Обычно в здоровой коммуникации «принять ответственность» означает признать свою ошибку и ее последствия, чтобы исправить ситуацию или извиниться. Еще говорят: «Беру ответственность на себя» или проще: «Я отвечаю1».
Возьмем, к примеру, короткий диалог на вечеринке, где собралось много мужчин и женщин, которые пришли парами, но достаточно давно вместе, чтобы вести себя свободно в обществе незнакомых людей.
Жертва: «Ты меня унизил при такой куче народу».
Суперабьюзер: «Да, я унизил. И я беру на себя эту ответственность. Потому что ты вела себя как кокетливая дурочка!»
Жертва: «Но ты сделал мне больно!»
Суперабьюзер: «Если бы я тебя не осадил, тебя бы унизили они, или кто-то воспользовался бы тобой. Я взял этот грех на душу, чтобы защитить тебя от еще большей беды».
В данном случае суперабьюзер использует конструкцию ответственности как троянского коня. Согласие с фактом («да, я унизил») нужно ему не для признания неправоты, а для того, чтобы легитимизировать свое право на такие действия в будущем.
Делает он это в три этапа:
1. Принятие ответственности с оговоркой
Суперабьюзер не тратит энергию на отрицание очевидного (факта унижения) — это затянуло бы спор и дало бы жертве время на обдумывание. Вместо этого он соглашается, но тут же добавляет маленький нюанс, свое невысказанное «но», и приписывает произошедшему свою причинно-следственную интерпретацию. Он как бы говорит: «Твоя версия событий верна, но значение этих событий определяется по-другому». Более того, подразумевается, что смысл происходящего полностью определяет суперабьюзер. Так он захватывает контроль, чтобы меньше беспокоиться самому, и с помощью оговорок создает базу для своей тонкой манипуляции ответственностью.
.
2. Смещение ответственности
Формально взяв ответственность на себя, он тут же передает ее обратно жертве, объясняя свое поведение исключительно ее качествами. То есть все, что делает суперабьюзер, «на самом деле» (утверждение ложное) определяется «неправильным» (тоже ложь) поведением жертвы. Например, тем, что она ведет себя как «кокетливая дурочка».
Продолжение диалога:
Жертва: «Все равно ты сделал мне ужасно больно».
Суперабьюзер: «Я сделал тебе больно, потому что ты флиртовала со всеми подряд как кокетливая дурочка!»
Грамматически подлежащее здесь — «Я», но смысловая нагрузка и причина действия смещаются и перекладываются на жертву.
.
3. Ответственность за мнимое спасение
Самый хитрый ход — суперабьюзер берет на себя ответственность за предотвращение угрозы, которой не было и в помине.
В реальность, где уже было унижение (инициированное суперабьюзером), включается его фантазия: «Тебя бы унизили другие (или изнасиловали, или бросили — додумывает он)».
Суперабьюзер конструирует страшилку про «друзей-насильников» или «мир, который воспользуется жертвой», чтобы представить унижение достоинства как меньшее из возможных зол. И даже больше: суперабьюзер выставляет свои действия как зло во спасение. Таким образом, он формально несет ответственность за унижение, но теперь это подается как плата за обеспечение безопасности жертвы. Он как бы говорит: «Да, я сделал это. Но я взял на себя эту грязную работу, чтобы тебя не сломали другие».
Получается, что ответственность за причиненную боль от публичного унижения превращается в ответственность за мнимое спасение. И жертва больше не может предъявлять своему «спасителю» счет за унижение, потому что теперь это считается актом защиты. Суперабьюзер продает жертве страх в обмен на ее же спокойствие. Теперь он получает полное право «спасать» жертву и дальше.
.
Почему это работает
Этот прием создает у жертвы когнитивный диссонанс и чувство вины. Она думает сразу две мысли:
- С одной стороны: «Мне больно — меня унизили. А я всего лишь хотела понравиться людям!»
- С другой стороны (внедренная версия суперабьюзера): «Меня не унизили, а спасли. Если мне больно, то я сама виновата, потому что вела себя как дура!»
Жертва застревает между своей реальностью (унижение, боль и непонимание) и интерпретацией суперабьюзера (меня спасли, это было благо). И чтобы совсем не замкнуло от когнитивного диссонанса и сохранить картину мира, где ее не унижают просто так, жертва начинает верить, что она действительно «кокетливая дурочка», которая сама напросилась, а он (суперабьюзер), как бедный рыцарь, вынужден был ее защищать.
Парадокс заключается в том, что суперабьюзер «принял ответственность» ровно для того, чтобы, сделав ответственной за случившееся свою жертву, получить право «спасать» ее любыми способами (вплоть до унижения или чего похуже) в любой ситуации и когда заблагорассудится.
.
Заключение
Такое принятие ответственности, как здесь описано, можно назвать парадоксальным принятием ответственности, что является одним из самых изощренных абьюзивных приемов. Суперабьюзер не уворачивается от обвинений, а ловко подставляет под них ладонь, чтобы в следующее мгновение сжать ее в кулак и ударить в ответ. Формально кивая: «Да, я виноват», он обеляет себя, а виноватой делает свою жертву.
Важно запомнить главное: ответственность, которую принимают, чтобы тут же её переложить на другого, — это не ответственность. Это захват власти. И единственный способ не попасть в эту ловушку — увидеть механизм ее работы. Когда в ответ на боль вам продают «спасение» от выдуманных ужасов, вы должны понять: стена, которой вас якобы «защищают», на самом деле ограничивает свободу. Это и есть парадоксальное принятие ответственности. Троянский конь!
___
- Ох уж эти 90-е, которые хорошенько подправили нашу лексику: сделали её короче и конкретнее, можно сказать более ответственной. Но и теперь, как и раньше ответственностью манипулируют сплошь и рядом.
Автор: Орлов Михаил Владимирович
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru