Москва. 10 марта. INTERFAX.RU - В Иране избран новый верховный лидер (рахбар). Им стал аятолла Моджтаба Хаменеи. О том, что он из себя представляет, какую политику будет вести Иран, наш политический обозреватель Вячеслав Терехов беседует с ведущим научным сотрудником Центра анализа стратегий и технологий Юрием Ляминым.
Лямин: Моджтаба Хаменеи - второй сын прежнего лидера страны Али Хаменеи. Для такой должности он относительно молод. Ему всего 56 лет.
Долгое время он был влиятельной, но закрытый фигурой, не занимая официальных государственных постов. Хотя иранская система официально отвергает наследственную власть, чрезвычайные обстоятельства, которые сложились в стране, потребовали не просто сократить сроки избрания нового главы государства, но и выбрать человека, который бы продолжал прежнюю политику. Верховный аятолла контролирует Корпус стражей исламской революции, армию, внешнюю политику и, что сейчас самое важное, развитие ядерной программы.
И хотя, повторяю, он никогда не был публичным человеком, но абсолютно точно можно сказать, что он является достаточно авторитетным человеком для Корпуса исламской революции, так как служил в его рядах во время ирано-иракской войны. В семнадцатилетнем возрасте поступил на службу в 27-ю дивизию Корпуса и участвовал в заключительном периоде ирано-иракской войны. Этот факт повышает его авторитет у Иранской армии.
О том, что он может быть преемником отца, слухи ходили с 2022 года, т.е. с момента получения им титула аятоллы. Немаловажным фактором для его избрания был также и факт гибели его отца, что в глазах консервативных иранцев высоко подняло авторитет фамилии. Как сын Хаменеи, он для выборщиков, явно являл собой фактор стабильности власти в этих военных условиях. В течение многих лет он помогал вести дела отцу, вел его канцелярию, налаживал активные связи в политическом истеблишменте. По различным высказываниям считается, что от него во многом зависела возможность попасть на прием к Верховному. Если посмотреть на фотографию, то увидим, что он внешне даже похож на отца.
Корр.: Есть какие-либо свидетельства о его взглядах?
Лямин: По разным источникам - сам он мало публично выступал - можно сделать вывод о его резко консервативных взглядах. В политических кругах страны он считается сторонником жесткой внешней политики. Он всегда подчеркивал, что уважает и слушает своего отца, но в тоже время были известны его высказывания как более активного сторонника дальнейшего развития ядерной программы.
Конечно, сказать с уверенностью, какую сейчас он будет вести политику, невозможно, но ясно, что в основе ее будет лежать направление, проводимое отцом. Тот факт, что он был на военной службе, способствует укреплению его авторитета не только как религиозного деятеля, но и для Корпуса стражей исламской революции, который считает его "своим человеком".
Корр.: Что известно о его отношениях с президентом страны Пезешкианом и другими руководителями?
Лямин: Моджтаба известен своим стремлением ни с кем не вступать в публичные конфликты, громких выступлений не делал даже во время январских беспорядков. Фактически, был тенью своего отца.
Корр.: Дональд Трамп выразил недовольство избранием нового Верховного аятоллы. А на пресс-конференции, которая состоялась за несколько часов до выпуска материала, сделал своеобразный намек о дальнейшей жизни аятоллы: "я не хочу сказать, что у него мишень на спине!".