Начнём с того, как переводчики загубили название - речь в нём не о любовниках, а конкретно о влюблённых. Название нам уже даёт намёк на смысл фильма, но неверный перевод от смысла нас сильно отдаляет.
Разбираем, о чём фильм, и какие мысли он нам несёт.
Дисклеймер: при разборе этого фильма не использовались ни чьи интерпретации, я не читал ни чьи статьи о фильме и вообще случайно увидел этот фильм и разбираю его непосредственно после просмотра да и то только потому, что фильм снял Джармуш, который меня никогда ранее не интересовал.
Погнали, Долли.
Первые кадры последовательно меняют вращающиеся планы героев, соединяющиеся пластинкой.
Вероятно, так автор нам показывает связь героев. Музыка (здесь как символ искусства и чистого созерцания) - то, что их объединяет. Вместе с тем смотрим на обстановку и видим, что они представляют два разных, условно противоположных мира. У женщины лежат книги, горят свечи, она погружена в «прошлое»; у мужчины наоборот - техника, провода, горит электрическая лампа, он «современный». Скорее, здесь лишь подчёркивается разный возраст героев, так нам показали, что Ева старше.
Вращение останавливается расположением героев зеркально, что, вероятно, намёк на разницу между ними в пространстве (что мы узнаем чуть позже).
Любопытно выглядит и дальнейшая перекличка кадров. К мужчине кто-то приехал, он смотрит в окно сверху вниз.
Следующий кадр - женщина тоже смотрит сверху вниз.
Два персонажа - они выше людей. Здесь - пространственно, но фактически это метафора. Они в безмятежном спокойствии наблюдают над копошащимся миром людей.
Вступительная сцена открывает нам и сущностный конфликт фильма - конфликт между культурами или даже мирами. Культурой «высокой», олицетворённой героями, и культурой «мелкой», «низкой», выраженной миром простых людей.
Знакомство с Адамом
Мужчину зовут Адам. Потом мы узнаем, что женщину зовут Ева. Сюжет никак нас ни отсылает к библейским мотивам, но такой выбор имён явно - высказывание режиссёра. Думаю, здесь речь идёт о том, что в мире строго этого фильма эти двое находятся в самом его центре, а всё остальное мироздание вращается вокруг них. Как будто бы смысл есть только в них, а всё прочее вторично. Конец фильм нам и может намекать на то, что мир символически исчезает, остаются только Адам и Ева, готовые всегда быть вместе.
В сцене с гитарой Адам говорит:
- Я нареку её Уильям Лоус… Один англичанин из 17-го века. Писал похоронную музыку. Во время гражданской войны был застрелен одним парламентаристом.
Здесь и далее режиссёр нам всячески намекает, что Адаму и Еве очень много лет, и они лично знали многочисленных известных исторических персонажей. Но упоминание именно Уильяма Лоуса намекает и на другое.
Вполне возможно, это намёк на то, что Адам и есть Уильям Лоус, что соответствует характеру его главного занятия и на что намекает внешнее сходство. Или Лоус был другом Адама. Но даже не это важно. Обратим внимание, что Лоус был «убит парламентаристом», то есть сторонником демократизации, установления ограничения монархии. Лоус был роялистом и, соответственно, боролся против «народа».
Можем здесь отметить, что или сам Адам был сторонником монархии, или он, как минимум, уважает именно такую позицию - а именно, он за «аристократию» и против «черни». Мы увидим дальше, что это так и есть.
Адам просит гостя сделать ему деревянную пулю. Сразу после того, как гость - Йен - говорит Адаму, как сильно его личность привлекает интерес любителей музыки.
Вот так режиссёр показывает нам, что Адаму люди надоели так, что буквально «застрелиться можно». Зрителю понятно, что пулю он просит для себя. Потому что Адаму надоели люди, жить среди них он не видит никакого смысла.
Вот так, наконец, мы узнаём, какой конфликт героя заявлен в фильме. Это внутренний конфликт о смысле жизни. Адам в жизни смысла большого не видит и всё более утрачивает его. К этому моменту мы понимаем и в каких обстоятельствах произошёл конфликт - в обстоятельствах крайней отчуждённости Адама от общества. Мы ещё не знаем, что Адам вампир, но уже поняли, что он находится в изоляции - обязательное условие существования Адама, которое в том числе подвергается угрозе.
Так мы определяем структуру конфликта для Адама.
Внешний: Адам - под угрозой разоблачения в обществе, которое он не приемлет.
