Стекло в кабинете мелко задрожало. Увесистая папка с расчетами полетела на пол, белые листы веером разлетелись по дорогому полу.
— Хватит! — рявкнул Вадим, опираясь руками на стол. — Вы держите меня за идиота? Три крупных заказа за месяц уходят к конкурентам. Цифры перебивают копейка в копейку. Среди нас завелась крыса. И пока я ее не найду, все счета заморожены.
Илья нервно поправил галстук, Денис закатил глаза, а финансовый директор Жанна брезгливо перешагнула через валяющиеся на полу бумаги.
— Ты перегибаешь палку, Вадик, — процедил Денис. — Это просто совпадение. Рынок штормит, поставщики цены ломят.
Вадим не стал спорить. Он молча взял ключи от машины, спустился на подземную парковку и выехал за город. Ему нужно было место, где никто не будет врать в лицо.
Два часа пути, и колеса внедорожника захрустели по обледенелой колее поселка Сосновка. Вадим заглушил мотор возле старого деревянного забора. Пахло печным дымом и хвоей — соседский цепной пес облаял чужую машину для порядка и спрятался обратно в будку.
Степан Ильич, отец Вадима, расчищал двор от снега. Увидел сына, бросил фанерную лопату и вытер руки о старую телогрейку.
— Явился, городской. Мать, встречай блудного сына! — крикнул он в сторону крыльца, а сам подошел ближе, прищурился. — Чего вид такой неважный? Опять со своими бумажками до утра сидел?
— Нормально все, пап. Отдохнуть приехал на пару дней. Телефон отключил, — Вадим достал из багажника тяжелые пакеты с продуктами.
Нина Васильевна выскочила на крыльцо в накинутом поверх халата пуховике. Охала, обнимала, забирала пакеты, сразу начала перечислять, что у нее в духовке томится картошка с мясом.
За ужином Вадим ел домашнюю еду, но мысли постоянно возвращались в офис. Кто его сливает? Денис? Они со школы вместе строили этот бизнес. Илья? Тоже старый товарищ. Жанна? Она всегда была себе на уме, но платили ей щедро, мотивации предавать вроде бы не было.
Степан Ильич налил себе крепкого черного чая, отодвинул чашку.
— Завтра на лед пойдем. Я мормышки новые подготовил. Спорим, я со своей старой удочкой тебя обставлю? А то накупил снастей заморских, а толку ноль.
Вадим усмехнулся.
— Давай. Если я выигрываю — ты перестаешь упрямиться и разрешаешь купить вам нормальную машину вместо твоей ржавой «Нивы».
Отец насупился.
— Ничего она не ржавая, бегает резво. А если я выигрываю — чистишь снег вокруг дома до самого отъезда. И баню топишь.
— По рукам.
Вечером Вадим пошел пройтись. Мороз крепчал, снег громко скрипел под тяжелыми ботинками. Около облупленного кирпичного здания местного клуба горел один тусклый фонарь. Под ним, на скрипучей деревянной скамейке, сидела девушка. На ней была объемная куртка, из-под вязаной шапки торчали русые пряди. Она быстро перебирала в руках замусоленную колоду обычных игральных карт.
— Эй, серьезный человек, — окликнула она его, когда Вадим поравнялся со скамейкой. — Погадать? Вижу, мысли у тебя тяжелые. Кто-то поступил нечестно.
Вадим остановился.
— Местные сплетни собираешь?
Девушка пожала плечами.
— Зачем мне сплетни. У тебя на лице все написано. Давай так: я говорю три вещи, которые случатся с тобой завтра. Если все в точку — переведешь щедрое пожертвование местному приюту для животных. У них крыша прохудилась. Меня Ксения зовут.
— Вадим. И что же случится?
Ксения даже не взглянула на карты.
— Первое: ты завтра подберешь с улицы бездомного пса. Второе: ты проиграешь пари отцу, причем сделаешь это специально. Третье: ты придешь ко мне за помощью.
