Рассказ "Грешница"
Глава 1
Глава 74
Валентина вернулась домой уже в седьмом часу вечера, добравшись до Ольшанки последним автобусным рейсом. Она встретила на рынке свою давнюю знакомую Зою и охотно откликнулась на её предложение поехать к ней, чтобы выпить чаю и поболтать на досуге. Чаем дело, конечно же, не ограничилось, а потому подруги, приговорив бутылочку красного вина, совсем позабыли о времени.
Позже, спохватившись, Зоя уговаривала Валентину остаться у неё с ночёвкой, но та категорически отказалась от этого, объяснив, что не может надолго оставлять своего Костеньку наедине с этой городской девицей.
– Ты бы видела, Зоенька, какая она хитрая! – Валентина прикрыла лицо рукой: – Ну, ты представляешь? Весь творог мой продала, обещая мужикам, что от него мужская сила увеличивается. Так ведь и бабы на лету всю молочку расхватали. Как чайки, ей-богу!
Зоя прыснула в кулак, а Валентина, махнув ей рукой на прощание, поспешила на остановку, боясь опоздать на последний рейс до дома. На автобус она, к счастью, успела, но всю дорогу до Ольшанки проспала. И если бы водитель не разбудил её, уехала бы вместе с ним в Ольховку.
Когда она вошла во двор, Костя уже заканчивал управляться по хозяйству и только присвистнул, увидев подвыпившую мать.
– Ух ты! Вот тебе и раз! Это ж где вы так наклюкаться изволили, Валентина Ивановна? – насмешливо поинтересовался он. – Где ты была, мам?
– Где была, там уже нету, – отмахнулась Валентина от сына и посмотрела по сторонам: – А твоя-то где? Прохлаждается небось? А я тебе говорила! Заведёшь себе городскую, хапнешь горюшка! Лучше бы вон на Людке Самохиной женился. Раз уж тебе так приспичило.
– Мама! – взмахнул руками Константин. – Она на десять лет меня старше!
– А тебе её что, варить? – воскликнула Валентина.
– И детей у неё трое, – продолжил стоять на своём Костя. – Причём все от разных мужиков.
– Дурень ты, – покрутила пальцем у виска Валентина, а потом, для верности, ещё и постучала себя по лбу. – Они же взрослые все уже. Готовые помощники. Ходи только, распоряжайся. Так у тебя ж ума совсем нету. Поэтому сам всё и делаешь. А твоя городская прынцесса бока себе отлёживает, пока ты тут с вёдрами бегаешь.
– Вообще-то, Ксюша на работе, – бросил Костя вдогонку матери, которая уже поднялась на крыльцо.
– Ты что? – повернулась к нему Валентина, хватаясь рукой за перила крыльца. – Опять пил, что ли? На какую работу она могла устроиться, если с утра до самого обеда с нами на рынке проторчала?!
– В магазин к Шабанову, продавцом, – пожал плечами Константин. – Даша уехала, и Ксения вышла туда вместо неё. Я вот сейчас вёдра помою, соберусь и пойду её встречать. А ты можешь пойти котлет поесть, Ксюша на обед приготовила. С макаронами.
– Ну ты подумай! – всплеснула руками Валентина. – Не девка, а шельма какая-то! Ох, чувствую, хапнем мы с ней горюшка...
***
Незадолго до закрытия магазина, Ксения принялась за уборку: принесла из подсобки ведро с водой и вымыла пол от порога до прилавка, то и дело выполаскивая тряпку. Потом зашла за прилавок и, оставив в сторону деревянную швабру, наклонилась, старательно оттирая на полу какое-то масляное пятно.
Она не услышала, как кто-то вошёл в магазин и изнутри закрыл дверь на щеколду. И опомнилась, только когда чьи-то крепкие ладони размашисто хлопнули её по заду, а потом скользнули под подол её платья и крепко стиснули бёдра.
Ксения попыталась разогнуться, удивляясь, что всегда такой робкий Костя вдруг осмелился на такие наглые жесты, и тут услышала чужой, незнакомый ей голос, который произнёс со странной хрипотцой:
– Стой спокойно! Я же сказал, что всегда беру то, что хочу!
– Чего-о-о??? – резко выпрямилась Ксения, вырываясь из объятий незнакомца и поворачиваясь к нему лицом. Она так и не выпустила из рук грязную половую тряпку, и теперь с размаху хлестнула ею наглеца прямо по лицу.
Обознавшийся Игнатов попятился от разъярённой девушки, которая оказалась совсем не Дарьей. Он хотел что-то сказать, но новый шлепок тряпкой снова прилетел к нему, только уже с другой стороны.
– Сдурела, корова деревенская?! – заорал тогда на Ксению опомнившийся Олег, отплёвываясь от грязной воды, попавшей ему в рот. – Ты кто такая? Где та, другая?
– Я сейчас покажу тебе корову! – завопила Ксения и размахнулась снова, но Игнатов, увернувшись, выхватил из её рук тряпку и отбросил в сторону.
– Ах ты! – воскликнула Ксюша и, схватив подвернувшуюся ей швабру, принялась охаживать ею Игнатова.
Взвыв от боли, Олег бросился к выходу, но поскользнулся на тряпке, которую сам же бросил на пол, и растянувшись на пороге, расшиб нос об выступающую доску.
– Уймись, дура! – пытался образумить разбушевавшуюся девушку Олег, но тем самым только подлил масла в огонь.
А с той стороны двери в магазин ломились его друзья, не понимая, что за погром происходит внутри. И Костя, подоспевший как раз в это время, тоже поднял крик, расталкивая у двери мужчин:
– Ксюша! Ксюша!!! – звал он запертую девушку. – Открой сейчас же, слышишь?!
– Окно надо выбивать, – решили друзья Олега, но в это время он сумел всё-таки подняться, рванул щеколду и вывалился на ступеньки, едва не сбив с ног Константина и своих товарищей.
А следом за ним вышла Ксения и, сложив вместе сломанную швабру, бросила её вслед Игнатову.
– Только попадись мне ещё хоть раз! – пригрозила она ему кулаком. – Я тебе ещё не так рога обломаю!
К магазину подъехал Гаврилов, обещавший Егору поговорить с Дашей, и, поскольку всё ещё выполнял обязанности участкового, потребовал объяснений.
– Что тут происходит? – спросил он у Ксении. – Где Дарья?
– Она здесь больше не живёт и не работает, – ответила ему Ксюша. – Уехала в город и будет жить теперь там.
– А с этим что? – Матвей показал на Игнатова, которому друзья пытались оказать первую помощь.
– Сунул Грека руку в реку, – усмехнулась Ксения. – Хорошо, что только руку. Ничего, товарищ участковый. Пришлось поучить немножко человека галантным манерам. Будет теперь знать, что деревенская корова — это не какая-то там безмозглая тёлка в клубе, она и забодать может.
– Кто корова?! – подпрыгнул на месте Константин. – Куда он руки сунуть пытался, Ксюша?! Слышишь ты! Как тебя там? А ну-ка, иди сюда!
И не успела Ксения моргнуть глазом, как он, оказавшись рядом с Игнатовым, врезал ему, не желая спускать обиду, нанесённую Ксюше.
– Остынь, Костя, – потребовал Гаврилов, отталкивая его и не позволяя снова приблизиться к Игнатову. – Итак, вы, значит, охотники?
Матвей окинул внимательным взглядом стоявших перед ним мужчин и показал на видневшиеся в салоне машины ружья.
– А ну-ка багажник к досмотру.
– На каком основании? – вспыхнул один из браконьеров.
– На том основании, что я назначен егерем вместо Егора Климова, но ещё выполняю обязанности местного участкового, – Гаврилов показал им свою корочку. – Надеюсь, этих оснований вам достаточно?
– Да пошёл ты, – огрызнулся самый старший из охотников, явно привыкший к безнаказанности. – Погнали, парни!
Он спокойно обошёл машину и сел за руль. А когда все захлопнули за собой двери, взревел двигателем, намереваясь просто уехать, чтобы прервать тем самым не нужный ему разговор.
Вот только Матвей не собирался отпускать вконец обнаглевших браконьеров, которые, к тому же, некрасиво обошлись с Ксенией. А потому спокойно достал свой личный ПМ и выстрелил по колёсам рванувшего с места автомобиля. Водителю с трудом удалось удержать внедорожник от опрокидывания. Олег остался в салоне, но оба его друга выскочили из машины и хотели кинуться на Матвея, однако тот сделал предупредительный выстрел в воздух, остужая пыл разгорячённых мужчин. А потом достал телефон и вызвал на место происшествия наряд полиции и представителей лесничества.
Стоя на крыльце рядом с Константином, Ксения несколько раз хлопнула в ладоши:
– Браво, Матвей! Браво! У меня просто нет слов.
***
Разбирательство затянулось до позднего вечера. В багажнике браконьеров были обнаружены самка дикой свиньи и три небольших кабанчика. Полицейские составили нужные акты, Костя и Ксения подписали их как свидетели.
– Я тебя запомнил, – пригрозил Константину Игнатов.
– Я тебя тоже не забуду, – усмехнувшись, ответил ему Костя.
***
– Слушай, я всегда думала, что в деревне тихо и скучно, – говорила Ксения Константину, когда, взяв его под руку, шла с ним домой. – А тут происходит такое, что не в каждом боевике увидишь. Кстати, когда ты перестанешь махать кулаками?
– Я никому не позволю обижать тебя, – с достоинством и вызовом ответил ей Константин.
– Мужик! – похвалила его Ксения. – Похоже, Костя, что я всегда мечтала именно о тебе!
***
Несколько не смущаясь взгляда Эвелины, Егор поднял полотенце и, даже не подумав снова прикрыться им, бросил его на стул. Потом сам застегнул пуговицы на блузке бывшей жены, взял её за руку и усадил в кресло, позволяя наблюдать, как он одевается.
– Значит, ты на меня всё ещё сердишься? – усмехнулась она. – Климов, ты неисправим!
Он подошёл и сел рядом с ней:
– Сержусь? Нисколько.
– Тогда к чему такие жесты? – изящно изогнула правую бровь Эвелина.
– Я просто помню, что ты никогда не умела ценить то, что достаётся тебе легко, – вызывающе усмехнулся Егор.
Она достала из сумочки сигареты и зажигалку, сделала глубокую затяжку и выдохнула сладковатый ароматный дым прямо ему в лицо. Потом спросила:
– Зачем ты здесь?
Егор взял у неё сигарету, затушил пальцами и, растерев в кулаке в порошок, высыпал то, что от неё осталось, на стоявший рядом журнальный столик. Потом заглянул внимательно наблюдавшей за ним Эвелине в глаза:
– Хочешь знать правду?