Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сказки Деда Митяя

Как дед Митяй про «Повелителя мух» гутарил

Слыхал я, братцы, одну книгу. Называется она «Повелитель мух». На первый взгляд — будто сказка простая: ребятишки на острове одни остались, без взрослых. Думаешь — сейчас они там костёр разведут, рыбу ловить станут, да жить себе будут.
А вот нет.
Голдинг хитрый был мужик. Он не про детей писал. Он про человека писал.
Поначалу у мальцов всё по-людски. Собрание устроили, старшего выбрали, правила

Слыхал я, братцы, одну книгу. Называется она «Повелитель мух». На первый взгляд — будто сказка простая: ребятишки на острове одни остались, без взрослых. Думаешь — сейчас они там костёр разведут, рыбу ловить станут, да жить себе будут.

А вот нет.

Голдинг хитрый был мужик. Он не про детей писал. Он про человека писал.

Поначалу у мальцов всё по-людски. Собрание устроили, старшего выбрали, правила придумали. Костёр держать, чтобы их нашли. Гутарят, спорят, но порядок есть.

А потом — страх подполз.

И не страх зверя.

Страх друг друга.

Вот тут и начинает всё разваливаться. Потому что когда нет закона, нет старших и нет дисциплины — человек быстро вспоминает, что он не только разумное существо, но и зверь.

Один власть захотел.

Другие за ним пошли.

Третьи испугались и промолчали.

И всё…

Порядок рассыпался, как сухая земля в ладони.

Особенно один мальчишка там был — Саймон. Тихий такой. Он единственный понял вещь простую: зверь, которого все боятся, не в лесу сидит. Он внутри человека.

Вот это, скажу вам, самая страшная правда.

Потому что остров тот — это не просто остров. Это общество в миниатюре. Сними с людей форму, правила и страх наказания — и быстро увидишь, кто есть кто.

«Повелитель мух» — книга тихая. Там нет громких битв или чудес. Там другое страшное происходит: порядок умирает медленно, шаг за шагом. И понимаешь, что всё это очень похоже на настоящую жизнь.

Я после неё так подумал:

цивилизация — штука хрупкая.

Держится она не на стенах и не на законах.

Она держится на людях, которые помнят, что они люди.

А как только забыли —

так и начинается остров.