Ключ повернулся тихо. Рита всегда возвращалась тихо, привычка такая, чтобы не будить, если Сергей спит. Хотя среди бела дня зачем ему спать? Он же на работе. Суббота, правда, но у него квартал закрывается, говорил, что будет занят.
В коридоре она сразу почувствовала чужой запах.
Что-то сладковатое. Духи? Не её духи. Она пользовалась другими, восемь лет одними и теми же, Сергей говорил, что уже не чувствует их, настолько привык.
Рита остановилась у порога.
Из гостиной едва слышно доносилось чужое дыхание. Там кто-то спал.
Она прошла в гостиную.
На её диване, под её клетчатым пледом, тем самым, который она купила в ИКЕА шесть лет назад, и который Сергей всегда скидывал на пол, потому что «кусается», лежала Лена.
Лучшая подруга. Свидетельница на свадьбе.
Рита стояла в дверях и смотрела. Мозг работал странно – сначала побежали какие-то объяснения: что-то случилось, Лена зашла, Сергей пустил, а сам уехал, и она просто прилегла подождать. Бывает ведь. Почему не бывает?
Потом взгляд поехал по комнате.
На стуле у окна Сергеева рубашка. Она сама её гладила в прошлый вторник.
На кухне два бокала. Красное вино. Бутылка почти пустая.
Дверь в спальню приоткрыта.
Рита медленно перевела взгляд обратно на диван.
Лена спала, чуть приоткрыв рот, с размазанной тушью под глазами. Совсем как дома.
Вот именно.
Лена проснулась, открыла глаза. Увидела Риту. И, вот тут было интересно, не сразу испугалась. Секунды полторы на лице было просто сонное недоумение. Потом дошло.
– Рита, – она резко села, плед съехал, она схватила его обратно. – Ты, ты же на даче.
– Дождь, – сказала Рита. Спокойно. Почти вежливо.
Лена смотрела на неё. Глаза большие, с размазанной тушью бегали.
– Рит, я объясню.
– Не торопись, – сказала Рита. – Оденься сначала.
Пока Лена искала что-то под диваном – туфлю, потом вторую туфлю, потом кофту, которая обнаружилась за подушкой, Рита прошла на кухню. Поставила чайник.
Из спальни вышел Сергей.
Он был одет, джинсы, майка, и это почему-то было хуже, чем если бы не был. Видать, успел. Видать, слышал, как она вошла, и пока Лена хлопала глазами и искала туфли, он тихо одевался и придумывал, что сказать.
Сорок пять лет. Солидный человек.
– Рит, давай спокойно...
– Я спокойна, – сказала она. – Чай будешь?
Потом они сидели втроём на кухне. Молчали минуты три. Может, четыре.
– Мы немного выпили, – начала Лена. Голос тихий, виноватый, заготовленный. – Просто встретились, поговорили.
– Лен, – перебила Рита. Без злобы. – Не надо.
– Рит, ты не так поняла.
– Я правильно поняла.
Лена замолчала. Посмотрела на Сергея ищуще, почти по-детски: скажи что-нибудь, помоги. Сергей смотрел в стол.
Рита поставила чашку.
– Сколько?
Сергей поднял голову.
– Что сколько?
– Сколько времени. – Она смотрела на него ровно. – Я просто хочу знать.
Он молчал. Лена тоже молчала. Потом Лена, не выдержав этой тишины, сказала почти шёпотом:
– Почти год.
Сергей резко посмотрел на неё. Она сжалась.
Рита кивнула. Медленно, как будто записывала.
Ничего себе, с прошлой осени. Когда она ездила на дачу закрывать сезон, и он сказал, что не может, работа. Когда Лена звонила и говорила – давай встретимся, скучаю по тебе – и они встречались в кафе, болтали. Лена смотрела на неё вот этими вот глазами с участием и спрашивала: как вы с Серёжей, всё хорошо?
Рита вспомнила этот разговор. Осенний, в кафе на Маросейке. Лена тогда ещё сказала: ты молодец, что держишь семью.
Рита встала. Прошла к окну – за окном всё ещё лил дождь, упрямый, методичный.
Она прошла обратно к столу.
– Сколько раз? – спросила она.
Сергей поднял взгляд.
– Сколько раз вы были здесь? В моей квартире.
Пауза.
– Я не считал.
– А ты? – Рита посмотрела на Лену.
Лена закрыла глаза.
– Много, – сказала она тихо.
Рита кивнула.
– Много, – повторила она. – Хорошо. Хоть честно.
Сергей попытался что-то сказать – про кризис, про то, что давно что-то не так, про то, что он не хотел её ранить.
Когда он замолчал, она спросила только одно:
– Ты хоть окна открывал? После них?
Он не понял.
– После встреч ваших проветривал хоть?
– Рит, при чём тут...
– При том, что я возвращалась домой. Ложилась спать. Дышала этим воздухом.
Он замолчал.
Лена смотрела в стол.
Рита допила чай. Сполоснула чашку под краном.
– Подождите здесь, – сказала она. – Мне нужно кое-что принести.
Встала и пошла в спальню.
Она открыла нижний ящик комода. Там, под стопкой документов, лежала папка – синяя, потрёпанная по углам. Взяла папку. Вернулась на кухню и положила на стол.
Достала несколько листов, положила перед Сергеем.
Он смотрел на бумаги. Читал. Медленно, то ли не понимал, то ли понимал слишком хорошо и тянул время.
Лена смотрела на Риту.
– Что это? – спросил Сергей. Голос ровный, но в нём что-то такое – первая трещина.
