Тибет привлекал европейцев не только в силу своего географического положения. Это "сердце Азии" с самыми высокими в мире горами сулило резидентам "Старого света" открытия в области этнографии и антропологии, медицины и химии, зоологии и ботаники. Или, как в случае с Эрнстом Шефером (нем. Ernst Schäfer) (1910-1992), - всего понемногу.
Своё первое путешествие в Тибет он осуществил в 1931 году. И это был результат удачного стечения обстоятельств: он встретил единомышленника в лице сына американских нуворишей Брука Долана (англ. Brooke Dolan II) (1908-1945).
Второй раз они побывали в Тибете в 1934 году, после чего Шефер намеревался отправиться в США, чтобы обработать собранные там материалы. Но не сложилось.
Потому что молодой и перспективный учёный представлял собой ценность для родного государства и ему предложили столько плюшек, что выбор был очевиден.
С мая 1938 по август 1939 гг. Эрнст Шефер руководил экспедицией в Тибет под эгидой "Аненербе". Ему, как и большинству его товарищей, не было и тридцати.
"Мы упиваемся нашими ежедневными научными успехами. Трудные и очень сложные задания заставляют забыться, отгоняя печаль и заботы. На юге высятся гималайские гиганты, на севере расплывается в бесконечность океан тибетских степей".
(с) Эрнст Шефер. Из книги Васильченко А. В. Тибетская экспедиция СС. Правда о тайном немецком проекте. М.: Вече, 2009. С. 280.
И эти молодые мужчины, горящие жаждой знаний, сумели сделать невероятное по тем временам - получить приглашение в Лхасу от представителей местных властей.
"Для ознакомления передать немецкому господину, доктору Шеферу, мастеру ста наук. От всего сердца благодарим за Ваше письмо, которое мы получили 12-го дня 9-го английского месяца вместе с двумя ящиками подарков, которые содержали граммофон, музыкальные пластинки и два полевых бинокля.
То, что касается лично Вас и сопровождающих Вас немцев: господина Винерта, господина Геера, господина Краузе и господина Бегера (всего не менее пяти персон), вместе с которыми Вы намеревались в качестве первых немцев посетить Лхасу и осмотеть священные тибетские монастыри, то мы доводим до Вашего сведения, что въезд в Тибет раз и навсегда запрещён всем иностранцам.
Хотя из опыта мы знаем, как порой трудно заниматься хотя бы двумя делами сразу же, но желаем, чтобы все Ваши начинания сбылись. Мы понимаем, что Вашей истинной целью является желание увидеть нашу святую страну, познакомиться с её религиозными учреждениями, а также крепить дружбу. Для ознакомления с ней мы даем Вам разрешение посетить Лхасу и оставаться там в течение 14 дней..."
Отправлено кашагом, тибетским советом министров в 3-й день 1-го месяца года огненного тигра".
(с) Васильченко, 2009, с. 315-316.
- Забегая вперёд, на Нюрнбергском процессе Эрнст Шефер выступал в роли свидетеля. В 1939 году во время своей беседы с лордом Линлитгоу, вице-королём Британской Индии, он говорил как есть: "Мы знаем, что Германия очень хорошо вооружена, что позволит ей выигрывать в первые годы. Но затем это может закончиться крушением европейской культуры". (c) Васильченко, 2009, с. 90.
Эти люди не были востоковедами. Такого рода дисциплины лишь формировались, поэтому их восприятие особенностей тибетской культуры носит упрощённый характер.
Однако, Эрнст Шефер, антрополог Бруно Бегер (нем. Bruno Beger) и другие исследователи интуитивно соблюдали базовые культурные коды и законы гостеприимства.
- Они не создавали дистанции между собой и горцами. Главным инициатором сближения выступал Бруно Бегер, который охотно шёл на контакт. Вырвать больной зуб у тибетца? Не вопрос! Померять девушку? Дайте две!
- Забавно, что в Лхасе регент Тибета захотел оставить Бегера в составе личной охраны. Взамен он предложил прислать в Германию пару своих монахов для проповеди буддизма.
