Великолепную озвучку этих глав можно послушать здесь: https://vkvideo.ru/video-235488107_456239032
АГАТА КРИСТИ «Убийство в доме Викария»
Глава 05
Ближе к семи, чем к половине седьмого я подошел к садовой калитке, возвращаясь домой. Не успел я подойти к ней, как она распахнулись и навстречу мне вышел Лоуренс Реддинг. Увидев меня, он застыл как вкопанный. Его вид поразил меня. Он был похож на человека, который вот-вот сойдет с ума. Он был смертельно бледен, его глаза смотрели как-то странно, и весь он дрожал и подергивался.
На мгновение я подумал, не пьян ли он, но тут же отбросил эту мысль.
- Приветствую, - сказал я, - вы заходили ко мне? К сожалению, мне пришлось уйти, но мы можем вернуться сейчас. Я еще должен поговорить с Протеро по поводу церковной бухгалтерии, но, полагаю, это не займет много времени.
- Протеро, - воскликнул он и начал смеяться. - Протеро? вы собираетесь увидеться с Протеро? О, вы обязательно увидите Протеро. О, Боже! Да.
Я уставился на него и инстинктивно я протянул ему руку. Он резко отпрянул.
- Нет, - он почти кричал. - Я должен идти - подумать. Мне нужно подумать. Я обязан подумать.
Он сорвался с места, побежал в сторону деревни и быстро исчез из виду, оставив меня смотреть ему вслед. Первая моя идея о том, что он пьян, показалась мне не такой уж нелепой.
В конце концов я покачал головой и направился домой. Парадная дверь всегда открыта, но несмотря на это я позвонил. Вышла Мэри, вытирая руки о передник.
- Наконец-то вы вернулись, - заметила она.
- Полковник Протеро здесь? - спросил я.
- В кабинете. С четверти седьмого.
- А мистер Реддинг заходил?
- Пришел несколько минут назад. Спрашивал вас. Я сказала, что вы вернетесь с минуты на минуту, и что полковник Протеро ждет вас в вашем кабинете, он ответил, что тоже подождет, и пошел туда. Он сейчас там.
- Уже нет, - сказал я. - Я только что встретил его, он спускался по дороге.
- Ну, я не слышала, как он ушел. Он был не больше пары минут. Хозяйка еще не вернулась из города.
Я рассеянно кивнул. Мэри ретировалась на кухню, а я прошел по коридору и открыл дверь кабинета.
После сумрака коридора я почти ослеп от лучей вечернего солнца, заполнивших комнату. Я сделал пару шагов и застыл как вкопанный, пытаясь осознать увиденное.
Полковник Протеро лежал, распластавшись поперек моего стола, в ужасной неестественной позе. Вокруг его головы расплылась лужа какой-то темной жидкости, медленно стекавшей на пол с жутким стуком: «кап, кап, кап».
Я взял себя в руки и подошел к нему. Прикоснулся, кожа была холодной на ощупь. Поднял руку и отпустил, рука безжизненно упала. Он был мертв — выстрел в голову.
Я вернулся к двери и позвал Мэри. Когда она явилась, приказал ей как можно быстрее бежать за доктором Хейдоком, который живет прямо на углу нашей улицы, и сказать, что у нас произошел несчастный случай.
Как только она ушла, я закрыл дверь, и стал дожидаться доктора.
К счастью, Мэри его застала. Хейдок – добрый малый, крупный, подтянутый, с честным, суровым лицом.
Его брови поползли вверх, когда я молча указал в другой конец комнаты. Но, как истинный врач, больше не выказав никаких эмоций, он прошел, склонился над мертвецом и быстро его обследовал. После чего выпрямился и посмотрел на меня.
- Ну? – спросил я.
— Он без сомнения мертв, мертв уже полчаса, я бы сказал.
- Самоубийство?
- Об этом не может быть и речи, друг мой. Посмотрите на расположение раны. Кроме того, если он сам стрелял в себя, где оружие?
Действительно, его не было.
- Нам лучше ничего здесь не трогать, - сказал Хейдок. – Позвоню ка я в полицию.
Он набрал полицейский участок и изложил факты настолько кратко, насколько это было возможно. Закончив, положил трубку и подошел ко мне.
- Дело дрянь. Как вы нашли его?
Я рассказал и закончив, спросил его едва слышно: - Это... это убийство?
- Похоже на то. Я имею ввиду, а что еще это может быть? Экстраординарный случай. Интересно, кто бы это мог прикончить беднягу. Конечно, я знаю, что он не пользовался популярностью, но по этой причине убивают нечасто — вот уж действительно не повезло.
- Есть одна довольно странная вещь, - сказал я. – Днем мне позвонили и попросили прийти, чтобы исповедовать умирающего прихожанина. Когда я явился, меня никто не ждал. Выяснилось, что вот уже несколько дней, как больной идет на поправку, а его жена категорически отрицала, что звонила мне.
Хейдок нахмурил брови: — Это подозрительно, очень подозрительно. Вас убрали с дороги. А где ваша жена?
- Уехала в Лондон, на целый день.
- А горничная?
- На кухне, в другом конце дома.
- Где она вряд ли услышит, что происходит здесь. Дело скверное. Кто-нибудь знал, что Протеро придет к вам сегодня вечером?
- Он, упомянул об этом сегодня утром, когда мы встретились на улице в деревне. Как всегда, во весь голос.
- Вы имеете ввиду, что вся деревня знала об этом? Впрочем, она всегда все знает. Может быть, вы знаете кого-то, кто имел на него зуб?
Мне пришло на ум бледное лицо Лоуренса Реддинга и его странный взгляд. Я не успел ничего сказать, от ответа меня избавил звук приближающихся шагов в коридоре.
- Полиция, - сказал мой друг и поднялся на ноги.
Полиция была представлена в лице констебля Херста, который выглядел очень значительно, но слегка обеспокоенно: - Добрый вечер, джентльмены, - приветствовал он нас. - Инспектор будет с минуты на минуту. А пока я последую его указаниям. Насколько я понимаю, полковник Протеро был найден застреленным здесь, в доме Викария.
Он сделал паузу и вперил в меня холодный, полный подозрения взгляд. Я постарался выдержать его с подобающим случаю достоинством невиновного человека.
Он двинулся к письменному столу и объявил: - Ничего не трогать, пока не придет инспектор.
Он достал блокнот, послюнявил карандаш и выжидательно посмотрел на нас обоих.
Я снова рассказал, как обнаружил тело. Он все записал, это заняло некоторое время, и обратился к доктору: - По вашему мнению, доктор Хейдок, что стало причиной смерти?
- Выстрел в голову с близкого расстояния.
- А оружие? - спросил я.
- Не могу сказать с абсолютной уверенностью, пока пуля не будет извлечена. Но, по всей вероятности, пуля выпущена из пистолета небольшого калибра — скажем, Маузера 25-ого калибра.
Я вздрогнул, вспомнив разговор с Лоуренсом Реддингом накануне вечером и его признание. Констебль устремил на меня свои холодные, рыбьи глаза.
