Ульяна листала каталог мужчин как каталог мебели — холодно, расчётливо, без эмоций. Каждая фотография здесь стоила денег. Каждая улыбка приносила прибыль. А бывший муж, который торчал у неё в должниках, был самым ходовым товаром. Клиентка напротив смотрела на его фото так, будто видела настоящее чудо.
— Он идеален! — выдохнула девушка. — Сколько?
— Восемь тысяч, — Ульяна щёлкнула ноутбук. — Три часа работы, цветы, кольцо, речь. Если нужно больше — доплата.
Клиентка замялась. Пальцы теребили край потрёпанной сумки, взгляд метался между экраном и окном.
— А можно... подешевле?
Ульяна подняла бровь. Опыт подсказывал: если клиент торгуется в первой же фразе, проблем не оберёшься. То кольцо потеряет, то в жениха влюбится по-настоящему, то бывший не придёт на спектакль.
— Есть акция, — нехотя сказала она. — «Стандарт». Пять тысяч. Без цветов, кольцо бутафорское, речь короче. Но лицо то же самое.
— Лицо главное, — клиентка часто закивала. — Беру.
Ульяна вздохнула. Бизнес есть бизнес. Даже пять тысяч — деньги. Особенно когда должна сама себе за аренду этого крошечного офиса на Лиговском.
— Заполняйте анкету. Имя, возраст, данные бывшего, место встречи.
Девушка склонилась над бумагами. Писала медленно, старательно выводя буквы. Ульяна мельком глянула в окно — серый питерский ноябрь давил на нервы. Дождь, слякоть, вечная темень.
— Я всё, — клиентка протянула листок.
Ульяна пробежала глазами строчки. Катя, двадцать четыре года. Бывший — Максим. Вместе три года. Бросил две недели назад. Ушёл к новой.
Стандартная история до зевоты.
— Завтра в семь вечера, — Ульяна подвинула девушке договор. — Кафе «Встреча» на Садовой. Ваш бывший подтвердил приход?
— Да. Я сказала, что отмечаю повышение. Он обещал зайти поздравить.
— Хорошо. Жених подойдёт к вашему столику, когда Максим сядет за соседний. Вы должны выглядеть счастливой. Улыбаться, пить вино, не оглядываться.
— А если я разволнуюсь?
— Дышите глубже, — Ульяна подвинула ручку. — Подпись вот здесь и здесь.
Катя расписалась, отсчитала купюры — мятые, явно последние — и ушла. В дверях обернулась, хотела что-то сказать, но Ульяна уже смотрела в монитор.
— Всего доброго.
Дверь закрылась. В офисе снова стало тихо. Только дождь барабанил по подоконнику да гудел старенький кулер.
Ульяна откинулась в кресле и закрыла глаза.
Пять лет назад она думала, что жизнь будет другой. Что она, Даниил, их маленькое рекламное агентство — это навсегда. Что любовь — это не про товар, а про что-то настоящее, большое, на двоих.
Ага. Сейчас.
Долги, развод, развалившийся бизнес. И он же — её главный должник. Спит где-то сейчас, наверное, после очередной гулянки. А завтра снова придёт сюда с улыбкой и попросит аванс.
Ульяна резко открыла глаза. Взяла телефон.
— Даниил, привет. Завтра работа. В семь, кафе на Садовой. Клиентка Катя, двадцать четыре года. Будешь Максом.
В трубке повисла пауза. Потом сонный голос:
— Уль, ну сколько можно? Я вчера только работал. У меня выходной.
— У тебя долг, Дань. Помнишь? Двести пятьдесят тысяч? Которые ты мне должен за развал нашего дела?
— Ой, начинается...
— Ровно в семь. В костюме. С кольцом. Речь стандартная, но погорячее. Клиентка брала эконом.
— А премия?
— Какая премия? Ты мне должен.
Ульяна сбросила звонок и уставилась в потолок. На нём всё так же желтело пятно от протечки — соседи сверху традиционно заливали ванну. На стене облупилась краска. Мебель старая, скрипучая.
Агентство «Жених напрокат» встречало четвёртый год своего существования в полной нищете.
Но Ульяна держалась. Зубами, ногтями, упрямством. Потому что отступать было некуда.
На следующий день в восемнадцать пятьдесят Ульяна сидела в кафе через дорогу от «Встречи». Отсюда был идеальный обзор. Витрина, столик у окна, Катя в новом платье — дёрганая, нервная, то и дело поправляющая волосы.
Плохо.
Ульяна набрала Даниила.