- Члены экспедиции не отказывались от угощений и мероприятий. Так им повезло отведать настоящий чанг и стать первыми европейцами, которые запечатлели Лосар - Тибетский Новый год.
- Они делали подарки. Потому что "главное не подарок - а внимание" - работает во всех частях света. В их случае тибетцы входили в положение, понимая, что европейцы, конечно, не располагают бирюзой и кораллами, но очень хотят хоть как-то "потрудиться на благо всех живых существ". В основном, Шефер с коллегами преподносили технику.
В 1939 году экспедиция Эрнста Шефера вернулась в Германию с превышением плана. Им удалось добыть свидетельства того, что свастика фигурировала не только в западных культурах, но и в восточных. Они привезли антропологические, этнографические, ботанические и зоологические материалы. Эрнст Шефер составил отчёт экспедиции, полный сентиментальных описаний природы и впечатлений от общения с местными жителями.
Самый потрясающий результат экспедиции Шефера состоял в том, что им удалось попасть в закрытую для европейцев Лхасу и отснять более 50 часов видеоматериалов.
Осенью 1939 года киноматериалы были переданы на проявку и обработку в берлинскую фирму "Тобис фильмкунст". Из них был смонтирован фильм "Загадочный Тибет" (нем. Geheimnis Tibet). Он был окончательно доработан и показан во всех немецких кинотеатрах в 1943 году.
До этого Генрих Гиммлер посчитал необходимым ограничить любое упоминание о тибетской экспедции Эрнста Шефера для широкой публики. Когда Шефер захотел выступить на конференции, ему донесли о крайней нежелательности этого шага. Вплоть до того, что в 1940 году ему был сделан строгий выговор.
Это больно ударило по самолюбию учёного и вызывало вопросы. Существует версия, что Гиммлер планировал ещё одну экспедицию в Тибет, а также в Кавказский регион, поэтому рассчитывал на то, что фильм, воспевающий научные достижения страны, ещё будет дополнен.
Однако, Шефер не опускал руки. Не для того он трижды побывал Тибете, чтобы пасовать перед одним лишь Гиммлером.
В июне 1942 года состоялся закрытый показ фильма, на котором присутствовали влиятельные лица. Например, Геббельс. От него Шефер получил высокую оценку и официальное разрешение рекламировать фильм.
В декабре 1942 года по приглашению немецкого посольства в Дании он прибыл в Копенгаген, где наконец-то сделал доклад об экспедиции.
В январе 1943 года в Мюнхене состоялась премьера фильма. Одним из почётных гостей был Свен Гедин, шведский приключенец, который словил своё счастье и несчастье в Азии.
Кинотеатральная версия фильма длилась 1 час 41 минуту.
Отзыв одного из сотрудников "Аненербе":
Фильм произвёл фурор не меньший, чем сама экспедиция Шефера. Лента великолепная, в некоторых местах я задыхался от восторга. Понятно, почему по политическим причинам его до сих пор не показывали широкой публике. В связи с открытием института исследования Азии этот фильм был впервые официально продемонстрирован. Я воспринимал его не как научно-популярный, а как полнометражный художественный фильм. Высокие зарубежные гости также пребывают под впечатлением. Все чествовали Свена Хедина. Затем в министерстве пропаганды была дана большая пресс-конференция для зарубежной прессы. Вскоре стартует широко задуманная рекламная кампания фильма. Почти во всех газетах появляются фоторепортажи или прошлые сообщения экспедиции. Все газеты, даже бульварные листки, пишут о Тибете".
(с) Васильченко, 2009, с. 148-149.
Шефер лично разработал план рекламной кампании, согласно которому фильм надо было показывать по льготной цене для рабочих и организовывать групповые показы для ячеек Немецкого трудового фронта и гитлерюгенда.
Выход фильма совпал со Сталинградской битвой и острой потребностью поддержать дух немецкого народа, показывая национальные подвиги если не солдат, то учёных.
Чем удивляли публику, помимо, великолепия гор и монументальности тибетской архитектуры?