Вадим коротко рассмеялся, отвернулся и пошел дальше. Уличные фокусники. Подслушала разговор с отцом у забора, а про предательство — просто угадала по мрачному виду.
Но на обратном пути, возле продуктового магазина, Вадим услышал возню. Грузный мужик в засаленной куртке замахивался черенком от лопаты на лохматый комок, сжавшийся в сугробе.
— Пошла вон отсюда! Всю мусорку растащила! — орал мужик.
Вадим шагнул вперед, преградил путь и просто отобрал инструмент у него. Мужик пошатнулся, от него сильно веяло крепкими напитками, он удивленно заморгал, оценивая крепкую фигуру Вадима. Пробурчал что-то себе под нос и молча побрел прочь, спотыкаясь на неровной дороге.
В сугробе лежал пес. Крупный, худой, шерсть свалялась в грязные колтуны. Собака мелко дрожала и даже не пыталась убежать. Вадим присел на корточки, стянул кожаные перчатки и сунул их в карман.
— Ну пошли, бродяга. Не замерзать же тебе тут.
Утром на реке было холодно. Ветер пронизывал до костей. Степан Ильич увлеченно дергал удочку, вытаскивая одну плотвичку за другой. Вадим сидел над своей лункой. Он поймал уже пятую рыбу, но каждый раз, когда отец отворачивался за термосом с чаем, тихо сбрасывал улов обратно в воду. Он смотрел на отца, на его старые, зашитые на локтях рукавицы, и понимал — «Нива» для него не просто средство передвижения. Это его независимость. Лишить старика этой машины — значит лишить части жизни. Вадим проиграл намеренно.
К обеду он нашел Ксению на том же месте. Она сидела с толстой книгой в мягкой обложке.
— Сбылось, — Вадим тяжело опустился рядом на скамейку. — А теперь давай без мистики. Как ты это провернула?
Ксения закрыла книгу.
— Я учусь на социолога. Пишу диплом по анализу невербального поведения. Вчера ты шел мимо магазина и очень долго смотрел на ту бродячую собаку. Ты так зубы сцепил, что даже со стороны было видно, как ты злишься на несправедливость. Стало ясно — на обратном пути ты не сможешь пройти мимо. Про пари... Вы с отцом так громко спорили у калитки, что слышала вся улица. А судя по тому, с каким уважением ты с ним разговаривал, было очевидно, что ты не станешь ломать его принципы. Чистый поведенческий анализ.
Вадим несколько секунд молча изучал ее спокойное лицо.
— Сыграй мою невесту на переговорах, — попросил бизнесмен. — Завтра в городе.
Ксения удивленно подняла брови, собираясь возразить, но он не дал ей сказать.
— Мне нужен человек с холодной головой. Человек, который умеет читать по лицам, — продолжил Вадим. — В моей компании кто-то сливает информацию конкурентам. На встрече будут трое подозреваемых. Просто посидишь, посмотришь на них и скажешь мне, кто врет. Оплачу ремонт твоего приюта сполна.
— Это хорошая практика для диплома, — после долгой паузы ответила она. — Договорились.
На следующий день в переговорной пахло свежим деревом и крепким кофе. Вадим вошел первым, следом — Ксения в строгом темно-синем платье. Волосы аккуратно собраны, макияж минимальный.
Илья нервно щелкал колпачком пластиковой ручки. Денис откинулся на спинку кресла, листая ленту новостей в телефоне. Жанна поправляла безупречный маникюр.
— Знакомьтесь, — Вадим отодвинул стул для Ксении. — Моя невеста. Она поприсутствует на встрече.
Жанна снисходительно усмехнулась, пробежавшись оценивающим взглядом по недорогому платью девушки.
— Вадим, мы тут вроде серьезные вопросы решаем, — скривился Денис. — А ты посторонних приводишь.