– Документы на квартиру, – сказала Рита. – Я купила её в две тысячи девятом. До нашего знакомства. Оформлено на меня. Полностью.
Пауза.
– Я знаю, – сказал он.
– Хорошо. – Рита кивнула. – Тогда ты понимаешь, что я сейчас скажу.
Она встала. Прошла в прихожую. Вернулась.
На стол лёг ключ от квартиры.
– У тебя есть час, – сказала Рита.
Сергей поднял взгляд.
– Что?
– Час. Собрать вещи. Самое нужное, остальное потом договоримся, я не зверь. Но сегодня ты здесь не ночуешь.
– Рит, давай не будем пороть горячку, – начал он. – Это можно обсудить, можно...
– Час, – повторила она.
Он замолчал.
Лена всё это время сидела тихо, так тихо, что про неё почти забыли. Рита посмотрела на неё.
Познакомились они на втором курсе, в очереди за студенческими. Лена тогда потеряла зачётку и ругалась шёпотом, смешно так ругалась, по-детски. Рита дала ей ручку. Потом они пили чай в буфете. Потом ещё раз. Потом это стало привычкой.
– Лен, – сказала Рита.
Та подняла голову. В глазах слёзы.
– Ты можешь идти. Я с тобой сейчас говорить не буду. Не потому, что злюсь. – Рита чуть помолчала. – Просто не о чем.
– Рит, подожди, я хочу объяснить.
– Что объяснить, Лена?
– Мы не хотели тебя ранить. Правда. Это просто получилось, само собой, мы не планировали.
– Само собой. – Рита смотрела на Лену. – Само собой ты оказывалась здесь. Сама собой ложилась на мой диван под мой плед. Сама собой пила из моих бокалов. Почти год – само собой.
Лена встала. Она подхватила сумку. Пальто с вешалки, Рита слышала, как она возится в прихожей, долго, неловко.
Потом хлопнула дверь.
Рита осталась с Сергеем вдвоём.
Он не пошёл собираться сразу. Сидел за столом – большой, тяжёлый, с этим выражением, которое она называла про себя «думает». Обычно, когда он так сидел, она уходила, не мешала.
– Ты серьёзно? – сказал он.
– Серьёзно.
– Рит. – Он положил руки на стол. – Мы восемь лет вместе. Восемь лет – это не выбрасывается вот так, из-за...
– Из-за чего? – перебила она. – Договори.
Он замолчал.
– Из-за того, что я вернулась раньше? Или из-за того, что узнала? Или из-за того, что у меня оказались документы на квартиру?
Сергей встал. Прошёл в спальню, она слышала, как он открывает шкаф, выдвигает ящики, что-то кладёт. Звуки сборов особенные звуки, когда понимаешь, что это не командировка и не отпуск.
Рита убрала папку с документами.
Сергей вышел через сорок минут с большой сумкой и рюкзаком. Остановился в дверях кухни. Посмотрел на неё, как будто хотел что-то сказать напоследок. Что-то важное, что изменит всё.
Но важного не было.
– Остальные вещи заберу на неделе, – сказал он.
– Позвони заранее, – ответила она. – Я скажу, когда удобно.
Он кивнул.
Прошёл в прихожую. Звук ключей, с которым он кладёт их на полку.
Правильно. Молодец.
Дверь закрылась.
Рита сидела за столом. Слышала, как лифт приехал, открылся, закрылся, уехал.
Потом тишина.
Замок меняли в понедельник.
Мастер был немолодой, с чемоданчиком, молчаливый. Рита подумала: хорошая профессия. Приходишь, делаешь дело, уходишь. Никаких лишних разговоров.
Новые ключи оказались серебристыми, холодными, приятно тяжёлыми. Два комплекта. Оба ей.
Лена позвонила через три дня. Рита посмотрела на экран и не взяла трубку. Потом пришло сообщение: «Рит, мне очень важно поговорить. Я понимаю, что ты злишься. Но выслушай меня, пожалуйста».
Рита прочитала. Подумала.
Написала одно слово: «Не сейчас».
Через две недели общая подруга, Марина, позвонила сама, осторожно, издалека, как звонят, когда несут новость и не знают, как подать.
– Рит, ты слышала, Лена и Серёжа, они вроде как не вместе уже.
– Нет, не слышала.
– Он ушёл. Говорит, слишком всё сложно стало.
Рита помолчала секунду.
– Понятно.
– Тебе не обидно от этого?
– Нет, – сказала Рита. И это была чистая правда. – Марин, я перезвоню тебе на неделе, хорошо? Сейчас тороплюсь.
Она и правда торопилась. Через час начинался онлайн-урок по ландшафтному дизайну – она записалась ещё в конце сентября, давно хотела, всё откладывала.
На дачу она поехала в октябре.
Приехала вечером. Открыла веранду, поставила чайник на старую плитку, достала плед из шкафа – другой плед, не тот клетчатый, тот она выбросила ещё в первую неделю, не думая, просто взяла и выбросила.
Новый был мягкий, тёмно-синий.
Она села в кресло, укуталась.
Рита сидела и думала – ни о чём конкретном. О том, что надо переставить розы до морозов. О том, что урок по дизайну был интересный, преподаватель смешной, говорит быстро, но понятно. О том, что Антон приедет в декабре и надо будет что-то придумать на Новый год.
Она сидела в тёмно-синем пледе на старом кресле и смотрела, как струйки дождя стекают по перилам веранды.
Хорошо. Спокойно. Тихо. Это, как раз именно то, чего она хотела все эти годы.
Не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!
Рекомендую почитать: