Я родилась в семье военных. И этот праздник День защитника отечества всегда был важен для нашей семьи. Бабушка собирала всю семью для празднования вокруг большого стола в их небольшой квартире в городе Долгопрудный. Мой дедушка также был военным, как и мой отец. Он прошел всю войну до Берлина и так и остался нести свой долг защитника отечества и после окончания войны. Я много раз рассказывала Вам, как Родина направляла его служить в послевоенную Германию, где родилась папина сестра тетя Вера, потом они несколько лет жили в Вене. Потом семья переехала в Россию в Хабаровск, где родилась у бабушки двойня- мой папа и его брат. С малышами их отправили служить в Китай, потом в Польшу. И уже с тремя детьми они переехали в Подмосковье.
В этот день, 23 февраля дедушка доставал свои награды, и мы рассматривали их, с особой робостью и глубоким уважением к самому смелому и доброму дедушке Степе. Он никогда не любил разговоры о войне. Говорил, что только, что это было очень трудно.
Сегодня я вспоминала наши семейные встречи с особым теплом. Мы привозили в дом разные салатики, заранее пекли торты, соревнуясь в кулинарных способностях. Мама часто готовила очень вкусный торт «Наполеон» и ей особенно удавались булочки с забавным названием «Утопленники». Тесто опускалось в воду. В начале оно опускалось на дно, а потом поднималось на поверхность, насыщаясь углекислым газом, отсюда и такое название. А тетя Вера, папина старшая сестра, пекла мой самый любимый торт «Графские развалины». Он до сих пор для меня самый, самый. Я до сих пор обожаю его и когда ложка сладкого торта тает во рту, будто ныряю в детство туда за наш душевный гостеприимный стол и чувствую снова себя маленькой.
Часто в эти дни на южном бабушкином окне распускались кактусы. Это было настолько удивительно. Цветы были огромными и будто граммофоны поднимали свои бутоны на встречу солнышку. Сами кактусы бабушка сажала прям в хрустальные вазы. Она была учителем начальных классов и ей часто дарили именно хрустальные вазочки и салатники. Поскольку на столе этого было предостаточно, кактусы также вполне изящно смотрелись в хрустале на подоконнике. Бабушка смешивала торф с песком, на дно насыпала слой просто песка. А сверху сажала кактусы, которые вырастали огромными. На макушках кактусов сидели дружной толпой маленькие кактусята. Бабушка даже приклеивала иногда глазки и казалось, что это дамы в огромных шляпах в шикарных вазонах, а не кактусы.
Вы замечали, что иногда запахи дома, в который мы с такой радостью приезжаем, особенно четко остаются в памяти? Когда я открывала дверь подъезда старой пятиэтажки, запах тихо обволакивал мое сознание. Несмотря на то, что дом был достаточно старым, в нем не было ноток сырости. Это был скорее букет ароматов вкусной еды, которую готовили в подъезде его жильцы, смешанный с запахом краски, деревянной крыши и какой-то неуловимой истории ее жителей. Я невольно улыбалась, заныривая внутрь с мороза, в ожидании теплой беседы гостеприимного дома.
А сегодня центом нашей семьи стал мамин муж Василий, который также много лет служил стране на ее границе.
Сегодня не только праздник, в который мы традиционно поздравляем наших мужчин, нашу опору, нашу надежду на стабильное безопасное будущее. Но и начало Великого поста. Это время, когда в храмах проходят ежедневные службы. Многие из них наполнены особым смыслом. Обычно, я ставлю себе какую-то аскезу на пост. И это не всегда только диета, которая безусловно важна, но не всем подходит по состоянию здоровья. Это прежде всего работа над собой, своими слабостями, страстями и ошибками. Я знаю, уверена в том, что, если мы смиряем себя, Господь внимательнее слышит наши просьбы. И все больше молитв я чувствую на Литургии. Все меньше шепота и болтовни, все больше смысла. В последние несколько лет в храмах стало больше появляться молодых душ, устремляющих ввысь свои порывы. Мы будто сплачиваемся вокруг молитвы, становимся глубже, чище, сильнее.
Мои молитвы будут, конечно, также как и у всех, за наступление мира.
Я очень хочу, чтобы наши дети и внуки снова забыли, что такое звуки войны. Чтобы снова фраза «Мирного неба над головой», казалась им отстраненной и скорее традиционной надписью на открытках, которые мы дарили тогда друг другу за столом в городе Долгопрудный.
Мира всем нам! Долгого и прочного! Будем вымаливать!