- Вы что-то сказали, сэр?
Я отрицательно покачал головой. Какие бы подозрения не пришли мне в голову, это были всего лишь подозрения, а следовательно, лучше их держать при себе.
- Когда, по вашему мнению, произошла трагедия?
Доктор с минуту колебался, прежде чем ответить:
- Я бы сказал, что смерть наступила около получаса назад. Определенно, не больше.
Херст повернулся ко мне. - Девушка слышала что-нибудь?
- Насколько я знаю, ничего, - ответил я. - Но вам лучше спросить у нее.
Но в этот момент появился инспектор Слак, прибывший на машине из Мач-Бенхэма, расположенного в двух милях от нас.
Все, что я могу сказать об инспекторе Слаке, так то, что никогда еще не было человека, так решительно стремившегося опровергнуть свою фамилию, подходящую скорее мужчине тихому и нерешительному. Он же был смугл, подвижен и энергичен, его черные глаза непрерывно рыскали, фиксируя все вокруг. Держал он себя до крайности грубо и властно.
На наши приветствия он ответил коротким кивком, взял блокнот у своего подчиненного, просмотрел, обменялся с Херстом несколькими короткими фразами вполголоса и подошел к телу.
- Полагаю, вы все тут смешали и передвинули, - констатировал он.
- Я ничего не трогал, - поспешил оправдаться Хейдок.
- Я тоже, - присоединился я.
Инспектор некоторое время рассматривал лужу крови и предметы на столе.
- А! - торжествующе воскликнул он. - Вот то, что нам нужно. Часы опрокинулись и остановились, когда он упал. Это дает нам время преступления. Двадцать две минуты седьмого. Во сколько, вы сказали, наступила смерть, доктор?
— Я сказал, что около получаса назад, но...
Инспектор посмотрел на свои часы.
- Пять минут восьмого. Я получил сообщение около десяти минут назад, то есть без пяти семь. Тело обнаружили примерно без четверти семь. Как я понимаю, вас вызвали незамедлительно. Допустим, вы обследовали его без десяти... Да это ж практически секунда в секунду!
- Я не могу гарантировать точное время, - поспешил вмешаться Хейдок. - Это лишь приблизительная оценка.
- Хорошо, сэр, достаточно хорошо.
Я тоже попытался вставить слово: - Насчет этих часов…
- Если позволите, сэр, сначала я задам все вопросы, на которые хочу услышать ответ. Нет времени. Все, чего я хочу - абсолютная тишина.
- Да, но я хотел бы пояснить...
- Абсолютная тишина, - оборвал меня инспектор, пригвоздив меня свирепым взглядом. Я повиновался.
Он продолжил осматривать письменный стол.
- Зачем он здесь сидел? - хрюкнул он. - Хотел написать записку... Ага... а это что?
Он с триумфом поднял листок бумаги и был так доволен своей находкой, что позволил нам подойти и рассмотреть ее вместе с ним.
Это был листок из пачки бумаг для заметок с вензелем моего дома, дома Викария, вверху была отметка 6:20, далее было написано: "ДОРОГОЙ КЛЕМЕНТ, извините, я не могу больше ждать, но я должен..." На этом записка обрывалась, переходя в неразборчивые каракули.
- Все ясно, как божий день, - торжествующе провозгласил инспектор Слак. - Он сидел здесь и писал вам записку, когда злоумышленник бесшумно проник через окно и выстрелил. Чего тут неясного?
— Я просто хотел сказать... - начал я.
- Пожалуйста, дайте мне пройти, сэр. Я хочу посмотреть, не осталось ли там отпечатков обуви.
Он опустился на четвереньки и двинулся к открытому окну.
— Я думаю, вам следует знать, - упрямо настаивал я.
Инспектор поднялся. И ответил спокойно, но строго.
- Мы обсудим все позже. Я был бы признателен, если бы вы, джентльмены, убрались отсюда. Немедленно, если позволите.
Мы позволили себя выпроводить, как детей.
Казалось, прошли часы, но было всего четверть восьмого.
- Ну что ж, - сказал Хейдок. - Вот и все. Если я понадоблюсь этому самодовольному ослу, отправьте его ко мне в кабинет. Бывайте.
- Хозяйка вернулась, - сообщила Мэри, на мгновение появившись из кухни. Ее глаза были круглыми от возбуждения. - Она вошла минут пять назад.
Я нашел Гризельду в гостиной. Она выглядела испуганной, но взволнованной.
Я рассказала ей все, она внимательно меня выслушала.
- В заглавии письма указано время 6:20, - закончила я. - А часы упали и остановились на 6:22 (на шести двадцати двух).
- Да, - сказала Гризельда. - Но твои часы, разве ты не сказал ему, что всегда переводишь их на четверть часа вперед?
- Нет, - сказал я. - Я пытался, но он не стал меня слушать. Я сделал, все, что мог.
Гризельда озадаченно нахмурилась.
- Но, Лен, - произнесла она, - это переворачивает все самым невероятным образом. Потому что, когда часы показывали двадцать минут седьмого, на самом деле было всего пять минут после шести, а в это время, как я понимаю, полковник Протеро еще даже не появился у нас.
Глава 06
Какое-то время мы ломали голову над загадкой часов, но так ни к чему и не пришли. Гризельда сказала, что я должен предпринять еще одну попытку и рассказать обо всем Слаку. По поводу ее замечания я испытал лишь одно чувство, которое можно описать, как «навязчивость».
Инспектор Слак был ужасно и совершенно неоправданно груб. Я с нетерпением ждал момента, когда смогу внести свой ценный вклад в расследование и посрамить его. Тогда бы я сказал с мягким упреком: - Если бы вы только послушали меня, инспектор Слак...
Я ожидал, что он, все-таки поговорит со мной, прежде чем покинуть дом, но, к великому нашему удивлению, от Мэри мы узнали, что он уже ушел, перед этим заперев дверь кабинета и приказав, чтобы никто туда не входил.
Гризельда собралась дойти до Олд-холла.
- Это так ужасно для Энн Протеро — полиция и все такое, - сказала она. - Возможно, ей будет легче, если кто-то будет рядом с ней.
Я от всей души одобрил этот план, и Гризельда отправилась в путь, сопровождаемая моим напутствием тут же звонить мне, если сочтет, что я могу быть им полезен или кому-то из дам понадобится моя поддержка.
Затем я начал обзванивать учителей воскресной школы, которые должны были прийти в 7.45, мы собирались каждую неделю для подготовки к занятиям. Мне подумалось, что в сложившихся обстоятельствах эту встречу уместно отменить.
Следующей персоной, появившейся на сцене, был Деннис, который только что вернулся после игры в теннис. Весть о том, что в нашем доме произошло убийство, он, похоже, воспринял с полным удовлетворением.
- Шикарно! Оказаться прямо там, где произошло убийство, - воскликнул он. – Всегда мечтал о таком. Почему полиция заперла кабинет? У нас есть другой ключ от него?