Фильм начинается со сцены, в которой Бруно Бегер, принарядившись в костюм, обменивается хадаками с представителем гималайской знати и следует за ним в дом как гость.
Собственно, он и стал главной европейской звездой фильма, демонстрируя образ неунывающего учёного в экзотической стране. Хотя на мой взгляд, некоторые моменты показывают волчий оскал этих чужеземцев.
Например, в фильме видно, что тибетская девушка против того, чтобы Бегер обмерял её ниже лица. Она отталкивает его, но теряется, когда немец хватает её за руку. В общем, так нельзя даже ради науки.
Бруно Бегер по тем временам был сведущ во врачевании и охотно отзывался на просьбы местных жителей. Есть свидетельства о том, что он оказал медицинскую помощь тибетскому аристократу и помог с больным зубом простому горцу.
Эрнст Шефер считал, что Тибет необходимо изучать комплексно, а не с точки зрения отдельной научной дисциплины, и это отражено в фильме.
Внимание уделяется не только людям и их материальной культуре, но также животным и птицам. Шефер снимал и лошадок, и сусликов, и удодов. В Лхасе его заинтересовали прирученный волчонок и тибетский мастиф.
Среди птиц особенно забавно видеть стаи упитанных грифов, участвующих в небесном погребении - обряде, во время которого тело усопшего достаётся хищным птицам.
Потому что они помогают душам возвращаться на небо. Традиция существует до сих пор. Сейчас она считается буддийской и связана с идеей о том, что надо делиться с теми, кто нуждается. А мясо мёртвым ни к чему.
Несомненно, воображение зрителей поражали образы тибетцев: женщин в необычных украшениях, пожилых паломников с молитвенными барабанами, лам разного ранга.
"Тибетцы не обременены условностями, им неведомы представления о морали и нравственности в их европейско-христианском смысле. Они живут в свое удовольствие, справляют праздники, пьют цанг, любят женщин и обожают побездельничать. Они счастливы и довольны, как маленькие дети во время весёлой игры.
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 325].
"Тибетцы — это весьма доверчивые и исключительно набожные люди. Для них ламаизм — это не только форма связи с духовным миром, но и суть всей их жизни".
(с) Эрст Шефер [Васильченко, 2009, с. 324].
"Десятки тысяч сгорбленных от старости мужчин и пожилых женшин крутят в одинаковом ритме молитвенные ручные мельницы, в которых скрыты священные знаки. Бесчисленное количество крестьян, спустившихся с гор, твердят еле шевелящимися губами в надежде на счастье формулу молитвы: «Ом мани падме хум (Славим тебя, о драгоценность в чаше лотоса)». Безропотно они полагаются на свою судьбу. Они несколько месяцев несли не себе бремя забот, когда горы их повелителя были сокрыты и только грохот лавин возвещал им, что боги еще живы".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 217].
"Благочестивые ламы тихо и усердно бормочут молитвы, которые великий Будда произнёс множество веков назад. Со стоическим спокойствием тысячи фанатичных монахов в длинных, струящихся одеждах сидят и медитируют. Они стремятся к вечности и отреклись от этого мира".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 216].
Один из заснятых лам пребывает в экстатическом состоянии, изящно прокручивая в руках колокольчик и пурбу. Он выглядел настолько впечатляюще, что даже попал на одну из афиш фильма.
На улицах Лхасы экспедиция заснимала кадры повседневной жизни: вот преступник в колодках, за которым присматривают и дают напиться.
Вот монахи делают оттиски священных текстов.
Вот женщины ткут ковры.
"Тугая, плотная, почти жёсткая "дикая шерсть" тибетских овец как нельзя лучше подходит для изготовления ковров. К счастью, европейские концерны не протянули свои щупальца до этих областей высокогорного Тибета. Тибетские ковры изготовляются при помощи естественных красителей, которые проделывают долгий путь из горных лесов Бутана и Сиккима. Там они добываются из коры, листьев, корней и таинственных плодов. Ковроткачество в Тибете не имеет фабричного размаха — оно привилегия состоятельных крупных семей. Сами ковры производятся ремесленным способом в специальных помещениях или прямо на низких крышах домов, в которых проживают знатные семейства. Ткачи сидят скрючившись перед своими станками и монотонно поют грустные песни, считая звонкие хлопки челнока да иногда прерываясь на чтение молитв в таком же однообразном ритме".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 325].
