Марина всегда знала, что рождена для большего, чем отчеты в пыльном офисе с девяти до шести. Пока её сверстницы корпели над дипломами и бегали по собеседованиям, Марина инвестировала в себя: курсы макияжа, идеальные брови и абонемент в самый дорогой фитнес-клуб города.
— Понимаешь, Кать, — поучала она подругу, жующую дешевый сэндвич в обеденный перерыв, — работа — это для тех, у кого нет фантазии. Мужчина — это проект. Если найти правильного, тебе никогда не придется думать, сколько стоит этот латте.
Марине было двадцать три. Она жила на деньги родителей, которые исправно присылали «на учебу» из небольшого городка в Сибири. Учеба давно превратилась в фикцию, зато график посещения элитных ресторанов, где «водятся» состоятельные мужчины, был расписан по часам.
Стратегия была проста: выглядеть как на миллион, заказывать один салат и сидеть с видом скучающей аристократки, пока на горизонте не появится подходящая кандидатура.
— А если не найдешь? — спрашивала Катя. — Годы-то идут. На что жить будешь, когда родители перестанут помогать?
— Найду, — уверенно встряхивала волосами Марина. — Рынок большой. Главное — правильно себя подать. Сейчас все так живут, посмотри Инстаграм: Дубай, яхты, бренды. Неужели ты думаешь, они все это на зарплату менеджера купили?
Но шло время. Оказалось, что богатые мужчины — люди прагматичные. Они с удовольствием угощали Марину ужином, катали на дорогих авто и даже дарили украшения, но никто не спешил надевать кольцо на палец и выписывать безлимитную карту на содержание.
В двадцать семь Марина осознала первую проблему: конкуренция. Каждые полгода в город «высаживался» десант новых двадцатилетних красавиц с еще более пухлыми губами и горящими глазами. Её «актив» начинал медленно, но верно падать в цене. Родители всё чаще спрашивали о дипломе и работе, а денег в конвертах становилось всё меньше.
Марина продолжала ждать, живя в долг и перепродавая брендовые сумки, подаренные случайными кавалерами, пока однажды на закрытой вечеринке не встретила того, кто, казалось, был ответом на все её молитвы.
Игорь был старше её на двадцать лет. Спокойный, властный, с тем самым запахом больших денег, который Марина узнавала из тысячи. Он не стал водить её вокруг да около.
— Мне нужна красивая женщина рядом. Чтобы дома было уютно, чтобы на приемах не стыдно показать. Работать тебе не придется, я всё оплачу. Но... — он сделал паузу, — ты принадлежишь мне. Твой график, твои друзья, твой внешний вид — теперь моя забота.
Марина согласилась не раздумывая. Наконец-то! Конец вечной экономии и страха перед будущим. Она переехала в его загородный дом, получила доступ к счетам и, казалось, поймала удачу за хвост.
Прозрение наступило через год. Выяснилось, что «не работать» — это тоже работа, причем круглосуточная и без права на выходной. Она не могла пойти к подруге без разрешения. Она не могла сменить цвет волос, потому что Игорю нравились блондинки. Она стала дорогой мебелью, которую переставляли с места на место в зависимости от настроения хозяина.
— Ты живешь за мой счет, — лениво бросал он ей всякий раз, когда она пыталась высказать свое мнение. — Твои мысли меня не интересуют. Просто будь красивой и молчи.
Когда Марина увидела в его телефоне переписку с новой «охотницей», которой едва исполнилось девятнадцать, внутри всё похолодело. Она поняла, что у неё нет ничего своего. Ни опыта работы, ни стажа, ни жилья. Только гора платьев, которые выйдут из моды через сезон, и лицо, на которое нужно всё больше косметологических процедур.
Сегодня Марине тридцать пять. Она всё еще живет с Игорем, терпя его безразличие и редкие приступы щедрости. Она знает: если он завтра укажет ей на дверь, она окажется на улице с чемоданом старых вещей и полным отсутствием понимания, как заработать на кусок хлеба.
Её подруга Катя, над которой она когда-то смеялась, теперь руководитель отдела, выплатила ипотеку и выглядит уверенной в завтрашнем дне. А Марина... Марина продолжает ждать. Теперь уже не принца, а того, чтобы Игорь просто подольше не находил ей замену.
Живут ли они так до пенсии? Многие — да. Только к пенсии их глаза тухнут, а единственным капиталом остается умение подстраиваться и молчать. Потому что за «бесплатную» жизнь всегда приходится платить — чаще всего собственной личностью.