением срока, установленного пунктом 24 Положения, в связи с чем отказал в удовлетворении административного иска и признал законным оспариваемый Приказ.
Правовой анализ норм пунктов 15 - 38 Положения, регулирующих вопросы представления и защиты диссертаций, свидетельствует о том, что они закрепляют требования к соискателю ученой степени и диссертационному совету, а также регламентируют их действия, необходимые для принятия диссертации, назначения и проведения ее защиты диссертационным советом.
В пункте 20 Положения установлен исчерпывающий перечень оснований для отказа в приеме диссертации к защите. Несоблюдение ведущей организацией срока направления в диссертационный совет оригинала отзыва на диссертацию в качестве такого обстоятельства не предусмотрено.
Из толкования абзаца пятого пункта 24 Положения следует, что указание на необходимость направления ведущей организацией в диссертационный совет оригинала отзыва на диссертацию не позднее 15 дней до дня защиты диссертации носит исключительно организационный характер, имеет целью обеспечение права соискателя ученой степени на ознакомление с его содержанием заблаговременно до дня защиты диссертации.
Таким образом, для ведущей организации фактически ограничен срок направления отзыва с целью, чтобы у диссертационного совета была возможность исполнить обязанность вручения копии отзыва соискателю ученой степени не позднее чем за 10 дней до дня защиты диссертации.
Р. в кассационной жалобе утверждал, что отзыв ведущей организации, направленный в диссертационный совет 13 декабря 2021 г., поступил в этот же день, заявитель был ознакомлен с ним своевременно.
Данные обстоятельства административным ответчиком не оспаривались; иные нарушения, кроме касающихся срока направления отзыва ведущей организацией, в Приказе не приведены.
Следовательно, довод Р. о том, что направление ведущей организацией оригинала отзыва на диссертацию в диссертационный совет за 14 дней до дня защиты диссертации неправомерно признано нарушением порядка представления и защиты диссертации, является обоснованным.
При рассмотрении административного дела судами также не учтено, что юридически значимым действием, без которого невозможна защита диссертации, является представление ведущей организацией отзыва на диссертацию, отражающего значимость полученных автором диссертации результатов для развития соответствующей отрасли науки. В случае несоответствия отзыва ведущей организации требованиям пункта 24 Положения диссертационный совет до проведения защиты заменяет ведущую организацию и переносит дату защиты диссертации на срок не более 6 месяцев.
Между тем представленный на диссертацию административного истца отзыв содержит оценку теоретической и практической значимости работы Р.
Таким образом, оспариваемый Приказ не соответствует положениям законодательства и нарушает права и законные интересы Р., в связи с чем нельзя согласиться с выводами судов о его законности.
На основании изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила принятые по административному делу судебные акты и удовлетворила административный иск.
Определение N 78-КАД25-2-К3
52. Если водительское удостоверение возвращено лицу в связи с истечением срока лишения специального права без проверки знания Правил дорожного движения, поскольку соответствующий порядок проверки не был установлен, аннулирование удостоверения, выданного ему взамен, в связи с непрохождением лицом названной проверки является незаконным.
Ш. 24 февраля 2014 г. привлечен к административной ответственности на основании части 3 статьи 12.16 КоАП РФ за движение во встречном направлении по дороге с односторонним движением, ему назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортным средством.
После истечения срока лишения специального права водительское удостоверение возвращено 27 июля 2014 г.
24 января 2023 г. Ш. сотрудником регистрационно-экзаменационного отделения ГИБДД Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городскому округу (далее - УМВД России по городу) в связи с истечением срока действия предыдущего документа выдано водительское удостоверение сроком действия с 24 января 2023 г. по 24 января 2033 г.
На основании результатов служебной проверки названное удостоверение аннулировано, указано о необходимости сдать его для уничтожения в связи с тем, что в силу действующих с сентября 2013 года положений нормативных правовых актов возврат водительского удостоверения после истечения срока лишения права управления транспортным средством возможен после проверки знаний Правил дорожного движения, однако сведений об этом в отношении Ш. в базе данных федеральной информационной системы Госавтоинспекции не имеется.