На коврах можно заметить знакомый меандр. В беседе с тибетским аристократом Шефер обратил его внимание на то, что свастика есть и на Западе тоже. И ему ответили со всей мощью восточного красноречия:
“Впервые западная и восточная свастика встретились под сенью мира, культурного обмена и научных связей”.
(с) Васильченко, 2009, с. 82.
Представители высшей тибетской знати охотно принимали участие в съёмках. Вообще надо сказать, что расположение Кашага, или совета министров, было настолько велико, что они продлили своё приглашение для того, чтобы немецкие гости могли принять участие в праздновании Лосара. А на прощание подарили им столько припасов, что Эрнст Шефер мог не опасаться за снабжение экспедиции.
Ещё они показывали свою армию... Тибетцам предстояло многое узнать о внешнем мире.
Самые ценные кадры представляют собой записи обрядов. Эрнст Шефер и его команда былы первыми немцами, которые посетили Лхасу.
И они были первыми европейцами, которые запечатлели ритуальные танцы, которые исполняют во время Лосара.
"Мы от всего сердца были благодарны, что смогли столкнуться с этим кусочком Средневековья, увидеть истинную Азию".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 230].
"В танцевальном шаге они совершают круг, становятся в ряд и возносят громкими криками первое почитание божеству войны. Мимика на лицах фанатичных воинов, которые преданы танцу и божествам, является жестокой и непостижимо-загадочной. Серьёзность данного исполнения усиливается непреклонными чертами монголоидных лиц".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 226].
Отдельной строкой в кино показали скульптуры гневных божеств тибетского буддизма с соответствующими ремарками об их свирепости. Их обозначили как "божеств войны".
В своём отчёте Шефер в общих чертах даёт характеристику тибетскому буддизму как религии, в которой существует "множество сект". Он выделяет "жёлтую секту" (гелуг) и "красную секту" (ньингма). И отмечает, что в тибетском буддизме большое внимание уделяется "культам демонов, изгнанию нечистых духов, анимизму и шаманизму".
"Говорят, что древние великие ламы неделями не знали сна, так как выполняли задание, которое состояло в том, чтобы умирить Махакалу, гордого защитника "южных перевалов", и всемогущего Канченджанги, чтобы те изгнали страшных демонов муссонных дождей и спустились к людям вдень полнолуния, и во время парада победоносных бойцов приняли человеческое почтение и поклонение".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, с. 219].
Ещё показали Авалокитешвару и Будду.
Эрнст Шефер несомненно проникся Тибетом. И в том 1939 году он переживал свою лучшую весну:
"Из первоначально запланированного двухнедельного пребывания в Лхасе наш визит превратился в двухмесячное нахождение в этом священном городе. Почти сразу же с "живыми божествами" и представителями тибетского правительства нас стали связывать узы сердечной дружбы. Время, проведённое в Лхасе, — это самое большое мое научное переживание. Вряд ли мне придётся пережить ещё раз нечто подобное. Мы покидаем гостеприимную Лхасу, когда священные чёрные журавли, зимовавшие здесь, собираются улетать. Потянулись косяками дикие гуси, начинают ворковать сизые голуби, а в гнёздах воронов вылупились птенцы. Нас ждут впереди новые задания".
(с) Эрнст Шефер [Васильченко, 2009, 329].
Литература
- Васильченко А. В. Тибетская экспедиция СС. Правда о тайном немецком проекте. М.: Вече, 2009. С. 82, 90, 141-150, 215-217, 219, 226, 230, 280, 315-316, 324-325, 329.
"Младший брат" в Telegram для тех, кто любит смотреть картинки больше, чем читать истории о них.
Благодарность автору канала для вдохновения и хорошего настроения.
"Благодарность - самая изысканная форма вежливости".
(с) Жак Маритен