В крупных городах арабского мира – Дубае, Абу-Даби, Эр-Рияде, Дохе – всё чаще можно увидеть пары, где муж – араб, а жена – светловолосая европейка. Чаще всего – русская, украинка или белоруска.
Социологи фиксируют устойчивый тренд: количество браков между арабскими мужчинами и славянскими женщинами за последние 10 лет выросло втрое. При этом арабские женщины остаются незамужними значительно дольше – средний возраст вступления в первый брак для них сейчас 28-30 лет против 22-24 лет двадцать лет назад.
Что происходит? Почему образованные, обеспеченные арабские мужчины всё чаще выбирают жён из России?
Журналисты поговорили с десятками мужчин из ОАЭ, Саудовской Аравии, Катара и Кувейта. Их откровения оказались неожиданными.
"Местные девушки требуют невозможного"
Ахмед, 34 года, бизнесмен из Дубая, женат на Анастасии из Санкт-Петербурга четыре года:
– У нас в культуре существует традиция махра – выкупа за невесту. Раньше это была символическая сумма или золотые украшения. Сейчас местные девушки требуют от 500 тысяч до миллиона долларов. Плюс квартира. Плюс машина премиум-класса. Плюс свадьба на 500 гостей за мой счёт.
Моя сестра вышла замуж в прошлом году. Махр – 800 тысяч долларов, квартира в центре Дубая, Mercedes G-Class, свадьба стоила 300 тысяч. Муж взял кредит на десять лет.
А моя жена Настя? Махр не требовала вообще. Свадьбу сделали скромную, на 50 человек. Она сказала: "Лучше эти деньги на семью потратим, на детей".
Статистика подтверждает: средний размер махра в ОАЭ вырос с 50 тысяч дирхамов (около 13,5 тысяч долларов) в 2000 году до 300-400 тысяч дирхамов (80-110 тысяч долларов) сейчас. В богатых семьях суммы достигают миллионов.
Саид, 29 лет, инженер из Абу-Даби:
– Местные девушки воспитаны в роскоши. Они привыкли к определённому уровню жизни и не готовы от него отказываться. Если ты не можешь обеспечить им виллу, горничную, водителя, отдых в Европе трижды в год – ты не подходишь.
Русские девушки более реалистичны. Моя жена Юлия работала в отеле администратором, когда мы познакомились. Она самостоятельная, не избалованная. Мы живём в обычной квартире, без прислуги. Она сама готовит, сама убирает. И ей это нормально.
"Они не умеют готовить"
Фарис, 37 лет, врач из Эр-Рияда, женат на Ольге из Москвы:
– Моя мать всю жизнь готовила. Бабушка готовила. Это было естественно. Сейчас местные девушки не умеют готовить вообще. Они выросли с филиппинскими горничными, которые делали всё за них.
Встречался с местной девушкой два года. Ни разу не попробовал её еды. Она говорила: "Зачем учиться готовить, если можно нанять повара?" Но я хочу, чтобы жена готовила для семьи, с любовью. Это не про прислугу, это про заботу.
Русская жена Оля готовит каждый день. Борщ, пельмени, котлеты. Научилась готовить и арабские блюда – кабсу, мансаф. Дети едят домашнюю еду, а не полуфабрикаты.
Социологические опросы показывают: 80% девушек из богатых арабских семей никогда не готовили сами и не умеют этого делать. Готовка считается работой для прислуги.
Халид, 32 года, предприниматель из Дохи:
– Когда приходишь в гости к местной семье, где дочь на выданье, тебя угощает мать или горничная. Дочь даже не заходит на кухню. Это считается ниже её достоинства.
Моя русская жена Мария встретила меня в первый раз дома и сама испекла пирог. Сама! Я был в шоке. Потом узнал – она делает это каждую неделю, просто так, для удовольствия.
"Слишком много запретов и контроля"
Мансур, 35 лет, IT-специалист из Кувейта:
– Местные девушки выросли в очень строгих семьях. До замужества они практически не общаются с мужчинами, не выходят одни, не принимают самостоятельных решений. Семья контролирует каждый их шаг.
Это создаёт две крайности. Либо они остаются инфантильными и несамостоятельными – не могут даже в магазин сходить без разрешения брата или отца. Либо после свадьбы резко "срываются с цепи" и начинают требовать полной свободы, которой были лишены.
Моя жена Екатерина выросла в России, где девушки самостоятельные с 18 лет. Она не инфантильна, но и не бунтует. Она просто взрослый, адекватный человек. Мы обсуждаем решения вместе, как равные.
"Образование есть, а работать не хотят"
Тарик, 31 год, финансист из Дубая, женат на Дарье из Новосибирска:
– В ОАЭ 77% выпускников университетов – женщины. Девушки получают отличное образование, часто за границей. Но после свадьбы многие вообще не работают. Диплом висит на стене для красоты.
Они объясняют: "Зачем работать? Муж должен обеспечивать". Но при этом требуют роскошную жизнь, которую не все мужчины могут позволить.
Даша работает дистанционно дизайнером, зарабатывает 1-3 тысячи долларов в месяц. Это её деньги, она тратит их как хочет. Но она не сидит дома без дела. У неё есть самореализация, интересы, развитие. Это делает её интереснее как личность.
По статистике, только 42% образованных женщин в странах Персидского залива работают после замужества. В России этот показатель – около 75%.
"Семья вмешивается во всё"
Осман, 38 лет, архитектор из Эр-Рияда:
– Когда женишься на местной девушке, ты женишься на всей её семье. Мать жены живёт с вами или навещает каждый день. Братья жены считают, что имеют право указывать тебе, как жить. Отец жены принимает решения за дочь даже после свадьбы.
У моего друга жена не могла купить диван без одобрения матери. В 30 лет! Мать приходила, осматривала квартиру, критиковала всё, требовала переделать.
Моя русская жена Алина – у неё семья в России. Мы общаемся по видеосвязи, они приезжают раз в год в гости. Но они не вмешиваются в нашу жизнь. Мы принимаем решения сами, как взрослые люди.
"Русские девушки – более открытые и тёплые"
– Местные девушки очень закрыты эмоционально. Они выросли в культуре, где нельзя показывать чувства, прикасаться к мужчине до свадьбы, смотреть в глаза. Всё очень формально.
Даже в браке многие остаются эмоционально холодными. Не обнимаются просто так, не говорят нежных слов, не показывают любовь.
Русская жена – совсем другая. Она открытая, тёплая, ласковая. Обнимет, поцелует, скажет, что любит. Для неё это естественно. Это создаёт атмосферу в доме, где хочется быть.
– Местные пары даже в ресторане сидят молча, каждый в своём телефоне. Нет разговоров, смеха, общения. Это как формальная обязанность – выйти куда-то вместе.
С моей женой мы можем говорить часами. Она рассказывает про свой день, я про свой. Мы обсуждаем новости, фильмы, планы. Она интересуется моей работой, я – её увлечениями. Это живые отношения, а не формальность.
"Они не следят за собой после свадьбы"
Рашид, 36 лет, владелец сети ресторанов, Дубай:
– До свадьбы местная девушка – всегда в макияже, дизайнерской абайе, с идеальным маникюром. После свадьбы многие перестают следить за собой. Дома ходят в старой одежде, без косметики, набирают вес.
Они считают: "Я вышла замуж, цель достигнута, зачем стараться?" Но брак – это не финиш, это начало.
Моя жена Виктория и до свадьбы, и после выглядит ухоженно. Не обязательно вечерний макияж, но она следит за собой. Ходит в спортзал, делает маски, покупает красивую одежду. Говорит: "Я хочу нравиться тебе всегда, а не только до свадьбы".
"Развод – катастрофа для местных женщин"
– В нашей культуре разведённая женщина – клеймо. Её шансы выйти замуж снова почти нулевые. Поэтому многие местные женщины терпят любые отношения, лишь бы не развестись.
Это создаёт нездоровую атмосферу. Нет любви, нет уважения, но развод – табу. Люди живут вместе формально, несчастливые.
Русские девушки не боятся развода. Если отношения не работают – можно разойтись. Это даёт свободу быть собой, не терпеть насилие или неуважение. Парадоксально, но именно поэтому с ними проще построить счастливый брак – они выбирают быть с тобой, а не вынуждены находиться в нездоровых отношениях.
"Материализм доведён до крайности"
Назир, 34 года, врач из Кувейта, женат на Ирине из Екатеринбурга:
– Местные девушки выросли в культуре красивой жизни из соцсетей. Для них важно показать роскошную жизнь – сумки Hermès, часы Rolex, отдых на Мальдивах. Всё ради лайков и зависти подруг.
Моя бывшая девушка-кувейтка требовала новую сумку каждый сезон. Минимум 5 тысяч долларов за сумку. Потому что "у подруг такие есть, а у меня нет – стыдно".