Ш. обратился в суд с административным иском о признании незаконными действий УМВД России по городу по аннулированию водительского удостоверения, о возложении обязанности устранить допущенные нарушения и удалить сведения об аннулировании удостоверения из баз данных.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, Ш. отказано в удовлетворении требований.
При этом суды исходили из того, что Ш. после окончания срока лишения права управления транспортными средствами не прошел процедуру проверки знания Правил дорожного движения, в связи с чем ему ошибочно в 2014 году возвращено изъятое водительское удостоверение, следовательно, незаконно выдано новое водительское удостоверение взамен документа, срок действия которого истек.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, частично отменяя состоявшиеся по делу судебные акты, исходила из следующего.
В пункте 1 статьи 28 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" (далее - Закон о безопасности дорожного движения) предусмотрены основания прекращения действия права на управление транспортными средствами, в том числе указаны истечение срока действия водительского удостоверения, лишение права на управление транспортными средствами (здесь и далее нормативные правовые акты приводятся в редакции, действовавшей на момент возврата в 2014 году водительского удостоверения и принятия решения об аннулировании водительского удостоверения).
В указанной статье также содержится норма, согласно которой возврат водительского удостоверения после утраты оснований прекращения действия права на управление транспортными средствами осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (пункт 3).
В соответствии с положениями части 4.1 статьи 32.6 КоАП РФ по истечении срока лишения специального права за совершение административных правонарушений, предусмотренных главой 12 этого кодекса, водительское удостоверение, изъятое у подвергнутого данному виду административного наказания лица, возвращается после проверки знания им Правил дорожного движения.
Между тем судами не принято во внимание, что приведенное выше правовое регулирование, введенное в действие с 1 сентября 2013 г. Федеральным законом от 23 июля 2013 г. N 196-ФЗ "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и статью 28 Федерального закона "О безопасности дорожного движения" (статья 4, далее - Закон о внесении изменений в КоАП РФ), в июне 2014 года не содержало нормы, регламентирующей действия сотрудников полиции, а также граждан, в отношении которых срок лишения права управления транспортным средством истек, не был установлен порядок проверки знаний Правил дорожного движения названными лицами.
Такой нормативный правовой акт в соответствии с пунктом 3 статьи 28 Закона о безопасности дорожного движения принят Правительством Российской Федерации только 14 ноября 2014 г.: постановлением N 1191 утверждены Правила возврата водительского удостоверения после утраты оснований прекращения действия права на управление транспортными средствами, то есть более чем через четыре месяца после истечения срока административного наказания.
Таким образом, на момент привлечения Ш. к административной ответственности и истечения срока лишения его специального права отсутствовало правовое регулирование порядка возврата водительского удостоверения после истечения срока лишения специального права, обязательного в силу указания в пункте 3 статьи 28 Закона о безопасности дорожного движения.
С учетом изложенного часть 4.1 статьи 32.6 КоАП РФ, устанавливающая условия для возврата водительского удостоверения (проверка знания Правил дорожного движения) и возлагающая на граждан ранее не предусмотренную законом обязанность, в отсутствие порядка ее исполнения не могла быть применена к правоотношениям с участием Ш.
В Методических рекомендациях по реализации норм КоАП РФ в редакции Закона о внесении изменений в КоАП РФ, являющихся приложением к письму МВД России "О недостатках формирования АИПС "Адмпрактика" от 29 августа 2013 г. N 13/12-217, разъяснено, что применение части 4.1 статьи 32.6 КоАП РФ преждевременно и не может осуществляться до принятия постановления Правительства Российской Федерации во исполнение пункта 3 статьи 28 Закона о безопасности дорожного движения (раздел "Возврат водительских удостоверений по истечении срока лишения специального права").
По смыслу положений статьи 32.6 КоАП РФ, определяющих порядок исполнения постановления о лишении специального права, изъятое водительское удостоверение не должно храниться уполномоченным органом более срока наказания, назначенного судом.