Межличностный: живущие «за кадром» люди, которые желают узнать его лучше и слушать его музыку.
Внутренний: ощущение бессмысленности своего существования внутри принципиально неразрешимого конфликта - то есть нам понятно, что желание «толпы» познакомиться с Адамом невозможно остановить.
Также мы видим контраст Адама и его гостя Йена. Высокий уверенный в себе Адам, о котором мы потом узнаем, что он вампир, и робкий неуверенный в себе человек. Ещё один штрих к представлению «обычных» людей как чего-то несущественного и несерьёзного.
Дальше кадр из сцены немного позже, где Адам садится в автомобиль, чтобы поехать в больницу. Режиссёр и здесь укажет, что Адам «всего лишь гений» - нам намекают, что его автомобиль не бензиновый, а работает на каком-то автономном генераторе. Потом мы узнаем, что Адам ещё и незаурядный знаток электричества.
Едет по городу с таким пейзажем.
Разруха, говорящая нам о том, что люди всё засрали и уничтожили.
Представление Евы
Снова та же позиция отношений людей и вампиров, когда Ева разговаривает с Билалом. Билал - «обычный» человек, относится с почтением и уважением к «необычной» Еве, а другого вампира называет наставником.
Ева встречает старика.
Его зовут Кристофер Марлоу. Реальный исторический персонаж, которому по одной из версий приписывалось авторство пьес Шекспира. Намёк на то, что это именно он писал пьесы, что, в свою очередь, снова противопоставляет нам людей и вампиров, снова говоря о том, что люди неспособны к такой гениальности, как вампиры, а вампиры вынуждены это терпеть, остерегаясь разоблачить себя.
Ева и Марлоу выдают натужный диалог «в лоб» зрителю - Ева просит устроить самый «вкусный литературный скандал в истории». Это сказано, чтобы совсем глупый зритель точно понял, что перед ним автор шекспировских текстов, если вдруг дуракам непонятно.
Как средство выражения, сцена выглядит слишком необоснованно. Только встретившись, явно ведут разговор не между собой, и едва ли глядя на зрителя в камеру. Но кончается обсуждение любопытно.
Ева:
- Разожгём волнующий хаос!
Марлоу:
- По-моему миру хватает хаоса.
Автор снова осуждает человечество.
Ева забирает кровь у Марлоу. В следующей сцена Адам покупает кровь в больнице. Режиссёр завершает представление героев, ещё явно не сообщая, что они бессмертные вампиры, но и так уже каждому это становится понятно.
Полностью карты раскрыты на 23-й минуте в сцене, где вампиры одновременно пьют кровь. Постепенный переход от далёких намёков к жирным, а в дальнейшем к раскрытию - один из кинематографических ходов, продемонстрированных в этом фильме. Желаете сделать так же - берите пример.
Но тут и кроется вынужденная ошибка, допущенная во имя драматургии. Дело в том, что Ева и Марлоу находятся в Танжере, в Марокко; Адам же в Детройте. Они не могут выполнять одни и те же действия одновременно, так как находятся в разных часовых поясах, разделённых аж шестью часами. Мы, скрепя сердце, закроем на это глаза.
Тем более такая ошибка бросается в глаза, когда сразу после принятия крови Ева и Адам созваниваются. Что невозможно, так как когда в Танжере наступает ночь, в Детройте ещё светлый день.
Нам снова показывают, что герои разные - их средства связи противоположны настолько, насколько это возможно. Ева звонит по обычному «Айфону», у Адама старый телевизор с электронно-лучевой трубкой, подключённой к стационарному телефону и камере.
И тут снова ошибка - у Адама, судя по кадру, точно нет камеры, в которую Ева его якобы видит.
По разговору мы слышим, что Адам страдает от кризиса, суть которого в том, что люди настолько испортили планету, что ему не хочется жить. Кроме того, мы слышим, что вампиры называют людей «зомби», что исчерпывающе отражает концепцию человечества согласно этому фильму.
Узнаём, что Адам и Ева супруги.
В разговоре Ева говорит следующую фразу:
- Ты пропустил самое веселье: Средневековье, татаро-монголов, инквизицию.
Здесь нам чрезмерно прямо говорят, что Адам младше Евы. Судя по всему, он родился во времена Лоуса, в начале 17-го века. То есть снова можем подозревать, что он сам и есть Лоус, но это неважно для сюжета.