Я строжайше запретил ему предпринимать что-либо подобное. Деннис неохотно подчинился. Выпытав у меня все возможные подробности, он направился в сад искать следы, на ходу весело заметив, как удачно, что это был всего лишь старый Протеро, которого все недолюбливали.
Его жизнерадостная бессердечность несколько покоробила меня, но я тут же подумал, что, возможно, слишком строг к мальчику. В его возрасте детектив – это лучшее, что может быть в жизни, а детектив в комплекте с трупом, ожидающим, так сказать, на пороге твоего собственного дома, - это то, что несомненно, вознесет здорового юношу с пытливым умом на седьмое небо от счастья. Для шестнадцатилетнего парня смерть почти ничего не значит.
Гризельда вернулась примерно через час. Она застала Энн Протеро, когда у нее был инспектор, он только успел сообщить ей печальную новость.
Услышав, что миссис Протеро в последний раз видела своего мужа в деревне примерно без четверти шесть, и что больше ей ничего добавить по этому поводу, он ушел, пообещав вернуться завтра для более подробного разговора.
- Он был достаточно мил по-своему, - неохотно сообщила Гризельда.
- Как это восприняла миссис Протеро? – спросил я.
- Ну… очень спокойно, но она же всегда такая спокойная.
- Да, - согласился я. - Не могу себе представить Энн Протеро в истерике.
- Конечно, это был шок для нее. Сам понимаешь. Она сказала мне спасибо за то, что я пришла, что она очень признательна, и что я ничем не могу ей помочь.
- А как Летиция?
- Она где-то играла в теннис и еще не вернулась домой. - Последовала пауза и Гризельда продолжила: - Ты знаешь, Лен, она на самом деле выглядела очень странно, очень-очень странно.
- Шок, - предположил я.
— Да, полагаю, что так. И все же… - Гризельда озадаченно нахмурила брови, – не совсем так. Она казалась не столько потрясенной, сколько... испуганной.
- Испуганной?
— Да, она не показывала это, сам понимаешь. По крайней мере, старалась не показывать. Но странный, настороженный взгляд… Мне кажется, что она догадывается, кто убийца. Она снова и снова спрашивала Слака, подозревает ли он кого-нибудь.
- Подозревает? - задумчиво переспросил я.
- Да. Конечно, у Энн удивительное самообладание, но было видно, что она ужасно расстроена. Больше, чем я могла бы подумать, ведь, в конце концов, не так уж она была к нему и привязана. Я бы даже сказала, что скорее она его не любила, чем наоборот.
- Иногда смерть меняет чувства, - заметил я.
- Да, наверное, ты прав.
Деннис явился в полном восторге. Он обнаружил на одной из цветочных клумб отпечаток ноги и был уверен, что полиция его не заметила, что этот отпечаток станет ключевым моментом во всем расследовании.
Ночь моя была беспокойной. Деннис встал и вышел из дома задолго до завтрака, чтобы, как он выразился, "быть в курсе последних событий".
Тем не менее, не он, а Мэри принесла нам сенсационную новость этим утром.
Мы только сели завтракать, когда она ворвалась в комнату, щеки ее горели, глаза сияли, и выпалила со свойственной ей беспардонностью.
- Представляете? Булочник только что сказал мне, что молодой мистер Реддинг арестован.
- Лоуренс арестован? - недоуменно воскликнула Гризельда. - Это невозможно. Это какая-то идиотская ошибка.
- Никакой ошибки, мам, - заявила Мэри с каким-то злорадным ликованием. - Мистер Реддинг, он сам пришел и сдался полиции. Вчера вечером, считай уже ночью. Вошел, бросил пистолет на стол и сказал: " Это сделал я ". Прямо так и сказал.
Она посмотрела на нас обоих, решительно кивнула и удалилась, довольная произведенным эффектом. Мы с Гризельдой уставились друг на друга.
- О! Это неправда, - сказала Гризельда. - Это не может быть правдой. – заметила, что я молчу и спросила: - Лен, ты же не думаешь, что это правда?
Мне было трудно ей ответить. Я молчал, мысли кружились в моей голове.
- Он сошел с ума, - сказала Гризельда. – Определенно сошел с ума. Или… как ты думаешь, может, они вместе рассматривали пистолет, и он внезапно выстрелил?
- Это звучит как-то не правдоподобно.
- Тогда это, должно быть, какой-то несчастный случай. Потому что нет и тени мотива. Какая у Лоуренса могла быть причина, чтобы убить полковника Протеро?
Я мог бы ответить на этот вопрос вполне однозначно, но хотел, как можно дольше избегать упоминания имени Энн Протеро в этой связи. Возможно, еще есть шанс не упоминать его вовсе.
- Вспомни, они сорились, - сказал я.
- Из-за Летиции и ее купальника. Да, но это абсурд; и даже если они с Летицией тайно помолвлены, это не повод убивать ее отца.
- Мы не знаем, истинных обстоятельств дела, Гризельда.
- Ты и правда веришь в это, Лен! О! Как ты можешь! Говорю тебе, я уверена, что Лоуренс никогда бы и волоска не тронул на его голове.
- Помнишь, я говорил тебе, что встретил его прямо за воротами. Он выглядел абсолютно безумным.
- Помню, но… О! Это невозможно.
- И часы, - продолжил я. - Это объясняет загадку с часами. Лоуренс мог перевести стрелки на 6:20, чтобы обеспечить себе алиби. Ты же видишь, как инспектор Слак попался на эту удочку.
- Нет, Лен. Лоуренс знал, что часы спешат. Н частенько повторял: "Викарий всегда успевает вовремя!" Лоуренс никогда бы не допустил ошибки и не поставил часы на 6:20. Он скорее бы перевел стрелки вперед, насколько это возможно, например, на без четверти семь.
- Он мог не знать, во сколько пришел Протеро. Или просто забыл о том, что часы спешат.
Гризельда не согласилась: - Нет, если бы ты убил кого-то, то был бы чертовски внимателен к таким вещам.
- Откуда ты можешь знать, моя дорогая, - мягко сказала я. - Ты же никого не убивала.
Прежде чем Гризельда успела ответить, поперек обеденного стола упала тень, и очень деликатный голос произнес:
- Надеюсь, я не помешала. Простите меня, но в сложившихся печальных обстоятельствах... очень печальных обстоятельствах...
Это была наша соседка, мисс Марпл. Выслушав наше вежливое «ох, что вы, что вы», она переступила порог французского окна, и я пододвинул для нее стул. Она выглядела слегка раскрасневшейся и довольно взволнованной.
- Какой ужас, не правда ли? Бедный полковник Протеро. Возможно, он и не был приятным человеком и не слишком-то пользовался популярностью, но от этого случившееся не становится менее печальным. Насколько я понимаю, его действительно застрелили в вашем кабинете?
Я подтвердил, что действительно так все и было.
- Но наш дорогой викарий в это время был не здесь? - спросила мисс Марпл у Гризельды, на что я пояснил, где я был.
- Мистер Деннис этим утром не с вами? - сказала мисс Марпл, озираясь по сторонам.
- Деннис, - ответила Гризельда, - вообразил себя доморощенным детективом. Он в восторге от того, что нашел какие-то следы на цветочной клумбе, и, как я полагаю, отправился в полицию сообщить об этом.