Следовательно, при указанных выше обстоятельствах уполномоченные лица УМВД России по городу не имели правовых оснований для отказа возвратить водительское удостоверение административному истцу после истечения срока административного наказания или для предложения пройти проверку знания Правил дорожного движения в отсутствие установленного порядка проведения такой проверки.
С учетом изложенного по истечении срока назначенного административного наказания Ш. водительское удостоверение без проверки знания Правил дорожного движения возвратили правильно, в соответствии с действовавшим на тот момент правовым регулированием.
Ввиду изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила вынесенные по делу судебные акты в части отказа признать незаконным аннулирование водительского удостоверения, приняла по делу новое решение, которым административное исковое заявление в указанной части удовлетворила.
Определение N 21-КАД25-1-К5
53. При рассмотрении вопроса о законности решения призывной комиссии об определении категории годности к военной службе заключение эксперта следует оценивать в совокупности с другими доказательствами, и имеющиеся между ними противоречия должны быть устранены судом.
Призывной комиссией города (далее - призывная комиссия) 18 октября 2023 г. Я. определена категория годности к военной службе "Б-3" - годен к военной службе с незначительными ограничениями, и он призван на военную службу.
Не согласившись с данным решением, Я. обратился в суд с административным иском о признании его незаконным и подлежащим отмене.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, административный иск удовлетворен, оспариваемое решение призывной комиссии отменено.
Разрешая заявленные требования и признавая их обоснованными, суд пришел к выводу о том, что у Я. на день прохождения медицинского освидетельствования и принятия решения призывной комиссией о признании его годным к военной службе с незначительными ограничениями имелись заболевания, препятствующие прохождению военной службы. При этом суд первой инстанции исходил исключительно из выводов, содержащихся в заключении проведенной обществом с ограниченной ответственностью "В." (далее - ООО "В.") судебной военно-врачебной экспертизы от 11 января 2024 г., согласно которому Я. на основании пункта "б" статьи 47, пункта "г" статьи 65, пункта "в" статьи 68 "Расписание болезней" (приложение N 1 к Положению о военно-врачебной экспертизе, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 г. N 565 (далее - Расписание болезней) определена категории годности "В" - ограниченно годен к военной службе.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления по следующим основаниям.
Признавая незаконным оспариваемое решение, суд первой инстанции ограничился воспроизведением выводов, содержащихся в заключении проведенной по делу судебной экспертизы, не проверив это доказательство на соответствие нормам материального и процессуального права.
Федеральный законодатель, определяя права и обязанности экспертов, содержание экспертного заключения, установил, что эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для проведения экспертизы (часть 6 статьи 49 КАС РФ).
Однако в заключении судебной экспертизы, проведенной в период с 7 декабря 2023 г. по 11 января 2024 г., указаны результаты полученных после назначения судом экспертизы специальных исследований (анализ крови, флюорограмма, МРТ, ЭКГ, рентгенологические исследования).
Кроме того, содержащиеся в названном заключении выводы не соответствуют представленным доказательствам, а также нормам материального права.
Суд первой инстанции не дал правовой оценки выводу экспертов о признании Я. ограниченно годным к военной службе (категория "В") на основании пункта "б" статьи 47, пункта "г" статьи 65 Расписания болезней, которые названную категорию годности не предусматривают; в перечисленных нормах содержится указание на категорию годности к военной службе "Б-3", - годен к военной службе с незначительными ограничениями.
В силу предписаний части 2 статьи 59 и части 8 статьи 82 КАС РФ заключение эксперта, как одно из доказательств по делу, не является для суда обязательным и оценивается им по правилам, установленным статьей 84 названного кодекса.
Суды не проверили соответствие вывода экспертов положениям пункта "в" статьи 68 Расписания болезней, которым предусмотрено, что в случае выявления плоскостопия с незначительным нарушением функций определяется категория годности "В" - ограниченно годен к военной службе.
Указано, что продольное плоскостопие оценивается по рентгенограммам, выполненным в боковой проекции в положении стоя с полной статической нагрузкой на исследуемую стопу.
В заключении судебной экспертизы описано рентгенологическое исследование от 1 ноября 2023 г. Однако такое рентгенологическое исследование и рентгенограмма отсутствуют в материалах дела. Имеется лишь протокол исследований от 1 ноября 2021 г., который Я. предъявил при обращении в суд в виде не заверенной надлежащим образом светокопии, содержащий аналогичное описание, не подтвержденной рентгенограммой.
Из материалов административного дела также усматривается, что 11 декабря 2023 г. Я. сделана рентгенография стоп в боковой проекции с функциональной нагрузкой в ГБУЗ, на основании которой дано заключение: R-данные плоскостопия стоп справа II, слева III степени.
В протоколе рентгенологического обследования врачом отмечено, что данное заключение не является клиническим диагнозом, а наряду с результатами других исследований является одним из оснований для вынесения диагноза в работе врача-клинициста.
Суды первой и апелляционной инстанций не приняли мер к проверке приведенных обстоятельств и устранению противоречий между ними.
При этом, поручая проведение судебной военно-врачебной экспертизы ООО "В.", суд первой инстанции не проверил наличие у данной организации права на проведение судебной военно-врачебной экспертизы, суждение судебных инстанций о наличии соответствующей лицензии не основано на доказательствах, имеющихся в материалах дела.
Таким образом, выводы судов о наличии у административного истца заболевания, препятствующего призыву на военную службу, основаны на неполно установленных и непроверенных юридически значимых обстоятельствах, сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права.
С учетом изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила обжалуемые судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определение N 49-КАД25-6-К6
54. В случае уточнения сведений о местоположении границ земельного участка и (или) его площади в осуществлении государственного кадастрового учета не может быть отказано, если превышение размеров образуемого земельного участка относительно размеров, указанных в правоустанавливающих документах, находится в пределах минимального размера предоставления в данном населенном пункте и сложившееся землепользование в установленных границах осуществляется пятнадцать и более лет.
К. на праве общей долевой собственности ( доли) принадлежит земельный участок.
Сведения об указанном земельном участке внесены в ЕГРН в январе 2003 г., имеют статус "актуальные, ранее учтенные".
К. обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по области (далее - управление Росреестра), представив межевой план от 10 мая 2023 г., подготовленный кадастровым инженером в связи с уточнением местоположения границ и площади земельного участка, согласно которому в результате проведения кадастровых работ по уточнению местоположения границ его площадь увеличилась с 935 до 1156 кв. м.
Уведомлением административный ответчик управление Росреестра сообщило об отказе в осуществлении государственного кадастрового учета земельного участка в связи с несоответствием площади и конфигурации земельного участка, указанных в межевом плане, сведениям ЕГРН.
К. обратился в суд с административным иском о признании незаконным и отмене решения управления Росреестра об отказе в осуществлении государственного кадастрового учета земельного участка, о возложении обязанности совершить действия по государственному кадастровому учету в отношении земельного участка площадью 1156 кв. м.
Решением суда первой инстанции решение управления Росреестра признано незаконным, на административного ответчика возложена обязанность повторно рассмотреть заявление. В удовлетворении административного иска в остальной части отказано.
Определением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.
Разрешая спор и частично удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из того, что имеющийся в материалах кадастрового дела план границ земельного участка не содержит сведений о его размерах, превышение декларированной площади земельного участка на 221 кв. м подтверждается заключением кадастрового инженера, минимальный размер земельного участка для индивидуального жилищного строительства не превышен, у государственного регистратора отсутствовали основания для приостановления и последующего отказа в осуществлении государственного кадастрового учета ввиду несоответствия межевого плана предъявляемым требованиям.
Отменяя решение суда первой инстанции, суды апелляционной и кассационной инстанций отметили, что в межевом плане, представленном в регистрирующий орган кадастровым инженером, не указана причина изменения площади земельного участка, не приведено обоснование местоположения уточненных границ земельного участка на 221 кв. м, а также не установлены земли, за счет которых произошло увеличение размера земельного участка. Кадастровый инженер определил местоположение земельного участка, указанного административным истцом в заявлении о государственном кадастровом учете, исходя из границ, существующих на местности 15 лет, без учета постановления главы администрации, которым утверждены границы земельного участка площадью 935 кв. м.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу определения судов апелляционной и кассационной инстанций, указав следующее.