В такой интерпретации, которая неизбежно следует из фраз режиссёра, следуют противоречия и ошибки. Инквизиция существовала с 13-го по 19-й век, поэтому Адам, если родился в 17-м веке или раньше, благополучно её застал. Да ещё, живи Ева во времена «татаро-монголов», она бы знала, что «татаро-монголами» монголы 13-го века стали намного позже в научной литературе, и никаких настоящих татар среди них не было, поскольку Темучин всех их успешно уничтожил, отомстив за отца.
Здесь и далее мы видим, что исторические познания автора и режиссёра весьма поверхностны, что отражается и на его героях.
Разговор продолжается:
- Как твоя музыка?
- Кажется, у меня получается только похоронная.
Снова намёк, на то, что Адам и есть Уильям Лоус, специалист именно по похоронной музыке.
Фильм продолжается сценой виртуозной игры Адама на скрипке.
Это ещё один штрих к образу «человека высокого искусства». Переключаемся на Еву, которая собирается в путь в Детройт.
Сцена того же содержания. У Евы свой «высокий полёт». Она собирает с собой не простые вещи, как люди, обычно собирающиеся в путешествие. Она собирает исключительно книги. В кадре мелькают книги на французском, немецком, арабском, английском, японском. Она их листает, читает, всё понимает - она очень образованная женщина.
Зачем нам это?
Чтобы зритель понял - Адам и Ева - это не простые какие-то вампиры, это сверхсущества, способные к «высокой» культуре, способные ценить то, что недоступно простым людям.
Уже к это сцене понятна и вся метафора фильма, теперь можно её раскрыть.
Вампиры - это метафора людей искусства. Они страдают от тупых простаков, как Адам страдает от назойливых поклонников под окнами. Как Адам страдает от мира глупцов и уже хочет застрелиться. Только вампиры могут постичь настоящее искусство - искусство ради созерцания и наслаждения им. В отличие от людей, которые сильно ограничены не только временем жизни, но и мелкими ценностями.
Оттого смешно выглядит, когда персонажи пытаются демонстрировать свои знания, произнося имена Фауста, Фибоначчи, ссылаясь на исторические события - ведь простые люди этого якобы не знают.
Вспомним сцену в больнице. Адам пришёл с именем «доктор Фауст» на груди, но «тупой» человеческий доктор назвал его «доктор Стрейнджлав», а потом «доктор Калигари». Тут тоже противопоставление - один знаком с «искусством», а другой только кино смотрит.
А ещё мы, сделав логический шаг, понимаем, что всё это, как по мне, выражение мнения режиссёра о самом себе. Это не столько люди искусства такие умные, это он сам, как представитель высокого искусства, вынужден жить и страдать среди дураков. Он и такие же тонкие ценители.
Дальше сцена отправки Евы в Детройт. Она беседует с Марлоу.
В сцене проговаривается уровень полёта мысли персонажей. Ева говорит, что Адам дружил с Шелли и Байроном, а Марлоу - что написал «Гамлета». Видимо, чтобы и самые отсталые из зрителей въехали, им прямым текстом рассказано, что это за нелюди такие и с кем они вращаются.
Переход на следующий кадр с Адамом начинается с обзора портретов.
Понятно теперь, что это не просто известные люди. Они все, надо полагать, его личные друзья. Так разговор Евы и Марлоу получает своё визуальное продолжение. Так режиссёр в 150-й раз говорит нам, что вампиры ценят прекрасное на таком уровне, который простому человеку недоступен. То есть, как мы уже поняли, это режиссёр Джим Джармуш, судя по всему, такой «вампир» от мира кино, каким он себя, вероятно, считает.
Конфликт героев
Вернёмся к тому, как раскрываются конфликты персонажей. В тот момент, когда Адам получает пулю и символически примеряет её в себя, Ева летит в самолёте. Так мы видим, что конфликт Адама достиг предельной точки и только тот факт, что Ева летит к нему, по-видимому, останавливает Адама.
Ева в самолете читает стихи о любви, а именно 116-й сонет Шекспира. Тот фактор, который и является главной идеей фильма, вот так он выражается словами Шекспира:
«Любовь с теченьем лет не меркнет, не тускнеет».
Ева приезжает к дому Адама, видит скунса и говорит:
«Мефитис мефитис».
Если кто вдруг не понял, это латинское название данного вида скунса.
Нам опять в лоб заявляют, что Ева крайне образована. В то же время для действительно образованного человека нам бы показалось странным, что он «как бы невзначай» постоянно тычет своей образованностью в зрителя.