- Надо же, - сказала мисс Марпл. – Какая находка, не правда ли? И мистер Деннис думает, что знает, кто совершил преступление. Что ж, я полагаю, мы все думаем, что знаем.
- Вы хотите сказать, что это очевидно? - спросила Гризельда.
- Нет, дорогая, я вовсе не это имела в виду. Осмелюсь предположить, что каждый думает о ком-то своем. Вот почему так важны доказательства. Я, например, совершенно уверена, что знаю, кто убийца. Но у меня нет никаких доказательств. А в таких случаях нужно быть очень аккуратным в своих высказываниях — ложное свидетельство, так это, кажется, называется. Я решила быть предельно осторожной с инспектором Слэком. Он сообщил мне, что заедет сегодня утром, но только что позвонил и сказал, что в этом нет никакой необходимости.
- Полагаю, необходимость отпала после ареста, - сказал я.
- Ареста? - Мисс Марпл подалась вперед, ее щеки порозовели от волнения. - Я ничего не знаю про арест.
Мисс Марпл практически всегда информирована лучше нас, и я считал само собой разумеющимся, что она в курсе последних событий.
- Похоже, мы говорили о разных вещах, - сказал я. - Да, арестован Лоуренс Реддинг.
- Лоуренс Реддинг? –Мисс Марпл выглядела очень удивленной. — Вот бы не подумала...
- Я до сих пор не могу в это поверить. – взволнованно перебила ее Гризельда. – Не могу, хотя он сам в этом признался.
- Признался? - переспросила мисс Марпл. - Вы сказали, он сам признался? О, боже, я в замешательстве… в полном замешательстве.
- Я не могу отделаться от ощущения, что это был какой-то несчастный случай, - сказала Гризельда. – Ты так не думаешь, Лен? Я имею в виду, что его явка с повинной выглядит именно так.
Мисс Марпл нетерпеливо наклонилась вперед.
- Вы говорите, он сдался сам?
- Да.
- О! - воскликнула мисс Марпл с глубоким вздохом. — Я так рада, очень рада.
Я посмотрел на нее с некоторым недоумением: - Полагаю, это свидетельствует об истинном раскаянии, - сказал я.
- Раскаянии? - Мисс Марпл выглядела очень удивленной. - О! Но, конечно же дорогой! Дорогой викарий, вы ведь не думаете, что он действительно виновен?
Пришла моя очередь вытаращить глаза.
- Но поскольку он признался...
- Вот именно! Это-то все и подтверждает, не так ли? Я имею в виду то, что он не имеет к убийству никакого отношения.
- Позвольте, - ответила я. - Может, я совсем бестолковый, но я не понимаю, почему это должно все подтверждать. Я не понимаю, какой смысл говорить, что вы совершили убийство, если вы его не совершали.
- О, конечно же, есть причина, - сказала мисс Марпл. - Естественно. Всегда есть причина, не так ли? А молодые люди так горячи и так склонны верить в самое худшее.
Она повернулась к Гризельде: - Не так ли, моя дорогая?
— Я... я не знаю, - ответила Гризельда. – Я не знаю, что и подумать. Не представляю, что могло заставить Лоуренса вести себя как полного идиота.
— Если бы вы видели его лицо вчера вечером... - начала я.
- Расскажите мне, - попросила мисс Марпл.
Я рассказал, она внимательно выслушала, а когда я закончил, сказала:
- Я знаю, что довольно часто бываю весьма глупа и воспринимаю вещи не так, как следовало бы, но я правда не понимаю вас.
- Мне кажется, если бы молодой человек решился на такое ужасное злодеяние, как лишить жизни ближнего своего, он бы не выглядел после этого обезумевшим. Это было бы преднамеренное и хладнокровное действие, и, хотя убийца, конечно же, мог быть несколько взволнован и, возможно, даже мог бы допустить какую-нибудь незначительную ошибку, но я не думаю, что он впал бы в состояние такого отчаянного возбуждения, как вы описываете. Трудно представить себя на его месте, но я не могу и вообразить, что могло бы меня заставить вести себя подобным образом.
- Мы не знаем всех обстоятельств, - возразил я. - Если они повздорили, то Лоуренс вполне мог выстрелить в порыве страсти, а потом ужаснуться тому, что сотворил. Более того, я предпочитаю думать, что именно так все и произошло.
- Понимаю, дорогой мистер Клемент, мы все предпочли бы смотреть на вещи по-своему. Но в действительности мы должны принимать факты такими, какие они есть, не так ли? И на мой взгляд, те факты, что у нас есть, не поддаются той интерпретации, которую вы предлагаете. Ваша горничная определенно утверждала, что мистер Реддинг был в доме всего пару минут, чего, конечно же, недостаточно для такой ссоры, какой вы ее описываете. И опять же, насколько я понимаю, полковник был убит выстрелом в затылок, когда писал письмо — по крайней мере, так мне сказала моя горничная.
- Совершенно верно, - согласилась Гризельда. - Похоже, он писал записку, что не может больше ждать. В ней указано время 6:20, а часы упали со стола и остановились в 6:22, вот именно это нас с Леном так страшно и озадачило.
Она пояснила, что обычно эти часы спешили на четверть часа.
- Очень любопытно, - сказала мисс Марпл. - Очень, очень любопытно. Но записка мне представляется куда более любопытной. Я имею в виду...
Она остановилась и оглянулась. Летиция Протеро стояла у окна. Затем вошла, кивнула нам и пробормотала: - Доброе утро.
Она упала на стул и сказала с несвойственным ей оживлением: - Я слышала, они арестовали Лоуренса.
- Да, - ответила Гризельда. – Это был шок для нас.
- Никогда бы не подумала, что кто-то может убить отца, - сказала Летиция. Она явно гордилась тем, что не позволяет вырваться наружу ни малейшему намеку на горе или волнение. - Я уверена, многие хотели бы этого. Иногда я и сама хотела его убить.
- Может быть, ты хочешь поесть или выпить что-нибудь, Летиция? - спросила Гризельда.
- Нет, спасибо. Я просто зашла посмотреть, нет ли у вас моего беретика — такой забавный, маленький, желтый. Кажется, я оставила его в кабинете викария на днях.
- Если ты его оставила, значит он все еще там, - успокоила ее Гризельда. - Мэри никогда и ничего не убирает.
- Пойду посмотрю, - сказала Летиция, вставая. – Извините, что побеспокоила, но, кажется, я растеряла все свои шляпки.
- Боюсь, у тебя не получится, - заметил я. - Инспектор Слак запер кабинет на замок.
- О! Какая скукотища. А мы не можем забраться туда через окно?
- Боюсь, что нет. Оно заперто изнутри. И тебе не кажется, Летиция, что желтый берет тебе сейчас мало чем поможет?
- Вы имеете ввиду траур и все такое? Мне плевать на траур. По-моему, это ужасная архаика. Это из—за Лоуренса, досадный пустяк … да, досадный пустяк.
Она застыла и стояла, рассеянно хмурясь.
- Я полагаю, это все из-за меня и моего купального костюма. Так глупо, все это...
Гризельда открыла было рот, чтобы что-то сказать, но по какой-то необъяснимой причине закрыла его обратно.
На губах Летиции появилась странная улыбка.
- Думаю, - тихо сказала она, - пойду-ка я домой и расскажу Энн про арест Лоуренса. – и вышла через окно.
Гризельда повернулась к мисс Марпл. - Почему вы наступили мне на ногу?
Пожилая леди улыбнулась: - Я думала, вы собираетесь ей что-то сказать, моя дорогая. Но зачастую гораздо лучше позволить всему идти своим чередом. Знаете, я думаю, что этот ребенок и вполовину не так рассеян, как пытается казаться. У нее в голове есть совершенно определенная идея, и она следует ей.
Мэри оглушительно постучала в дверь и тут же тяжеловесно возникла на пороге столовой.
- Что такое? - спросила Гризельда. - И, Мэри, когда ты запомнишь, что не нужно стучать в двери? Я говорила тебе об этом множество раз.
- Я подумала, что вы, возможно, заняты, - ответила Мэри. - Здесь полковник Мельчетт. Хочет видеть хозяина.
Полковник Мелчетт - главный констебль графства. Я тут же встал.
- Я подумала, что вам не понравится, если я оставлю его в холле, поэтому провела его в гостиную, - продолжала Мэри. – Я могу убирать?
- Пока нет, - ответила Гризельда. - Я позову.
Она отвернулась к мисс Марпл, и я вышел из комнаты.
Глава 07
Полковник Мельчетт был элегантным невысоким мужчиной с привычкой фыркать внезапно и непредсказуемо. У него были рыжие волосы и довольно проницательные ярко-голубые глаза.
- Доброе утро, викарий, - сказал он. - Скверное дело, да? Бедный старина Протеро. Не то чтобы он мне нравился. Если уж на то пошло, он никому не нравился. И для вас скверная работенка. Надеюсь, это не расстроило вашу жену?
Я сказал, что с Гризельдой все в порядке.
- Вот и прекрасно. Отвратительно, когда такие вещи происходят в твоем собственном доме. Должен сказать, молодой Реддинг весьма удивил меня… такое створить. Никакого уважения к чувствам окружающих.
Меня охватило непреодолимое желание рассмеяться, но полковник Мельчетт, очевидно, не видел ничего необычного в том, чтобы убийца проявлял уважение к чьим-либо чувствам, и я сдержался.
- Должен сказать, я был весьма озадачен, когда услышал, что парень явился в полицию с повинной, - продолжил полковник Мельчетт, опускаясь на стул.
- Как именно это произошло? (реплика викария)
- Вчера вечером. Около десяти. Какой-то парень вваливается в участок, бросает пистолет и заявляет: "Это я. Я сделал это". Вот так запросто.
- Что он сказал об этом деле?
- Почти ничего. Его, естественно, предупредили, о даче показаний и все такое. Но он только рассмеялся. Заявил, что пришел повидаться с вами, а нашел Протеро. Слово за слово, они сцепились, и он застрелил его. О чем ссора – не говорит. Послушайте, Клемент, только между нами, вы что—нибудь знаете об этом? До меня доходили слухи, что ему отказали от дома и все такое. С чего бы? — он соблазнил дочь или что? Мы не хотим втягивать девушку во все это больше, чем это необходимо для всеобщего блага. Проблема в ней?
- Нет, - ответил я. – Поверьте мне на слово, причина совсем не в этом, но в настоящий момент я не могу сказать ничего больше.
Он кивнул и поднялся.
- Рад это слышать. Столько разговоров. В этой части света слишком много женщин. Что ж, мне пора идти. Нужно еще повидаться с Хейдоком. Его вызвали по какому-то делу, но, полагаю, он уже должен вернуться. Не скрою, мне жаль Реддинга. Он всегда казался мне приличным парнем. Надеюсь, придумают для него какую-нибудь линию защиты. Последствия войны, контузия, что-нибудь такое. Особенно если внятного мотива таки не обнаружится. Пойду. Не хотите составить мне компанию?
Я поспешил сказать, что с радостью, и мы вышли вместе.
Дом Хейдока следующий за моим. Нас встретил слуга, сказал, что доктор только что вошел, и проводил в столовую, где Хейдок, сидя за столом, поглощал дымящуюся яичницу с беконом. Он приветствовал меня дружелюбным кивком.
- Извините, мне пришлось уйти. Роды. Почти всю ночь не спал – занимался вашим делом. У меня для вас есть пуля.
Он пододвинул к нам маленькую коробочку. Мельчетт внимательно изучил ее содержимое.
- Двадцать пятый калибр?
Хейдок кивнул. - Технические подробности я приберегу для коронеров, - сказал он. - Все, что вам нужно знать, это то, что смерть наступила практически мгновенно. Нелепый юный дурачина, зачем он это сделал? Кстати, удивительно, что никто не слышал выстрела.
- Да, - поддержал Мельчетт, - для меня это тоже неожиданность.
- Окно в кухне выходит на другую сторону дома, - пояснил я. - Если двери кабинета, кладовой и кухни закрыты, сомневаюсь, что можно что-нибудь услышать, а в тот момент в доме никого не было, кроме горничной.
- Хм, - фыркнул Мельчетт. - Все равно, странно. Удивительно, что старая леди — как ее, Марпл, — не слышала этого. Окно в кабинете было открыто.
- Возможно, она и слышала, - сказал Хейдок.
- Не думаю, - заметил я. - Она только что была у нас и ничего такого не говорила, хотя, я уверен, если бы ей было что сказать, она бы не промолчала.
- Может, услышала и не обратила внимания — подумала, что это машина стреляет выхлопными газами.
Поразительно, но этим утром Хэйдок выглядел гораздо более жизнерадостным и бодрым. Он был похож на человека, который, следуя приличиям, старательно пытается подавить свое необычно хорошее настроение.
- А как насчет глушителя? - добавил он. – Очень даже вероятно. В таком случае, никто ничего бы и не услышал.
Мельчетт покачал головой.
- Слэк не нашел на месте преступления ничего подобного, кроме того, он спрашивал Реддинга. Реддинг сначала его не понял, а потом категорически заявил, что не использовал ничего подобного. Полагаю, нет причин ему не верить.
- Да уж, дьявол его побери.
- Чертов молодой дурак, - сказал полковник Мельчетт. - Извини, Клемент. Но по-другому не скажешь! Никак не могу привыкнуть к тому, что он убийца.
- А мотив? - спросил Хейдок, делая последний глоток кофе и отодвигая от стола свой стул.
- Говорит, что они поругались, он вышел из себя и застрелил его.
- Надеется, что сойдет за непредумышленное убийство, да? - Доктор покачал головой. - Его история и гроша ломанного не стоит. Подкрался сзади, пока тот писал, и прострелил ему голову. Какая уж тут ссора.