Ира не требует брендов. Она купит качественную вещь, которая ей нравится, а не потому что это модный бренд. Она не живёт ради показухи в соцсетях. Это экономит деньги и нервы.
"Но есть и сложности с русскими жёнами"
Справедливости ради, мужчины признают: браки с русскими девушками тоже не идеальны.
Фейсал, 37 лет, инженер из Дубая:
– Моя жена Светлана не приняла ислам. Это создаёт трудности. Дети крещёные, она водит их в православный храм. Моя семья не одобряет. Говорят: "Как ты позволил?"
Плюс культурные различия. Она не понимает некоторых наших традиций. Почему на семейных встречах мужчины и женщины сидят отдельно. Почему я не могу пригласить её друзей-мужчин в дом.
Мы учимся находить компромиссы. Но это сложно.
Ибрагим, 35 лет, предприниматель из Катара:
– Русские жёны часто не ладят с моей семьёй. Языковой барьер – моя мать не говорит по-английски. Культурные различия – моя жена обнимает моих братьев при встрече, а это у нас неприлично.
Семья говорит: "Она не наша". И это болезненно для всех.
Мухаммед, 31 год, финансист из Эр-Рияда:
– Моя жена Елена скучает по России. Зимой хочет снега, русской еды, общения на родном языке. Здесь у неё нет подруг – местные арабки с ней не дружат, считают чужой. Русская община есть, но она небольшая.
Она иногда плачет от одиночества. Говорит: "Я люблю тебя, но я чувствую себя чужой здесь".
Что говорят русские жёны?
Анастасия, 28 лет, жена Ахмеда, Дубай:
– Да, здесь комфортная жизнь – климат, деньги, безопасность. Но это не мой мир. Я не могу носить абайю в жару. Не могу спокойно выпить бокал вина в ресторане. Не могу надеть короткое платье.
Моя свобода ограничена. Я согласилась на это ради любви. Но это жертва.
Мария, 32 года, жена Халида, Доха:
– Меня судят постоянно. Местные женщины смотрят свысока – "русская охотница за деньгами". Другие арабы подозревают во всех грехах – "европейка, значит, распущенная".
Я чувствую себя между двух миров. Для русских я "ушла к арабам", для арабов – "чужая".
Екатерина, 29 лет, жена Мансура, Кувейт:
– Первый год было очень тяжело. Жара, незнакомый язык, другая еда, изоляция. Я плакала каждый день, хотела вернуться в Россию.
Сейчас привыкла. Но это всё ещё не дом. Дом – там, где родилась.
Несмотря на сложности, количество браков между арабскими мужчинами и славянскими женщинами продолжает расти.
По данным ЗАГСов ОАЭ, в 2023 году зарегистрировано более 3500 таких браков – это на 40% больше, чем пять лет назад.
В Саудовской Аравии, несмотря на более консервативное общество, тренд тот же – около 1200 браков с иностранками ежегодно, большинство – с русскими.
Мнение социологов
Доктор Фатима аль-Мансури, социолог из Университета Шарджи:
– Это результат быстрых социальных изменений. Арабские женщины получили образование и экономическую независимость, но не изменили брачных ожиданий. Они хотят традиционного обеспечения, но при этом современных свобод. Это противоречие.
Мужчины ищут более простые отношения. Славянские женщины кажутся им менее требовательными материально и более гибкими культурно.
Доктор Олег Демидов, российский исследователь миграции:
– Для русских женщин это тоже рациональный выбор. Экономическая стабильность, высокий уровень жизни, безопасность. В обмен на культурную адаптацию они получают материальный комфорт.
Но это не всегда работает долгосрочно. Процент разводов в таких браках – около 35% в первые пять лет. Это выше среднего.
Феномен браков арабских мужчин с русскими женщинами – это столкновение традиций и современности, Востока и Запада, разных представлений о семье и браке.
Для одних это история любви и счастья. Для других – сделка, которая не всегда оправдывает ожидания с обеих сторон.
Но факт остаётся фактом: тысячи мужчин выбирают жён не из своей культуры. И это говорит о глубоких изменениях, происходящих в арабском обществе.
Возможно, через поколение баланс изменится. Возможно, местные женщины адаптируются к новым реалиям. Возможно, мужчины вернутся к традиционным бракам.
А пока статистика растёт – и за каждой цифрой стоит реальная история любви, компромисса, надежды или разочарования.