В соответствии с частью 1.1 статьи 43 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в указанных документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности 15 лет и более. При уточнении границ земельных участков допускается изменение площади такого земельного участка в соответствии с условиями, указанными в пунктах 32 и 32.1 части 1 статьи 26 данного федерального закона. В межевом плане приводится обоснование местоположения уточненных границ земельного участка. При проведении правовой экспертизы документов, представленных для осуществления государственного кадастрового учета, проверка обоснованности местоположения уточненных границ земельного участка, в том числе изменения площади уточненного земельного участка, если такое уточнение местоположения границ земельного участка не приводит к нарушению условий, указанных в пунктах 32, 32.1 и 45 части 1 статьи 26 данного федерального закона, государственным регистратором прав не осуществляется.
Как видно из материалов дела, несоответствие межевого плана постановлению главы администрации выражается в увеличении площади.
Увеличение декларированной площади земельного участка имело место в пределах минимального размера земельных участков для земель данного целевого назначения и разрешенного использования (500 кв. м), установленного статьей 34 постановления администрации от 18 июня 2021 г. об утверждении Правил землепользования и застройки территории (части территории) городского округа.
Превышение размеров земельного участка относительно размеров, указанных в правоустанавливающих документах, меньше, чем минимальный размер предоставляемых земельных участков в данном населенном пункте.
В заключении кадастрового инженера содержится обоснование фактического использования земельного участка в уточненных границах: земельный участок имеет ограждение в виде металлического забора на металлических столбах, ограничен соседними земельными участками, многолетними насаждениями, объектами искусственного происхождения.
Кроме того, актом согласования местоположения границ земельного участка и опросом заинтересованных лиц подтверждается существование сложившегося землепользования в установленных границах 15 и более лет.
На основании изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила определения судов апелляционной и кассационной инстанций и оставила в силе решение суда первой инстанции.
Определение N 4-КАД25-4-К1
55. Установление кадастровой стоимости объекта недвижимости в размере его рыночной стоимости не исключает права собственника такого объекта на пересмотр его кадастровой стоимости в связи с изменением качественных и количественных характеристик в период между принятием нормативных правовых актов, утверждающих результаты проведения очередной кадастровой оценки.
Комментарий к статье 130 ГК РФ "Недвижимые и движимые вещи"
Приказом министерства имущественных отношений субъекта Российской Федерации утверждена кадастровая стоимость объектов недвижимости по состоянию на 1 января 2019 г., в том числе в отношении принадлежащих на праве собственности С. объектов. С. обратилась с соответствующими заявлениями в комиссию по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости на территории субъекта Российской Федерации (далее - Комиссия), приложив отчет оценщика от 30 июля 2021 г.
По результатам рассмотрения заявлений Комиссией приняты решения от 24 августа 2021 г. об установлении кадастровой стоимости объектов недвижимости в размере, равном их рыночной стоимости по состоянию на 1 января 2019 г., в ЕГРН 24 августа 2021 г. внесены соответствующие изменения.
В последующем в связи с изменением качественных и количественных характеристик объектов недвижимости актом государственного бюджетного учреждения от 24 июля 2023 г. утверждена кадастровая стоимость данных объектов по состоянию на 1 января 2019 г. с датой начала применения 10 июля 2023 г.
На основании приказа министерства имущественных отношений субъекта Российской Федерации от 13 ноября 2023 г. в рамках проведения государственной кадастровой оценки определена новая кадастровая стоимость рассматриваемых объектов недвижимости по состоянию на 1 января 2023 г. с датой начала применения 1 января 2024 г.
С. в декабре 2023 г. обратилась в суд с административным исковым заявлением об установлении кадастровой стоимости принадлежащих ей на праве собственности объектов недвижимости в размере, равном их рыночной стоимости по состоянию на 1 января 2019 г., представив отчет об оценке от 5 декабря 2023 г.