- В любом случае, у него не было бы времени на ссору, - сказал я, вспомнив слова мисс Марпл. - Подкрался, застрелил, перевел стрелки часов обратно на 6:20 и опять ушел, это заняло бы у него все время. Я никогда не забуду выражение его лица, когда мы встретились у калитки, и то, как он сказал: "Протеро? вы собираетесь увидеться с Протеро? О, вы обязательно увидите Протеро." Это само по себе должно было заставить меня заподозрить, что всего несколько минут назад, произошло что-то неладное.
Хейдок уставился на меня.
— Что вы имеете в виду, когда говорите «всего несколько минут назад»? Как вы думаете, когда Реддинг застрелил его?
- За несколько минут до того, как я добрался до дома.
Доктор отрицательно покачал головой.
- Невозможно. Совершенно невозможно. Он был мертв задолго до этого.
- Но, дорогой мой, - воскликнул полковник Мельчетт, - вы же сами сказали, что полчаса - это приблизительно.
— Полчаса, тридцать пять минут, двадцать пять минут, двадцать минут - возможно, но меньше - нет. Тело было еще теплым, когда я добрался до него.
Мы уставились друг на друга. Хейдок вдруг сошел с лица. Он внезапно посерел и постарел. Я был поражен этим преображением.
- Но, послушайте, Хейдок. - Полковник обрел дар речи. — Если Реддинг утверждает, что стрелял в него без четверти семь...
Хейдок вскочил на ноги.
- Говорю вам, это невозможно, - прорычал он. - Если Реддинг утверждает, что убил Протеро без четверти семь, значит, Реддинг лжет. Черт возьми, говорю же вам, я врач, и я знаю. Кровь уже начала сворачиваться.
- Если Реддинг лжет, - начал Мельчетт. Замолчал и покачал головой, обдумывая услышанное. - Нам лучше пойти в полицейский участок и допросить его, - наконец закончил он.
Глава 08
Всю дорогу в полицейский участок мы молчали. В какой-то момент Хейдок немного отстал и прошептал мне: - Знаете, мне это не нравится. Совсем не нравится. Здесь есть что-то, чего мы не понимаем.
Он выглядел крайне обеспокоенным и недовольным.
Инспектор Слак был на месте, и вскоре мы оказались лицом к лицу с Лоуренсом Реддингом.
Он выглядел бледным и напряженным, но при этом был совершенно спокоен — удивительно спокоен, как мне показалось, учитывая обстоятельства. Мельчетт фыркал и что-то бурчал себе под нос, явно нервничая.
- Послушайте, Реддинг, - сказал он, - насколько я понимаю, вы дали признательные показания инспектору Слаку. Вы утверждаете, что пришли в дом Викария примерно без четверти семь, застали там Протеро, поссорились с ним, застрелили и ушли. Я не буду вам это перечитывать, но суть такова.
- Да.
- Я собираюсь задать вам несколько вопросов. Вас предупредили, что вы можете не отвечать, если не хотите. Ваш адвокат...
Лоуренс перебил его. - Мне нечего скрывать. Это я убил Протеро.
- Ах! Ну хорошо... — Мельчетт фыркнул. - Как случилось, что у вас с собой был пистолет?
Лоуренс смешался на мгновение. - Он лежал у меня в кармане.
- Вы взяли его с собой в дом Викария?
- Да.
- Зачем?
- Я всегда ношу его с собой.
Перед тем, как ответить, он опять замешкался, и я был абсолютно уверен, что он говорит неправду.
- Почему вы перевели часы назад?
- Часы? - Он казался озадаченным.
- Да, стрелки показывали 6:22.
Испуг отразился на его лице.
- Ах! Это…да. Я…я перевел их.
Неожиданно вмешался Хейдок.
- Где вы прострелили полковника Протеро?
- В кабинете, в доме Викария".
- Я имел в виду, какую часть тела?
- О!.. Я… в голову. Да, в голову.
- Вы не уверены?
- Если вы знаете сами, не понимаю, зачем нужно спрашивать меня. Его ответ прозвучал слабой претензией на браваду. Снаружи послышался какой-то шум. Вошел констебль без шлема и протянул мне какую-то записку.
- Для викария. Написано "очень срочно".
Я развернул ее и прочитал вслух: - "Прошу вас, умоляю, приходите. Я не знаю, что делать. Это все так ужасно. Мне нужно кому-нибудь рассказать. Пожалуйста, приходите немедленно, можете взять с собой кого пожелаете. — ЭНН ПРОТЕРО».
Я бросил на Мельчетта многозначительный взгляд. Он меня понял. Мы вышли все вместе. Оглянувшись через плечо, я мельком увидел лицо Лоуренса Реддинга. Его взгляд был прикован к записке в моей руке, едва ли мне приходилось когда-либо видеть столь ужасное выражение тоски и отчаяния на лице человека.
- Доброе утро, - поздоровался Мельчетт. - Пожалуйста, попросите горничную миссис Протеро передать ей, что мы здесь и хотели бы ее видеть, а сами возвращайтесь ответить на несколько вопросов.
Дворецкий поспешил прочь и вскоре вернулся с известием, что передал сообщение.
- А теперь давайте послушаем кое-что о вчерашнем дне, - сказал полковник Мельчетт. – Во время ланча ваш хозяин был дома?
- Да, сэр.
- И в привычном настроении?
- Насколько я мог судить, да, сэр.
- Что произошло после этого?
- После ланча миссис Протеро пошла прилечь, а полковник отправился в свой кабинет. Мисс Летиция уехала на партию в теннис на кабриолете. В половине пятого полковник и миссис Протеро спустились в гостиную выпить чаю. На пять тридцать была заказана машина, чтобы отвезти их в деревню. Сразу после их отъезда позвонил мистер Клемент, — он поклонился мне, — я сказал ему, что они выехали.
- Хм, - сказал полковник Мельчетт. - Когда мистер Реддинг был здесь в последний раз?
- Во вторник днем, сэр.
- Как я понимаю, между ними были разногласия?
- Полагаю, что да, сэр. Полковник отдал мне распоряжение, не впускать мистера Реддинга в будущем.
- Вы случайно не подслушали, о чем была ссора? – без обиняков спросил полковник Мельчетт.
- У полковника Протеро, сэр, был очень громкий голос, особенно когда он повышал его в гневе. Я невольно услышал несколько слов.
- Достаточно, чтобы понять причину спора?
- Как понял, сэр, что это было связано с портретом, который писал мистер Реддинг, — портретом мисс Летиции.
Мельчетт хмыкнул.
- Вы видели мистера Реддинга, когда он уходил?
- Да, сэр, я проводил его.
- Он выглядел рассерженным?
- Нет, сэр, если можно так выразиться, он выглядел скорей довольным.
- А! И вчера он к вам не приходил?
- Нет, сэр.
- Кто-нибудь другой приходил?
- Не вчера, сэр.
- Хорошо, а за день до этого?
- Днем приходил мистер Деннис Клемент. Некоторое время пробыл доктор Стоун. А вечером заходила дама.
- Дама? - Мельчетт был удивлен. – Что за дама?
