Я стоял в душном коридоре районного суда и смотрел, как моя бывшая жена Ксения поправляет макияж, глядя в экран своего айфона. У моих ног тихо сидела Белла — американская булли редкого лилового окраса. Собака, за которую я отдал почти полмиллиона рублей. Собака, которая была моей тенью.
Дверь зала заседаний открылась. Ксюша победно вздернула подбородок, подошла ко мне и нагло вырвала кожаный поводок из моих рук. Белла растерянно пискнула и прижалась к моей ноге, но бывшая жена грубо дернула ее к себе.
— Ну всё, малышка, поехали делать мамочке деньги, — громко, чтобы я точно услышал, сказала она. — Чао, неудачник. Не скучай тут без нас.
Она цокала каблуками по кафелю, волоча за собой упирающуюся собаку. Любой другой на моем месте бросился бы в драку, начал бы орать или проклинать продажного судью.
Но я стоял, засунув руки в карманы брюк, и еле сдерживал смех.
Ксения думала, что отняла у меня самое дорогое и обеспечила себе безбедную жизнь на годы вперед. Она даже не подозревала, что уводит с собой не золотую жилу, а бомбу замедленного действия, которая через месяц взорвет ее новый, тщательно продуманный бизнес-план.
Чужие кроссовки и конец семейной жизни
Чтобы вы поняли, почему я так легко отдал собаку, нужно рассказать, как вообще рухнул наш брак. Мы прожили вместе четыре года. Я вкалывал на двух работах, чтобы мы могли позволить себе хорошую квартиру, отпуска и дорогие вещи. Ксения работала «для души» администратором в салоне красоты.
Ей всегда было мало. Мало внимания, мало денег, мало эмоций.
Всё закончилось до боли банально. Классическое женское предательство, о котором не хочется вспоминать, но из песни слов не выкинешь. Я вернулся из командировки на день раньше. Дверь открыл своим ключом.
В прихожей стояли чужие мужские кроссовки 44-го размера.
Я не стал устраивать сцен с битьем посуды. Я просто прошел на кухню, сел за стол и дождался, пока они выйдут из спальни. Ее любовником оказался какой-то мутный тип из фитнес-клуба. Он спешно ретировался, бормоча извинения.
А Ксения даже не пыталась просить прощения.
— Ты сам виноват! — кричала она, кутаясь в мой халат. — Ты вечно на работе! Я женщина, я хочу чувствовать себя желанной, а не сидеть в четырех стенах с твоей псиной!
«С твоей псиной». Вот как она называла Беллу. Собаку она терпеть не могла. Брезговала убирать за ней, злилась, когда та лезла обниматься, жаловалась на шерсть.
Я молча собрал ее вещи в мусорные пакеты и выставил за дверь. Мы подали на развод.
Алчность берет верх
Раздел имущества был грязным. Ксения пыталась оттяпать половину квартиры, но жилье было куплено мной до брака. Мой адвокат разбил ее требования в пух и прах. Машину мы продали, деньги поделили.
И тут она вспомнила про Беллу.
Дело в том, что американские булли — порода коммерческая. За месяц до развода мы были на выставке, и какой-то заводчик вскользь упомянул, что щенки от собаки такого экстерьера и окраса стоят от трехсот тысяч рублей. В помете бывает по шесть-восемь щенков.
В голове Ксении мгновенно щелкнул калькулятор. Она поняла, что может срубить пару миллионов, просто ничего не делая.
Она мертвой хваткой вцепилась в собаку в суде.
Она наняла адвоката, который принес какие-то липовые чеки на покупку корма (который всегда покупал я). Она плакала перед судьей крокодильими слезами, рассказывая, как привязана к «своей девочке», как собака поможет ей пережить тяжелый развод и предательство мужа (да-да, она выставила жертвой себя).
Я пытался протестовать. Я показывал родословную, где владельцем был вписан я. Но судья, уставшая женщина лет пятидесяти, которой надоело ковыряться в нашем грязном белье, вынесла решение не в мою пользу.
Она посчитала собаку «совместно нажитым имуществом, представляющим материальную ценность», и постановила оставить животное бывшей жене, обязав ту выплатить мне половину стоимости собаки по договору купли-продажи. Сумма была смешная по сравнению с тем, что я вложил в Беллу.
Но я вдруг перестал спорить. Я кивнул, подписал бумаги и согласился.
Мой адвокат смотрел на меня как на сумасшедшего. А я просто вспомнил один визит в ветеринарную клинику, о котором моя бывшая жена не знала.
Тайна, скрытая под шерстью
Полгода назад, когда Ксения укатила на очередные «выходные с подружками» (теперь-то я знаю, что она проводила их с тем самым фитнес-тренером), Белле стало плохо.
Она отказывалась от еды, лежала тряпочкой, у нее поднялась температура. Я схватил собаку в охапку и помчался в круглосуточную ветеринарную клинику.
Диагноз прозвучал как приговор — острый гнойный эндометрит (пиометра). Воспаление матки. Врач сказал, что счет идет на часы. Если не прооперировать прямо сейчас, собака погибнет от сепсиса.
— Операция подразумевает полное удаление матки и яичников, — строго сказал хирург, давая мне на подпись согласие. — Рожать она больше никогда не сможет. Это полостная операция, экстренная стерилизация по медицинским показаниям.
— Плевать на щенков, режьте! Спасайте собаку! — крикнул я тогда.
Операция прошла успешно. Я выхаживал Беллу две недели. Ставил капельницы, делал уколы, носил ее на руках гулять.
Ксения вернулась с отдыха, когда собака уже бегала. Моя жена была так занята переписками со своим любовником, что даже не заметила выбритый живот и аккуратный косметический шов, который скрылся под складками кожи. А я не стал ей ничего рассказывать. Я просто радовался, что моя собака жива.