Решением суда первой инстанции на основании проведенной судебной экспертизы в соответствии с заключением эксперта от 16 февраля 2024 г. установлена кадастровая стоимость объектов недвижимости, принадлежащих С., в размере, равном их рыночной стоимости по состоянию на 1 января 2019 г.
Период применения установленной кадастровой стоимости объектов недвижимости в размере рыночной определен судом с 10 июля по 31 декабря 2023 г. включительно.
Определением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, решение суда первой инстанции отменено, производство по делу прекращено со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 194 КАС РФ.
При этом суды исходили из того, что С. уже реализовала свое право на пересмотр результатов определения кадастровой стоимости в отношении тех же объектов недвижимого имущества, на ту же дату и в том же размере, обратившись ранее в Комиссию, которая установила кадастровую стоимость зданий в размере рыночной, действительную до вступления в силу нормативного правового акта, утвердившего результаты очередной кадастровой оценки, поэтому оснований для обращения в суд в порядке административного судопроизводства у нее не имелось.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу определения судов апелляционной и кассационной инстанций, указав следующее.
В соответствии с частью 1 статьи 16 Федерального закона от 3 июля 2016 г. N 237-ФЗ "О государственной кадастровой оценке" (далее - Федеральный закон N 237-ФЗ) определение кадастровой стоимости вновь учтенных объектов недвижимости, ранее учтенных объектов недвижимости в случае внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведений о них и объектов недвижимости, в отношении которых произошло изменение их количественных и (или) качественных характеристик, в период между датой проведения последней государственной кадастровой оценки и датой проведения очередной государственной кадастровой оценки осуществляется бюджетными учреждениями в порядке, предусмотренном методическими указаниями о государственной кадастровой оценке.
Полномочиями, связанными с определением кадастровой стоимости объектов недвижимости на территории данного субъекта Российской Федерации, на основании приказа министерства имущественных отношений субъекта Российской Федерации наделено государственное бюджетное учреждение.
Частью 1 статьи 22 Федерального закона N 237-ФЗ установлено, что результаты определения кадастровой стоимости могут быть оспорены в комиссии в случае ее создания в субъекте Российской Федерации или в суде. Для обращения в суд предварительное обращение в комиссию не является обязательным.
Согласно части 7 статьи 22 Федерального закона N 237-ФЗ результаты определения кадастровой стоимости могут быть оспорены в комиссии или в суде на основании установления в отношении объекта недвижимости его рыночной стоимости, определенной на дату, по состоянию на которую определена его кадастровая стоимость.
Из вышеприведенных норм следует, что кадастровая стоимость объектов недвижимости может устанавливаться не только в результате проведения очередной государственной кадастровой оценки объектов, но также в результате изменения качественных и количественных характеристик объектов в период между принятиями нормативных правовых актов, утверждающих результаты очередной кадастровой оценки.
Государственная кадастровая оценка в отношении рассматриваемых объектов проводилась в данном субъекте Российской Федерации в 2019 и 2023 годах, ее результаты утверждены приказами министерства имущественных отношений субъекта Российской Федерации (по состоянию на 1 января 2019 г. и на 1 января 2023 г. соответственно).
Между указанными датами проведения государственных кадастровых оценок в связи с изменением качественных и количественных характеристик объектов недвижимости была установлена оспариваемая кадастровая стоимость на основании акта государственного бюджетного учреждения от 24 июля 2023 г.
На 20 декабря 2023 г., то есть на дату обращения административного истца в суд с административным исковым заявлением об определении кадастровой стоимости объектов недвижимости в размере, равном их рыночной стоимости по состоянию на 1 января 2019 г., действовала оспариваемая кадастровая стоимость, установленная на основании вышеуказанного акта государственного бюджетного учреждения. Период ее применения установлен с 10 июля по 31 декабря 2023 г.