— Очень серьезные, — Вадим сел во главе стола. — Я собрал вас, чтобы сообщить: служба безопасности нашла того, кто продавал наши сметы. Все распечатки движения по чужим счетам лежат у меня на столе.
Разговор резко оборвался.
Илья дернулся, ручка выскользнула из пальцев и покатилась по гладкому столу.
Жанна громко выдохнула:
— Вадим, ну какие шпионы? Это просто кризис на рынке, поставщики...
— Это не обстоятельства, — ровным, звонким голосом перебила Ксения.
Все посмотрели на нее.
— Я наблюдаю за вами, — она смотрела прямо в глаза финансовому директору. — Вы, Жанна, за последнюю минуту трижды коснулись мочки уха и поправили воротник. Это бессознательная реакция на сильное волнение. А когда Вадим сказал про счета, вы мгновенно, на долю секунды, посмотрели на Дениса. Искали поддержки.
Ксения перевела уверенный взгляд на Дениса.
— А вы сидите слишком неестественно. Вы единственный, кто не удивился. Вы скрестили руки на груди и спрятали большие пальцы — закрылись от угрозы. Вы ждали этого разговора и подготовились. Вы действуете вместе.
— Какая чушь! — Денис резко подался вперед, едва не опрокинув кружку. — Вадим, ты притащил сюда какую-то барышню с улицы, чтобы она нас психоанализу учила? Мы с Жанной вообще не пересекаемся вне офиса!
— Она права, — вдруг хрипло произнес Илья, глядя на свои руки. — Я видел вас. Возле загородного клуба месяц назад. Вы садились в одну машину. Я думал, вы просто завели интрижку. Не хотел лезть не в свое дело.
Жанна вся так и вспыхнула, потеряв самообладание. Вся ее холодная надменность мгновенно исчезла.
— Вы ничего не докажете! — крикнула она, судорожно сгребая телефон со стола. — Я увольняюсь!
— Доказывать будут следователи, — Вадим нажал скрытую кнопку на селекторе. Дверь открылась, в кабинет вошли сотрудники службы безопасности. — Я давно за вами наблюдал, Денис. Но мне не хватало подтверждения. Вы слишком расслабились и поверили в свою безнаказанность.
Прошло восемь месяцев.
Вадим открыл багажник внедорожника и закинул внутрь дорожные сумки. Осенний ветер гнал по мокрому асфальту сухие листья.
— Рекс, брось палку, грязная! — строго крикнул он.
Огромный лохматый пес виновато выплюнул ветку и послушно запрыгнул на заднее сиденье.
Из дверей загородного дома вышла Ксения. Она шла очень осторожно, придерживая руками заметно округлившийся живот.
— Вадим, давай быстрее, — она слегка поморщилась, опираясь на дверцу машины. — Врач сказал, что пора ехать в больницу. А ты все с вещами возишься.
Он в два шага оказался рядом, бережно поддерживая ее под локоть.
— Аккуратно садись. Печку включить?
Она покачала головой. В этот момент телефон на приборной панели засветился. Звонил Илья. Вадим нажал на громкую связь.
— Привет, Вадим, — голос компаньона звучал бодро. — Звоню порадовать. Денису с Жанной вынесли приговор. Все по справедливости, имущества лишились. А наши новые объекты уже на стадии сдачи. Спасибо, что тогда оставил меня в команде.
— Работай, Илья. И больше не молчи, когда видишь проблему, — Вадим сбросил вызов и завел мотор.
Он посмотрел на Ксению. Она мягко улыбалась.
— Знаешь, а уличные гадания все-таки работают, — сказал он, выруливая на пустую трассу.
— Психология и анализ поведения, — поправила Ксения, слегка коснувшись его плеча. — А вот то, что мы с тобой тогда встретились... это уже судьба. Поехали в больницу, бизнесмен.
Спасибо за донаты, лайки и комментарии. Всего вам доброго!