Меня вчера похвалили, а я задумалась.
Даже если не брать в расчёт логопеда, много причин повлияло на Настино улучшение. Но стоит ли меня хвалить?
Я просто перестала её исправлять. Не перестала развивать, а именно исправлять.
Нам всем важно чувствовать любовь сейчас, а не когда-то и если. Особенно — детям.
Даже если мама не говорит вслух: «Ну когда же ты уже освоишь горшок, начнёшь есть сам, нормально говорить или ходить?» — её нетерпение, напряжение и ожидание разрезают воздух.
Мамам сложно расслабиться и заметить маленькие победы, если они сфокусированы на одной большой... проблеме. Для мамы это проблема, настоящая беда. Неважно, что ребёнок умеет, если он до сих пор не научился делать то, что умеют другие в его возрасте. Нужно это исправить.
— Подтяни математику!
— Я получил пятёрку за сочинение!
— Подтяни математику!
— Меня позвали на соревнования по волейболу!
— А ты подтянул математику?
Сколько ресурсов ребёнок тратит на соответствие чужим ожиданиям. На доказательство, на убеждение, что он достоин любви, что он молодец.
Представьте, сколько внутренних опор нужно воздвигнуть маленькому человеку, если он не получает поддержки извне. Сколько сил уходит на самосохранение, на самозащиту.
Если бы эти ресурсы пустить на развитие — представляете, каких высот, каких успехов можно достичь? Но для этого нужна не опасная, а безопасная среда, поддержка, вера и принятие самых близких людей.
Я отстала от Насти. Я перестала думать, что она не сможет, не справится. Я вспомнила её успехи. Для обывателя рост небольшой, но для самой Насти за 18 лет произошли колоссальные изменения. Возможно, она никогда не станет такой, как все. Но а какой ей надо быть? На кого равняться? Кто самый лучший человек на земле? Разве не ваш ребёнок?
Когда я перестала ждать, то стала замечать, какая она на самом деле... аккуратная. Всегда застёгнуты пуговки, шапка надета ровно. Мало того, что из её кармашков ничего не торчит, — так она ещё заботливо запихивает обратно готовую выпасть из моего рюкзака зарядку, конфетку, записку.
Где бы мы ни ели: в кафе или на улице — она всегда соберёт весь мусор, все обёртки, пакетики и донесёт до урны.
Придержит двери, подхватит сумки с коротким: «Помочь?»
А я ведь этому не учила, не просила, не ждала. Я была так поглощена тем, что она не говорит, что не заметила, как мой ребёнок повзрослел и стал прекрасным добрым человеком.
Пока я решала глобальную проблему с отсутствием речи — она саморазвивалась в других направлениях и весьма успешно.
Я начала уважать её как равную, как очень сильную личность. Бог знает, какую внутреннюю борьбу она проживала каждый день, чтобы находиться рядом с теми, кто её не понимает.
Мы жалеем неполноценных людей, а пожалеть стоит нас. Пока мы ждём, что ребёнок станет «как все», мы не замечаем, каким уникальным человеком он уже стал.
Мы зрячи, но слепы и зациклены. Они могут то, что не можем мы: они любят нас не исправляя, а такими, какие мы есть.
Сейчас мы с ней подруги, сейчас мы с ней смеёмся, переглядываемся. Сейчас нам даже не особо нужны эти слова, которые я так требовательно ждала.
И они — появляются.