Кадастровая стоимость объектов недвижимости в размере рыночной, установленная решениями Комиссии в 2021 году, действовала в период между датами проведения последней и очередной государственной кадастровой оценки, до принятия акта государственного бюджетного учреждения от 24 июля 2023 г., установившего в соответствии с требованиями статьи 16 Федерального закона N 237-ФЗ новую кадастровую стоимость объектов, действующую до 1 января 2024 г., что исключает повторность оспаривания кадастровой стоимости этих объектов.
Таким образом, вывод судов апелляционной и кассационной инстанций о том, что С. еще в 2021 году реализовала свое право на пересмотр результатов определения кадастровой стоимости в отношении объектов недвижимого имущества, утвержденных приказом министерства имущественных отношений субъекта Российской Федерации по состоянию на 1 января 2019 г., и установление рыночной стоимости объектов на основании решений Комиссии, в связи с чем спор не подлежит рассмотрению и разрешению судом в порядке административного судопроизводства, основан на неправильном применении норм материального и процессуального права.
Ввиду изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу определения судов апелляционной и кассационной инстанций, направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Определение N 19-КАД25-4-К5
56. Аппарат уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации может быть создан только на основании соответствующего закона субъекта Российской Федерации.
Законом субъекта Российской Федерации об уполномоченном по правам человека (далее - Закон об Уполномоченном по правам человека в субъекте Российской Федерации) учреждена поименованная должность в соответствии с Федеральным законом от 18 марта 2020 г. N 48-ФЗ "Об уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации" (далее - Закон N 48-ФЗ).
Статьей 14 названного закона установлено, что обеспечение деятельности Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации (далее также - Уполномоченный по правам человека) осуществляет его рабочий аппарат, создаваемый в порядке, установленном Правительством субъекта Российской Федерации.
Правительством субъекта Российской Федерации принято постановление о порядке создания рабочего аппарата Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации, рабочего аппарата Уполномоченного по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, рабочего аппарата Уполномоченного по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации (далее - постановление Правительства субъекта Российской Федерации).
Подпунктом 1.1 пункта 1 названного нормативного правового акта определено, что рабочий аппарат Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации является структурным подразделением областного бюджетного учреждения "Управление делами Администрации", директор которого назначает и освобождает от должности сотрудников рабочего аппарата Уполномоченного по представлению Уполномоченного по правам человека, а также утверждает Положение о рабочем аппарате по согласованию с Уполномоченным по правам человека.
Кадровое и финансовое обеспечение деятельности Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации, Уполномоченного по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, Уполномоченного по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации осуществляется Администрацией субъекта Российской Федерации (пункт 2 постановления Правительства субъекта Российской Федерации).
Пунктом 3 постановления Правительства субъекта Российской Федерации рабочему аппарату Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации, рабочему аппарату Уполномоченного по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, рабочему аппарату Уполномоченного по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, Министерству финансов и бюджетного контроля субъекта Российской Федерации, Администрации субъекта Российской Федерации, бюджетному учреждению субъекта Российской Федерации "Управление делами Администрации" поручено осуществить в установленном порядке мероприятия, связанные с реализацией этого постановления.
Уполномоченный по правам человека в субъекте Российской Федерации обратился в суд с административным исковым заявлением о признании не действующими со дня вступления решения суда в законную силу статьи 14 Закона об Уполномоченном по правам человека в субъекте Российской Федерации и приведенных выше норм постановления Правительства субъекта Российской Федерации в части, касающейся Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации и его рабочего аппарата, ссылаясь на их несоответствие положениям нормативных правовых актов, имеющих большую юридическую силу.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, административное исковое заявление оставлено без удовлетворения.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные акты, указав следующее.
Конституцией Российской Федерации определено, что система органов государственной власти республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов устанавливается субъектами Российской Федерации самостоятельно в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленными федеральным законом (часть 1 статьи 77).
Правовой статус уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации закреплен Законом N 48-ФЗ, согласно положениям которого для обеспечения деятельности уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации в соответствии с законом субъекта Российской Федерации может быть создан аппарат уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации; обеспечение деятельности уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации и его аппарата осуществляется за счет бюджетных ассигнований бюджета субъекта Российской Федерации (части 1 и 2 статьи 18).
