Я приехала в этот город пять лет назад с одним чемоданом и миллионом надежд. Институт, новая жизнь, мечты о будущем. На третьем курсе встретила Андрея. Он тоже был иногородним, с таким же блеском в глазах и верой в лучшее. Мы нашли друг друга в этой чужой для нас обоих реальности.
Сначала просто встречались. Потом решили жить вместе. Зачем платить за две квартиры, если можно быть вместе и экономить. Наши родители познакомились, одобрили наш выбор. Мама сказала: «Главное, чтобы вы были счастливы». Папа пожал Андрею руку: «Береги мою девочку».
Полтора года. Полтора года утренних кофе, вечерних разговоров, планов на будущее. Я уже знала наверняка, как только получу диплом, стану женой Андрея. Мы обсуждали это шепотом по ночам, представляли нашу свадьбу, нашу жизнь. У меня не было ни тени сомнения.
А потом позвонила мама. Голос взволнованный, дрожащий.
- Анюта хочет поступать в твой институт. В химический. Ты же знаешь, с химией у нее всегда были проблемы. С чего вдруг такая любовь к науке?
Я рассмеялась.
- Мам, не переживай. Пусть приезжает, у нас как раз подготовительные курсы начинаются. Пару недель позанимается, будет легче на ЕГЭ.
- Но квартира... Съем, расходы... У тебя же свадьба скоро.
- Пусть живет с нами, - сказала я уверенно. - Мы как-нибудь разместимся. Всего пару недель.
Я была старшей сестрой. Защитницей. Помощницей. Как я могла отказать?
Аня приехала в первые выходные. Я не узнала ее. Моя младшая сестренка, которую я помнила нескладным подростком, превратилась в красавицу. Высокая, стройная, с длинными волосами и глазами, в которых читалась какая-то тайна.
Андрей встретил ее приветливо: «Конечно, пусть живет. Только не мешайте мне диплом писать».
Я заметила, как он посмотрел на нее. Заметила и отмахнулась. Это же Аня. Моя сестра.
Она поселилась в нашей квартире. Ходила на курсы, вечерами готовила ужин. И каждый вечер они с Андреем сидели за кухонным столом, склонившись над учебниками, обсуждая формулы, реакции, открытия.
Я редко присоединялась, писала свой диплом, да и чувствовала себя неважно. Постоянная усталость, сонливость. Списывала на стресс.
Мама звонила каждый вечер.
- Как Аня? Не шалит?
- Все в порядке, мам. Она повзрослела. Серьезно занимается. Андрей ей помогает.
Я была счастлива, что они подружились. Что моему будущему мужу не скучно с моей сестрой. Что я могу спокойно работать над дипломом.
Две недели пролетели. Аня уехала. А я узнала причину своего недомогания. Тест показал две полоски. Я плакала от счастья. Андрей обнял меня, кружил по комнате.
-Мы станем родителями!
Но были и страхи. Не хотела, чтобы на свадьбе было видно мое положение. Рассказала Андрею о своих переживаниях.
- Давай распишемся сейчас, - предложил он. - Не будем ждать.
В последнее время он стал каким-то... другим. Взволнованным. Суетливым. Но я списала это на предсвадебные хлопоты.
Родители поддержали: «Распишитесь сейчас. Главное - ваше счастье».
От пышной свадьбы отказались. Зачем тратить деньги? Они пригодятся, когда малыш родится.
Расписались быстро, без пафоса. Только родители и пара друзей. Аня тоже приехала. Обнимала меня, поздравляла Андрея. Но в ее глазах читалась какая-то тревога.
- Что-то не так? — спросила я.
- Волнуюсь. ЕГЭ скоро, выпускной...
Внезапно ее стошнило. Побледнела, на лбу выступил пот.
- Шаурму на улице съела, наверное, отравилась, — пробормотала она.
Родители уехали. Аня осталась на выходные.
«Мне скучно одной, Андрей все время в лаборатории», — попросила я.
Вечером они снова уселись на кухне. Я, смертельно уставшая, ушла спать.
Проснулась от тишины. Непонятно, что меня разбудило. Посмотрела на часы, два ночи. Из кухни доносились приглушенные голоса.
Решила проверить, не нужно ли им чаю. Подошла к двери... и замерла.
- Анечка, милая, успокойся. Я что-нибудь придумаю. Не могу же я бросить Юльку. Ты же знаешь, она тоже беременна.
Голос Андрея. Тихий, ласковый. Таким он говорил со мной, когда я волновалась.
- Андрей, что я маме скажу? Это же не скроешь! И перед Юлькой стыдно...
Анин голос. Слезы в нем. Настоящие, горькие слезы.
Сердце заколотилось где-то в горле. «Юлька тоже беременна»? Что значит «тоже»?
Я толкнула дверь. И мир перевернулся.
Аня сидела на коленях у моего мужа. Его руки обнимали ее. Не как сестру. Не как родственницу. Как любимую женщину.
Они вздрогнули, отпрянули друг от друга. Аня вскочила, как ужаленная. Андрей побледнел.
- Это не то, что ты подумала, Юль... — начал он.
Но я еще ничего не думала. Мозг отказывался понимать. Отрицал очевидное.
