Звонок был в половину десятого утра, в среду.
Я стояла в прихожей, застёгивала пальто — собиралась на работу. Номер незнакомый, городской.
— Алло?
— Здравствуйте. — Голос тихий, чуть напряжённый. — Вы Марина?
— Да.
— Это Кристина. Мы виделись летом. На даче.
Я остановила руку на пуговице.
— Помню, — сказала я.
Пауза. Она явно не знала, как продолжать. Я не помогала.
— Я понимаю, что это странно, — наконец сказала она, — что я вам звоню. Но мне больше не к кому.
— Слушаю.
— Игорь снимал квартиру. Я думала — его. Он говорил, временно сдаёт знакомым, скоро освободится, переедем. Я жила у подруги, ждала. — Короткая пауза. — В сентябре хозяин вернулся раньше срока. Попросил меня забрать вещи.
— А Игорь?
— Не берёт трубку, — сказала она просто.
Я смотрела в зеркало в прихожей. Своё отражение — пальто, сумка, усталые глаза буднего утра.
«Временно сдаёт знакомым». Та же фраза. Те же интонации. Только жертва другая.
— Приезжайте, — сказала я. — Есть одно кафе рядом с Садовой. Через час вам удобно?
Она пришла раньше меня.
Сидела за столиком у окна — серый свитер, волосы убраны, без собачки. Выглядела иначе, чем тогда. Меньше. Обычная молодая женщина, у которой что-то пошло не так.
Я заказала кофе. Она — чай, который так и не тронула.
— Он всегда так делал, — сказала я, когда она замолчала. — Чужое выдавал за своё. Меня когда-то тоже убеждал — «формальность», «временно», «скоро разберёмся». Я верила. Поначалу все верят.
Я достала телефон, нашла фотографию соглашения о разделе имущества. Показала ей.
— Его подпись. Он отказался от дачи при оформлении расторжения брака. Добровольно, при нотариусе. У него нет ни дачи, ни квартиры, ни машины. Есть комната в ведомственном общежитии. Четырнадцать метров.
Кристина смотрела на экран. Долго.
— Четырнадцать? — тихо переспросила она.
— Четырнадцать, — подтвердила я.
Она отвернулась к окну. За стеклом шёл мелкий октябрьский дождь.
— А я думала, это вы его довели, — сказала она наконец.
— Все так думают поначалу, — ответила я спокойно. — Он специально выбирает тех, кто так думает. Кристина молчала. За соседним столиком негромко разговаривали двое, кто-то листал ноутбук — обычное буднее утро.
Я смотрела на Кристину и думала о том, что она, наверное, ждала другого. Может, скандала. Может, торжества. Женщина постарше, которую она видела с кистью в руке у забора, должна была либо захлопнуть дверь, либо броситься с расспросами.
Я не сделала ни того, ни другого.
— Почему вы согласились встретиться? — спросила она вдруг.
Хороший вопрос. Я помолчала, прежде чем ответить.
— Потому что я была на вашем месте. Не точно таком — но похожем. Тоже верила в «формальности». Тоже думала, что человек рядом знает, куда идёт.
Она смотрела на меня внимательно — без вызова, без кокетства. Просто смотрела.
— Он говорил про вас, — сказала она тихо. — Что вы скучная. Что не умели радоваться жизни. Что держали его.
— Знаю, — сказала я. — Он всегда так говорит про предыдущую. Это часть схемы — следующей нужно объяснить, почему та была виновата. Иначе возникают неудобные вопросы.
Кристина медленно опустила взгляд на стакан с чаем.
— Значит, про меня он уже кому-то говорит то же самое, — произнесла она негромко. Не спросила — просто сказала вслух то, что поняла секунду назад.
Я не ответила. Ответ она уже знала сама.
Она ушла через двадцать минут.
Не попрощалась особо — просто встала, накинула куртку, сказала «спасибо» так, как говорят, когда слова закончились раньше, чем мысли. Я кивнула.
Я осталась за столиком. Допила кофе. Смотрела в окно на октябрьскую улицу — прохожие с зонтами, кто-то бежал без зонта, прикрывая голову сумкой. Обычная среда.
Я не знала, что Кристина решит. Останется с Игорем или нет, поверит ему снова или нет. Это был уже её выбор, её история — не моя.
Вечером телефон показал незнакомый номер. Я узнала паузу до первого слова — Игорь всегда выдерживал такую паузу, когда разговор был ему неудобен. Словно давал себе последний момент, чтобы передумать.
Не передумывал никогда. Но паузу делал всегда.
Я нажала «сброс».
Поставила телефон экраном вниз и открыла ноутбук. Нашла мастера по верандам — давно хотела переделать, всё откладывала. Написала, договорились на субботу.
За окном шёл тот же дождь, что и утром. Или другой — не важно.
Я закрыла ноутбук и подумала, что суббота будет хорошим днём.