Персонажи настолько часто демонстрируют свой ум и образованность, что я дальше уже не буду упоминать эти случаи - здесь Джармуш потерял всякое чувство меры. Мы же понимаем, что это фильм, значит, всё это для зрителя. Значит, чтобы зритель понял, следует высказаться в нужной мере, иначе высказывание теряет свой смысл, будучи повторенное многократно. Но если высказывание желает обрести иной смысл, следует иной смысл ему придать. Здесь же может наблюдаться ещё и слабость Джармуша в построении диалогов, в которые он постоянно засовывает обсуждение демонстративно известных исторических событий и персонажей, как будто за 500 лет вампиры не могут знать ничего, что не было бы написано в школьном учебнике истории.
Персонажи продолжают говорить сугубо о всемирно известных людях, но уже в контексте того, как плохо они кончили.
Смысл разговора такой - если среди людей и появляются таланты, «толпа» их уничтожает. Адам говорит, как люди загадили даже свою кровь. В общем, нигде спасу нет от дурачья, к которому режиссёр, разумеется, себя не относит.
Короче, чистой воды и крови - интеллектуальный снобизм.
Герои едут в заброшенный театр. Режиссёр дополняет скудость ума человечества и неумение ценить прекрасное.
Но о глупости кто бы говорил! - Адам и Ева играют в шахматы на уровне «тупой и ещё тупее».
Король на e8 уже под шахом слона на g6, но мат Ева ставит ещё одним шахом ферзя на d7. Вот это я понимаю, гениальные люди. Наверное, ни с одним шахматистом подружиться за 500 лет не удалось. Наверное, в первый раз решили поиграть.
Наконец, конфликт достигает точки прямого столкновения, когда Ева находит пистолет с деревянной пулей.
Теперь встречаются два конфликта персонажей.
Конфликт Адама - нежелание жить. Конфликт Евы - коренное нежелание отрицать жизнь, как это делает Адам. В этом столкновении герои ещё не знают, как выходить, нам об этом режиссёр с этого момента только начинает рассказывать.
Ещё один интересный момент - данный эпизод, это практически точная середина фильма.
Адам и Ева в ситуации столкновения и непонимания выхода начинают танцевать.
Музыка, каковая символически объединяла их в начале фильме, теперь символ жизни. Решением конфликта кажется музыка, которая демонстрирует героям их связь, чтобы они в дальнейшем поняли, что любовь - это самое важное в их жизни.
Испытание героев
Нам вводят нового персонажа - сестра Евы Эйва (Ава). Вводят не неожиданно, потому что перед эти все вампиры успели рассказать, что им снился сон с этой девочкой. Так, видимо, режиссёр подводит появление Эйвы, чтобы уж совсем не было просто так.
Нагнетание конфликта
Мы уже поняли, что основополагающий конфликт фильма - конфликт смысла существования, выраженный в Адаме. Появление Эйвы способствует его скорейшей эскалации. Теперь Адаму придётся столкнуться с «зомби». В то же время своим вздорным поведением Эйва постепенно разрушает замкнутый мир Адама.
Так мы начинаем следить за тем, что будет, если строго охраняемый мир Адама, огороженный от людей, при этом спасающий его от ухода из жизни, разрушится.
Дальнейшая история - история разрушения мира.
Эйва вынуждает Адама идти в бар, где он слышит, как играет его музыка, которая никак не должна играть в мире «зомби».
Наступает высшая точка конфликта. Эйва "выпивает" Йена, потому что ранее Адам забрал у неё фляжку с кровью.
Аристократизм «старых» вампиров столкнулся с гедонизмом «новых», чтобы вытолкнуть, наконец, Адама к точке кульминации своего внутреннего конфликта.
Адам и Ева бегут в Танжер, все ценности Адаму приходится оставить в Детройте - так Адам утратил тот материальный мир, который давал ему удовольствие жить. У него осталась только Ева.
Конфликт достигает высшей точки - герои встречают умирающего Марлоу. Причём его смерть подтверждает позицию о том, что мир, в котором живут вампиры, отравлен по всех смыслах, так как Марлоу умирает из-за некачественной крови.
Герои близятся к развязке конфликта. Мы готовимся к тому, что Адам утратил все причины жить.
Вдруг Адам слышит музыку, которая поражает его.
Сцена открывает Адаму мир заново. Музыка, которую он как будто бы знает вдоль и поперёк, оказывается, способна его удивить. Символически это подводит нас к мысли о том, что Адам не утратил способность наслаждаться и плачевный конец не так уж и неизбежен.