Дворецкий не запомнил ее имени. Это была дама, которую он раньше не видел. Да, она представилась, и когда он сообщил ей, что семья ужинает, сказала, что подождет. После чего он проводил ее в малую гостиную.
Она интересовалась полковником Протеро, а не миссис Протеро. Он передал полковнику, и тот направился в малую гостиную сразу после ужина.
Как долго пробыла эта дама? Он полагает, около получаса. Полковник сам ее проводил. Ах да, он вспомнил ее имя. Даму звали миссис Лестрейндж.
Вот это был сюрприз.
- Любопытно, - сказал Мельчетт. - Очень любопытно.
Но мы не успели развить эту тему, поскольку в этот момент пришло известие, что миссис Протеро готова принять нас.
Энн встретила нас в постели. Лицо ее было бледным, а глаза блестели. Ее взгляд озадачил меня — в нем была какая-то мрачная решимость. Она обратилась ко мне.
- Спасибо, что откликнулись так быстро, - сказала она. - Я вижу, вы поняли, что я имела в виду, когда написала, что вы можете взять с собой кого пожелаете. – она замолчала и после паузы продолжила: - Лучше покончить с этим побыстрее, не так ли? - На ее лице появилась слабая, почти жалкая улыбка. - Полагаю, это вам я должна сделать признание, полковник Мельчетт. Видите ли, это я убила своего мужа.
— Моя дорогая миссис Протеро... – мягко начал полковник Мельчетт.
- О! Это абсолютная правда. Наверное, я говорю об этом слишком просто, но мне не свойственно впадать в истерики. Я уже давно его ненавидела, а вчера застрелила.
Она откинулась на подушки и закрыла глаза.
- Это все. Я полагаю, вы должны арестовать меня и забрать отсюда. Я встану и оденусь, как только смогу. Сейчас же я чувствую себя разбитой.
- Известно ли вам, миссис Протеро, что мистер Лоуренс Реддинг уже признался в совершении преступления?
Энн открыла глаза и решительно кивнула. - Известно. Глупый мальчик. Он безумно влюблен в меня, вы понимаете. Это невероятно благородно с его стороны, но так же глупо.
- Он знал, что это вы совершил преступление?
- Да.
- Как он узнал?
Она смутилась.
- Вы сами рассказали ему?
Она все еще колебалась. Затем, наконец, решилась: - Да, это я сказала ему... – она раздраженно передернула плечами. - Вы можете оставить меня? Я сказала вам все, что хотела и больше не хочу говорить об этом.
- Где вы взяли пистолет, миссис Протеро?
- Пистолет! О! Моего мужа. Я взяла его из ящика в его туалетном столика.
- Понимаю. И вы взяли его с собой в дом Викария?
- Да. Я знала, что он будет там...
- В котором часу это было?
- Должно быть, это было после шести… двадцать минут… что-то вроде этого.
- Вы взяли с собой пистолет, намереваясь застрелить своего мужа?
- Нет, я... я брала его для себя.
- Понимаю. И вы пошли в дом Викария?
- Да. Я подошла к окну. Было тихо. Я заглянула внутрь и увидела своего мужа. Внезапно что-то нашло на меня - и я выстрелила.
- А потом?
- Потом? О! Я ушла.
- И рассказали мистеру Реддингу, что сделали?
Я снова уловил неуверенность в ее голосе: - Да.
- Кто-нибудь видел, как вы входили в дом Викария или выходили из него?
- Нет… по крайней мере… да. Мисс Марпл. Я перекинулась с ней парой слов. Она была у себя в саду. – Энн Протеро беспокойно заерзала на подушках. – Может быть, достаточно? Я уже все сказала. Почему вы продолжаете меня мучать?
Доктор Хейдок подошел к ней и проверил ее пульс. Он подозвал Мельчетта.
- Я побуду с ней, - прошептал он, - пока вы займетесь необходимыми формальностями. Ее нельзя оставлять одну. Она может что-нибудь сделать с собой.
Мельчетт кивнул.
Мы вышли из комнаты и спустились по лестнице. Я заметил, как из соседней комнаты вышел худой, похожий на мертвеца мужчина, и, повинуясь внезапному порыву, я снова поднялся по лестнице.
- Вы камердинер полковника Протеро?
Мужчина выглядел удивленным. - Да, сэр.
- Вы не знаете, был ли где-нибудь у вашего покойного хозяина пистолет?
- Насколько мне известно, нет, сэр.
- Может быть, в каком-нибудь из ящиков его туалетного столика? Подумайте.
Камердинер решительно покачал головой.
- Совершенно определенно, нет, сэр. Я бы обязательно увидел, если бы он был. Уверяю вас, сэр.
Я поспешил вниз по лестнице вслед за остальными.
Миссис Протеро солгала. Почему?
Глава 09
Оставив сообщение в полицейском участке, главный констебль объявил о своем намерении нанести визит мисс Марпл.
- Вам лучше пойти со мной, викарий, - сказал он. – Чтобы часом я не довел кого-нибудь из вашей паствы до истерического припадка. Ваше присутствие, полагаю, окажет успокаивающе воздействие.
Я улыбнулся. Уж кто-кто, а мисс Марпл, несмотря на хрупкую внешность, вполне способна постоять за себя перед любым полицейским или главным констеблем.
- Как она? - спросил полковник, когда мы позвонили в дверь. – Что-нибудь из того, что она говорит, заслуживает внимания или так себе?
Я подумал, прежде чем ответить: - Полагаю, на ее слова вполне можно положиться, - осторожно заметил я. – По крайней мере тогда, когда она говорит о том, что видела сама. В остальном же, когда речь заходит о том, что она думает… ну, это, конечно же, совсем другое дело. У нее богатое воображение, и она склонна предполагать все самое худшее в каждом.
- Понятно, типичная старая дева, - со смешком сказал Мельчетт. - Ну, мне лине знать эту породу, с моим-то опытом. Святый боже, такого наслушаешься на их чаепитиях!
Нас встретила миниатюрная горничная и проводила в небольшую гостиную.
- Тесновато, - заметил полковник Мельчетт, оглядевшись. – Но зато изрядно всяких милых безделушек. В самый раз для дамы, да, Клемент?
Я согласился, и в этот момент дверь открылась, и появилась мисс Марпл.
- Очень сожалею, что побеспокоил вас, мисс Марпл, - в грубоватой манере военного человека, начал полковник, когда я представил его. Вероятно, он считал, что это должно нравиться пожилым дамам. - Долг, знаете ли.
- Конечно, конечно, - захлопотала мисс Марпл. - Я все понимаю. Не хотите присесть? Могу я предложить вам рюмочку шерри-бренди? Собственного приготовления. Рецепт моей бабушки.
- Премного благодарен, мисс Марпл. Очень любезно с вашей стороны. Но, пожалуй, откажусь. Ни капли до обеда, таков мой девиз. Ну, а теперь давайте поговорим о нашем печальном деле — несомненно, очень печальном. Без сомнения, это событие всех нас изрядно огорчило. Может быть, принимая во внимание расположение вашего дома и сада, вы могли бы рассказать нам что-нибудь такое о вчерашнем вечере, что нам было бы полезно знать.