— Зайди через чёрный ход. И скажи ей, чтобы успокоилась. Она сейчас спалит всё к чёртовой матери.
— Принято, — голос у Даниила был бодрый, будто и не спал полчаса назад. — Я в гримёрке.
— Какая гримёрка? Это туалет.
— Артистическая уборная. Я же артист.
Ульяна закатила глаза и отключилась.
Заказала ещё кофе. Смотрела, как Катя вцепилась в бокал, как оглядывается на дверь. Ровно в семь в кафе вошёл парень — спортивный костюм, бейсболка, наглая рожа. Бывший. Сел за столик в углу, демонстративно отвернувшись от Кати.
Ну давай, подумала Ульяна. Начинай.
И будто по команде в кафе вошёл Даниил.
Даже через улицу, через мокрое стекло, она видела, как он это сделал. Вошёл — и пространство вокруг изменилось. Костюм сидел идеально, волосы уложены, улыбка — та самая, открытая, честная, от которой клиентки теряли голову.
Он подошёл к столику Кати. Что-то сказал. Она подняла глаза — и лицо у неё реально изменилось. Расслабилось, расцвело.
Талант, чёрт возьми. Будь у Даниила голова на плечах, а не ветер, цены б ему не было.
Он сел напротив. Наклонился, взял её руку. Катя слушала, открыв рот. Даже отсюда было видно, как она тает.
Ульяна перевела взгляд на бывшего. Тот сначала делал вид, что не замечает. Потом начал коситься. Потом повернулся всем корпусом.
А Даниил уже встал на одно колено.
Достал кольцо — дешёвую бижутерию, которая в свете кафельных лампочек сверкала как настоящая. Заговорил громче — Ульяна слов не слышала, но видела, как Катя закрыла лицо руками. Как зааплодировали люди за соседними столиками.
Бывший побелел. Вскочил, опрокинув стул, и вылетел из кафе.
— Есть, — прошептала Ульяна довольно.
Допила кофе и пошла принимать работу.
Встретились у чёрного входа. Даниил уже снял пиджак, ослабил галстук и курил, прячась под козырьком.
— Ну как я?
— Сойдёт, — Ульяна протянула руку. — Давай кольцо.
— Катя оставила. На память.
— Что?
Ульяна рванула к двери, но Катя уже выходила сама. Счастливая, раскрасневшаяся, с бутафорским кольцом на пальце.
— Спасибо вам огромное! — выпалила она. — Вы не представляете, как это было...
— Кольцо верните, — перебила Ульяна. — Оно инвентарное.
Катя замерла. Посмотрела на руку. Потом на Ульяну. В глазах мелькнуло что-то похожее на обиду.
— Но оно же... Это же моё теперь? По сценарию я должна была согласиться.
— По сценарию вы должны были вернуть реквизит после окончания мероприятия. Пункт семь договора.
Даниил хмыкнул. Катя медленно стянула кольцо, протянула Ульяне.
— Вы очень красивая, — сказала она тихо. — Но какая-то... холодная. Вам никто не говорил?
— Говорили, — Ульяна спрятала кольцо в карман. — Всего доброго.
Катя посмотрела на Даниила. Тот пожал плечами — мол, я тут ни при чём. Девушка вздохнула и побрела под дождь.
— Жёстко ты с ней, — сказал Даниил. — Она же влюбилась, кажется.
— В кого? В тебя? Это проблема.
— Почему?
— Потому что чувства — это убытки, Дань. Запомни.
Он посмотрел на неё долгим взглядом. Таким, от которого Ульяне вдруг стало неуютно. Будто он видел что-то, чего никто не видел.
— А ты всегда так думала? Или только после нас?
Ульяна отвернулась.
— Не твоё дело. Завтра новый заказ. В девять утра будь в офисе.
— Я понял, командир, — Даниил затушил сигарету и пошёл в темноту.
Ульяна смотрела ему вслед. Дождь стекал по лицу, но она не чувствовала холода. Думала о том, что сказала Катя. «Холодная».
Пусть. Холодной проще. Холодная не обжигается.
Она развернулась и пошла к метро. А в кармане лежало бутафорское кольцо, которое сегодня сделало кого-то счастливым.
Ненадолго. Понарошку. За пять тысяч рублей.
Продолжение следует...
Как думаете, Ульяна на самом деле такая холодная или просто боится снова обжечься? А Даниил — он просто отрабатывает долг или всё ещё что-то чувствует к бывшей жене?
#любовныйроман #чтопочитать #книгиолюбви #фальшивыйжених #проза