Герои уже собираются умереть, как видят любовников.
Адам проговаривает символический смысл картины, говоря о квантовой теории.
Вампиры разрешают свой конфликт - два влюблённых дают нам мысль о том, что это и есть смысл жизни. Герои решают жить - потому что две связанные частицы всегда притягиваются к себе, потому что пока есть любовь, они оба готовы жить.
Режиссёр закрыл все конфликты. Адам примирился с миром «зомби», приняв, вероятно, положение изгнанника. Он выбрал жизнь, потому что появилась Ева, которая разрешила этот конфликт. Вместе с тем и конфликт Адама и Евы тоже разрешён - они вместе и они уже не задаются вопросом, для чего им жить.
Резюме
Противостояние вампиров и «зомби» разрешилось изменением территории (детерриториализацией) - с Детройта на Танжер. Мы поняли, что Адам тяготился запущенным Детройтом, не желал перемен и слишком привязался к материальным предметам, которые на деле не представляли экзистенциальной ценности.
Адам решил свой внутренний конфликт приняв любовь как стимул к жизни. Тем самым решён и конфликт Евы, которая уже не беспокоится за жизнь Адама. Тем самым решён и их конфликт между собой, так как они оба согласились жить вместе, любя друг друга.
Метафорически фильм нам говорит о том, что ценители высокого искусства (думается, в лице самого режиссёра) в целом не видят большого смысла в жизни, если только конкретный человек не спасает эту жизнь, в которой даже невероятно редкая гитара - всего лишь вещь, лишённая подлинного содержания.
Жить внутри общества, согласно идее фильма, бессмысленно, так как люди только уничтожают всё, что создают выдающиеся экземпляры и, вероятно, прежде всего всего сверхлюди - вампиры.
В то же время смысл жизни не только в любви, что есть главный мотив героев, но и в способности к высокой эстетике, видеть прекрасное и наслаждаться им. Вдвоём для Адама, а Ева и одна, очевидно, прекрасно так жила. Так режиссёр добавляет нам «задним планом» и мысль о том, что жить ради любви может сравнительно «молодой» вампир, а вот когда он станет постарше, как Ева, одного созерцания будет достаточно. Также символически Детройт Адам «проиграл» Танжеру Евы, и Адам принимает Еву и её Танжер,принимает новые ценности.
Философский подтекст
Сознательно или нет (скорее, нет), но Джармуш почти всецело проецируют философию Артура Шопенгауэра.
Адам выступает как субъект созерцания, полный пессимизма и отягощённый своей волей. Ева выступает как пример созерцательного субъекта, но выступает только для зрителя, потому что Адам должен сам прийти к состоянию созерцателя. К этому он и приходит в конце, слушая марокканскую певицу, сосредоточившись на эстетическом созерцании.
«Пока длится чисто эстетическая радость, исчезает и наше воление с его вечной мукой». А. Шопенгауэр, «О четверояком корне…».
Внутри драматического конфликта данного фильма с необходимостью следует некоторое утверждение, противоречащее по смыслу всего драматического конфликта философии Шопенгауэра. Однако это не столько «философия Джармуша» и его воображаемый ответ философу, это, думается, ненамеренное сходство вполне осязаемой идеи с обязательным жизнеутверждающим посылом. Только потому, что режиссёр в образе вампира должен дать зрителю объяснение того, что что-то должно сподвигать человека жить и снимать кино.
Тут мы даже усматриваем ницшеанскую критику Шопенгауэра за его отрицание воли при том, что созерцание при таких условиях принципиально невозможно, потому как воля к жизни должна создать объект созерцания, следовательно, воля к жизни, оптимизм, определяет деятельность субъекта. Следовательно, пессимизм Шопенгауэра - пессимизм субъекта, неспособного к творческой деятельности.
Если мы вообразим, что Джармуш хорошо знаком с классической немецкой философией, то он как будто последовательно и обоснованно разбивает Шопенгауэра и в итоге встаёт на сторону Ницше.
Или же это просто вполне себе тривиальные размышления режиссёра о том, что живя в обществе и не принимая его интересы как основные, он сам пытается найти смысл своей деятельности в чистом творчестве.
_______
ВК - тут, ТГ - тут. Подписываемся. В ТГ больше всяких заметок, чат и вообще удобство, пока оно существует. Выживут только вэпээнщики!