И вот теперь эта жадная, меркантильная женщина, предавшая нашу семью, собиралась строить бизнес на собаке, у которой физически отсутствовали репродуктивные органы.
Бизнес-план и огромные долги
После суда прошел месяц. Я жил спокойно, работал, изредка мониторил социальные сети бывшей жены со специального левого аккаунта.
Она развернула бурную деятельность.
Ксения арендовала дорогую фотостудию. Она наняла профессионального фотографа-анималиста, чтобы сделать Белле роскошное портфолио. В ее профиле то и дело мелькали посты: «Готовимся к вязке! Скоро будут эксклюзивные щенки! Открыта предварительная бронь!»
Она нашла самого дорогого, элитного кобеля в нашем городе. Чемпиона всего на свете. Владельцы таких кобелей берут за вязку огромные деньги вперед — обычно это стоимость одного щенка. Ксения, как я узнал от общих знакомых, влезла в микрозаймы, чтобы оплатить услуги «жениха». Она заплатила двести пятьдесят тысяч рублей просто за право повязать свою собаку с этим чемпионом.
Она предвкушала, как получит два миллиона. Она уже мысленно тратила эти деньги на новые сумки и поездки на курорты со своим фитнес-тренером.
Оставался один маленький технический нюанс. Владелица кобеля, женщина опытная, потребовала перед вязкой справку от ветеринара — нужно было сделать УЗИ и сдать анализы на прогестерон, чтобы точно поймать день овуляции и не потратить попытку впустую.
Ксения, предвкушая скорое богатство, записалась в самую дорогую клинику города.
Звонок, который стоил миллионы
Был вечер вторника. Я ужинал, когда мой телефон зазвонил. На экране высветилось: «Бывшая».
Я нажал кнопку ответа и включил громкую связь.
— Ты... ты больной ублюдок! — в трубке стоял такой визг, что я чуть не выронил вилку. Ксения рыдала, задыхалась и орала одновременно. На фоне гавкали чужие собаки — видимо, она звонила прямо из холла клиники.
— Добрый вечер, Ксюша. Что-то случилось? Белла здорова? — абсолютно спокойным, даже ласковым голосом спросил я.
— Какая Белла?! Какая Белла, тварь?! — она перешла на ультразвук. — Я сейчас на УЗИ! Врач водит датчиком и говорит... говорит, что у нее нет матки! Что она стерилизована!
— Да, всё верно, — я откинулся на спинку стула. — Экстренная операция полгода назад. Гнойное воспаление. Если бы не вырезали, она бы умерла. А ты была слишком занята кувырканьем в чужой постели, чтобы заметить шов на животе у собаки, которая жила с тобой в одной квартире.
В трубке повисла тяжелая, густая тишина. До нее наконец начал доходить весь масштаб катастрофы.
— Ты... ты знал... — прошептала она. — Ты знал это в суде. Ты специально отдал мне ее!
— Я не мог пойти против решения нашей гуманной судебной системы, Ксения. Ты так убедительно плакала, так хотела эту собаку. Судья решила, что животное — это источник дохода. Я просто не стал спорить.
Она снова сорвалась на истеричный крик.
— Я заплатила за студию! Я отдала двести пятьдесят тысяч за вязку! Я взяла кредиты, идиот! Владелица кобеля не вернет мне деньги, потому что по договору срыв вязки по вине суки не компенсируется! Что мне теперь делать с этой бесполезной псиной?!
— Любить, Ксюша, — усмехнулся я. — Просто любить. Ты же кричала в суде, что она твоя душа и поддержка. Вот и поддерживайте друг друга. Только кормить не забывай, корм супер-премиум класса нынче дорогой.
Я положил трубку и заблокировал ее номер.
Эпилог. Возвращение домой
Развязка наступила через три дня.
Вечером в мою дверь позвонили. На пороге стояла Ксения. Она выглядела ужасно: потекший макияж, грязные волосы, в глазах — абсолютная пустота и отчаяние.
Она молча сунула мне в руки поводок. Белла, увидев меня, радостно завиляла всем своим толстым телом, скуля и пытаясь лизнуть меня в лицо. Я присел и обнял свою собаку.
— Забирай, — глухо сказала бывшая жена. — Она мне не нужна. У меня нет денег ее кормить. Этот... мой парень... он ушел, когда узнал, что я в долгах. Сказал, что чужие кредиты ему не нужны.
Женское предательство вернулось к ней бумерангом. Она променяла семью на интрижку, а потом попыталась нажиться на живом существе. В итоге она осталась одна, без мужа, без любовника, в съемной комнатушке, с огромными долгами по микрозаймам, коллекторы от которых не дадут ей спокойно спать еще очень долго.
— Спасибо, что привезла, — я встал и посмотрел на нее сверху вниз. Внутри не было ни капли жалости. Только брезгливость. — Договор дарения подпишем завтра у нотариуса. Чтобы юридически комар носа не подточил.
Я закрыл дверь перед ее носом.
Мы с Беллой пошли на кухню. Я насыпал ей полную миску ее любимого корма, налил свежей воды. Она хрустела гранулами, а я смотрел на нее и думал о том, как справедливо устроена жизнь.
Жадность и предательство всегда наказывают сами себя. Иногда для этого не нужно нанимать дорогих адвокатов или устраивать грязные мстительные схемы. Достаточно просто отойти в сторону, промолчать и позволить предателю самому засунуть голову в петлю своей собственной алчности.
А как бы вы поступили на моем месте? Боролись бы до конца в суде или тоже позволили бы бывшей жене с размаху наступить на эти финансовые грабли? Жду ваших мнений и историй в комментариях! Обсудим!
Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.