- Анька, что случилось? - спросила я, и голос мой прозвучал чуждо, спокойно. - Ты беременна? От кого? Какой-то одноклассник? Давай рассказывай. Вместе придумаем, что делать.
Я все еще верила. Все еще надеялась. Все еще была той глупой девочкой, которая думала, что мир справедлив, а люди добры.
Аня повернулась ко мне. И в ее глазах... Боже, в ее глазах было то, чего я никогда не видела. Не у сестры. Не у человека, которого любила.
Торжество. Злоба. Ненависть. Все вместе, перемешанное в один ядовитый коктейль.
- ДА! - выкрикнула она. Голос сорвался на визг. - Я беременна! И знаешь от кого? ОТ ТВОЕГО МУЖА!
Слова врезались в сознание, как ножи. Каждое - отдельный удар.
- Тебе всегда все лучшее доставалось, правда? Самые красивые платья! Внимание родителей! Любовь! Успех! А теперь посмотрим, как ты выкрутишься! Что ты будешь делать, когда твоя идеальная жизнь рухнет?
Она кричала. Плакала. Смеялась. И в этом смехе было столько боли, столько зависти, столько накопленной за годы злобы, что мне стало физически плохо.
Резкая боль внизу живота. Острая, режущая. Темнота поплыла перед глазами. Я схватилась за косяк двери, но ноги подкосились.
- Юль!» - крикнул Андрей.
Но его голос уже доносился издалека. Сквозь воду. Сквозь вату. Сквозь туман, который сгущался с каждой секундой.
Последнее, что я помню - его испуганное лицо. И лицо сестры. И эту боль. Не только физическую. Душевную. Такую, от которой хочется умереть.
Я очнулась в больничной палате. Стерильный белый потолок. Запах антисептика. Тишина.
Медсестра склонилась надо мной: «Как себя чувствуете?»
«Ребенок...» - прошептала я.
Она отвела глаза. И все стало ясно. Без слов.
Врач пришел позже. Объяснил медицинскими терминами. Выкидыш. Нервный шок. Спасти не удалось.
Мое маленькое счастье. Мой малыш, которого я уже любила. Которому уже придумывала имя. Который был частью меня и Андрея. Он исчез. Не успев появиться. Не успев вздохнуть.
Как и моя жизнь. Мои мечты. Моя вера.
Институт пришлось бросить. Не смогла я ходить по тем коридорам, где мы с Андреем впервые встретились. Где целовались украдкой на лестнице. Где строили планы.
Диплом так и остался недописанным. Всего месяц до защиты. Всего месяц до той жизни, о которой мечтала.
Собрала вещи в тот же день, как выписалась. Один чемодан. Как пять лет назад. Только тогда в нем были надежды. Теперь пепел.
Новый город. Где меня никто не знает. Где не нужно объяснять, почему у меня такие пустые глаза. Почему я вздрагиваю от громких звуков. Почему плачу без причины.
Домой не езжу. Не могу. Не могу смотреть в глаза родителям, которые растили нас обеих. Которые любили нас одинаково. Которые теперь разрываются между двумя дочерьми, потеряв обеих.
Аня... Нет, не Аня. Та девушка, которая была моей сестрой, умерла в ту ночь. Или, может, ее никогда и не было. Может, все эти годы она только притворялась. Носила маску сестры, а под ней скрывались: зависть, злоба, желание отнять, разрушить, уничтожить.
Что с ней стало, я не знаю. Родила ли она. Вышла ли замуж за Андрея. Счастлива ли. Не хочу знать. Этот человек мертв для меня. Как и тот мужчина, которого я любила.
Наш брак продлился двадцать дней. Двадцать дней между надеждой и отчаянием. Между верой и предательством. Между жизнью и смертью.
Заявление о разводе подала в первый же день. Без эмоций. Без слез. Просто заполнила бланк и отдала в окошко. Как будто речь шла не о расторжении брака, а о какой-то справке.
Теперь я пытаюсь собрать себя по кусочкам. Но это как собирать разбитое зеркало. Даже если сложишь все осколки, трещины останутся. И отражение будет искаженным. Уродливым.
Как снова доверять людям, когда тебя предали самые близкие? Как любить, когда любовь обернулась ножом в спину? Как верить в добро, когда зло пришло из твоего же дома?
Ответов нет. Есть только тихие вечера в чужой квартире. Окно, за которым идет дождь. Чашка чая, которая остывает, недопитая.
И память. Память о том счастье, которое было. О той любви, которая казалась вечной. О той сестре, которой не было.
Иногда ночью просыпаюсь от того, что мне снится ребенок. Маленький, теплый. Он тянет ко мне ручки. Улыбается. А я просыпаюсь в слезах. Потому что знаю, что это только сон. Наяву у меня ничего нет. Ни мужа. Ни ребенка. Ни сестры. Ни веры.
Осталась только я. И эта боль, которая живет где-то внутри. Которая ноет. Которая напоминает.
И тихий вопрос, который звучит в тишине: «За что?»
Но ответа на него нет. И никогда не будет.
Потому что некоторые вопросы не имеют ответов. Некоторые раны не заживают. Некоторые предательства не прощаются.
А жизнь... жизнь просто идет. День за днем. Час за часом. Минута за минутой.