В силу части 2 статьи 1 Закона N 48-ФЗ, Указа Президента Российской Федерации от 14 ноября 2024 г. N 975 "Об утверждении перечня типовых государственных должностей субъектов Российской Федерации" и Закона об Уполномоченном по правам человека в субъекте Российской Федерации должность уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации является государственной должностью субъекта Российской Федерации.
Федеральным законом от 21 декабря 2021 г. N 414-ФЗ "Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации") установлено, что система органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов субъектов Российской Федерации определяется ими самостоятельно в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации, названным законом, другими федеральными законами (часть 5 статьи 1).
При этом законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить законам, принятым по предметам ведения Российской Федерации и предметам совместного ведения (часть 2 статьи 3).
Законодатель, регламентируя в статье 37 Федерального закона "Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации" вопросы об иных государственных органах субъекта Российской Федерации, предусмотрел в части 2 право субъекта Российской Федерации в соответствии с федеральными законами учреждать конституцией (уставом), законом субъекта Российской Федерации должность уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации.
В части 5 названной выше статьи указано, что правовое положение, порядок формирования, задачи и полномочия государственных органов субъектов Российской Федерации и их должностных лиц, гарантии их деятельности определяются Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными и федеральными законами, а также принимаемыми в соответствии с ними законами субъектов Российской Федерации.
Однако, как следует из содержания статьи 14 Закона об Уполномоченном по правам человека в субъекте Российской Федерации, региональный законодатель, гарантировав Уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации обеспечение его деятельности путем создания рабочего аппарата Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации, установил порядок создания указанного аппарата нормативным правовым актом Правительства субъекта Российской Федерации, являющегося высшим исполнительным органом области.
Таким образом, анализ приведенных законоположений в системном единстве с нормами части 1 статьи 18 Закона N 48-ФЗ, согласно которым аппарат уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации может быть создан в соответствии с законом субъекта Российской Федерации, подтверждает довод административного истца о несоответствии федеральным правовым предписаниям содержания названной выше статьи регионального закона.
Не согласуется с федеральным правовым регулированием заключение судов о необоснованности требований о признании недействующими оспариваемых норм постановления Правительства субъекта Российской Федерации, определяющих статус рабочего аппарата Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации как структурного подразделения областного бюджетного учреждения, об осуществлении кадрового и финансового обеспечения администрацией субъекта Российской Федерации и возлагающих на рабочий аппарат Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации обязанность осуществить мероприятия по реализации названного постановления.
Отказывая в удовлетворении административного иска в этой части, суды первой и апелляционной инстанций не учли, что уполномоченный по правам человека в субъекте Российской Федерации - лицо, занимающее государственную должность субъекта Российской Федерации, является самостоятельным субъектом общественных отношений; эта должность учреждается в целях обеспечения дополнительных гарантий государственной защиты прав и свобод человека и гражданина на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, его деятельность дополняет существующие средства защиты прав и свобод человека и гражданина (части 1 - 3 статьи 1 Закона N 48-ФЗ).
Из этого следует, что правовая природа рабочего аппарата Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации производна от правового положения уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации, то есть Уполномоченный по правам человека в субъекте Российской Федерации и его рабочий аппарат являются государственным органом, а порядок создания рабочего аппарата Уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации и осуществления его деятельности не должен нарушать принципы, в соответствии с которыми Уполномоченный по правам человека в субъекте Российской Федерации реализует возложенные на него полномочия.
Принимая во внимание, что рабочий аппарат уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации создается для обеспечения деятельности лица, занимающего государственную должность, в его состав наряду с другими работниками не могут не входить государственные гражданские служащие.
Такой вывод следует из понятия государственной гражданской службы, данного в Федеральном законе от 27 мая 2003 г. N 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации" (абзацы пятый и седьмой пункта 1 статьи 1).
На основании изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные акты и приняла новое решение, которым удовлетворила административное исковое заявление.
Определение N 39-КАД25-2-К1