- Так и было, вчера с пяти часов я была в своем маленьком садике, и, конечно, оттуда... ну, просто невозможно не видеть все, что происходит у соседей.
- Как я понимаю, мисс Марпл, миссис Протеро проходила здесь вчера вечером?
- Да. Я окликнула ее, и она остановилась выразить восхищение моими розами.
- Не могли бы вы припомнить, в котором часу примерно это было?
- Я бы сказала, что это было минута или две после четверти седьмого. Да, верно. Церковные часы только что пробили четверть.
- Очень хорошо. Что произошло дальше?
- Ну, миссис Протеро сказала, что заехала за своим мужем в дом Викария, чтобы вернуться домой вместе. Она направилась дальше по дорожке, и, как вы понимаете, через заднюю калитку прошла к дому Викария и пересекла сад.
- Она шла по дорожке?
- Да, я покажу вам.
Преисполненная энтузиазма, мисс Марпл вывела нас в сад и указала на дорожку, которая проходила в глубине сада.
- Вот та тропинка напротив с турникетом ведет в Олд Холл, - объяснила она. - Именно по ней они собирались вместе вернуться домой. Миссис Протеро пришла из деревни.
- Прекрасно, прекрасно, - сказал полковник Мельчетт. - И она направилась в дом Викария, вы говорите?
- Да. Я видела, как она завернула за угол. Полагаю, она не нашла полковника, потому что почти сразу вернулась и направилась через лужайку к студии — вон то здание, которое викарий разрешил мистеру Реддингу использовать в качестве его студии.
- Понимаю. А… Вы случайно не слышали выстрел, мисс Марпл?
- В тот момент я не слышала выстрела, - ответила мисс Марпл.
- Но слышали в другой?
- Да, мне показалось, где-то в лесу был выстрел. Но прошло пять или десять минут после этого — и, как я уже сказала, выстрел был в лесу. По крайней мере, я так думаю. Это не мог быть... определенно, это не мог быть...
Она замолчала, побледнев от волнения.
- Да, да, мы еще вернемся к этому. Пожалуйста, продолжайте. Миссис Протеро спустилась к студии?
- Да, она вошла и стала ждать. Вскоре на дорожке появился мистер Реддинг, он шел из деревни, подошел к калитке дома Викария и огляделся...
- И увидел вас, мисс Марпл.
- Нет, он меня не заметил, - сказала мисс Марпл, слегка покраснев. — Потому что, видите ли, как раз в эту минуту я нагнулась, хотела вырвать один из этих противных одуванчиков, ну вы знаете. С ними одна морока. А потом он вошел в калитку и пошел в студию.
- Он не подходил к дому?
- О, нет! Он направился прямиком в студию. Миссис Протеро вышла ему навстречу, и они вместе вошли внутрь.
Мисс Марпл сделала на редкость красноречивую паузу.
- Возможно, она ему позировала? - Предположил я.
- Возможно, - согласилась мисс Марпл.
- И когда они вышли?
- Примерно через десять минут.
- Но не точно?
- Церковные часы пробили полчаса. Они вышли через садовую калитку и пошли по дорожке в направлении Олд Холла, как раз в эту минуту по ней спускался доктор Стоун, он перелез через турникет и присоединился к ним. Все вместе они направились в сторону деревни. Уже в конце тропинки к ним, по-моему, присоединилась мисс Крэм. Я не совсем уверена, но думаю, это мисс Крэм, на девушке была очень короткая юбка.
- У вас, должно быть, очень хорошее зрение, мисс Марпл, если вы видите так далеко.
- Я наблюдала за птицей, кажется, это был золотистый крапивник. Милый малыш. Перевела бинокль и случайно увидела, как мисс Крэм (если это, конечно, была мисс Крэм, хотя я думаю, что именно она), присоединилась к ним.
Аааа! Что ж, возможно, так и было, - сказал полковник Мельчетт. - А теперь, раз уж вы так наблюдательны, мисс Марпл, не обратили ли вы случайно внимания, какое было выражение лиц миссис Протеро и мистера Реддинга, когда они шли по дорожке?
- Они улыбались и разговаривали, казалось, были очень счастливы от того, что вместе, если вы понимаете, о чем я.
- Они не показались вам чем-то расстроенными или встревоженными?
- О нет! Совсем наоборот.
- Чертовски странно, - сказал полковник. – Все это чертовски странно.
Вдруг мисс Марпл затаила дыхание и тихим голосом произнесла:
- Миссис Протеро сказала, что это она убила?
- Во имя всех святых, - воскликнул полковник, - как вы догадались, мисс Марпл?
- Ну, я скорей подумала, что такое возможно. Полагаю, малышка Летиция тоже так думает. Она очень сообразительная девушка. Боюсь, не всегда щепетильна. Итак, Энн Протеро сказала, что это она убила своего мужа. Так, так. Не думаю, что это правда. Нет. Я практически уверена, что это ложь. Кто угодно, только не с такая женщина, как Энн Протеро. Хотя ни в ком нельзя быть уверенным до конца, не так ли? По крайней мере, этому меня научила жизнь. Когда она сказала его застрелила?
- В двадцать минут седьмого. Сразу после разговора с вами.
Мисс Марпл покачала головой, медленно и с сожалением. Сожаление, как мне показалось, относилось к двум зрелым мужчинам, которые были настолько глупы, что поверили в такую небылицу. По меньшей мере, так мы себя ощущали.
- Из чего она стреляла?
- Из пистолета.
- И где она нашла его?
- Принесла с собой.
- Ну, это вряд ли, - с неожиданной решительностью заявила мисс Марпл. - Могу в этом поклясться. У нее не могло быть с собой такой вещи.
- Но вы могли просто не заметить.
- Вне всяких сомнений, я должна была это заметить.
- Даже если бы пистолет был в ее сумочке.
- У нее не было сумочки.
- Ну… она могла его спрятать... э—э—э... где-нибудь на себе.
Мисс Марпл бросила на него взгляд, полный печали и презрения.
- Мой дорогой полковник Мельчетт, вы же знаете, каковы молодые женщины в наши дни. Они нисколько не стыдятся демонстрировать все, чем наделил их создатель. Она не смогла бы спрятать даже носового платка за резинкой своего чулка.
Мельчетт не сдавался.
- Но вы должны согласиться, что все сходится. Время, часы остановились на 6.22… (на шести двадцати двух)
Мисс Марпл повернулась ко мне.
- Вы еще не рассказали ему о часах?
- Что там с часами, Клемент?
Я рассказал, на что он отреагировал с изрядной долей раздражения.
- Какого черта вы не сказали об этом Слэку вчера вечером?
- Он запретил мне говорить.
- Глупости, вы должны были настоять.
- Возможно, инспектор Слак ведет себя с вами как-то иначе, чем со мной. Но лично у меня не было ни малейшего шанса настоять на чем-либо.
- Это ни в какие рамки не лезет, - сказал Мельчетт. - Если объявится кто-то третий и заявит, что это он совершил убийство, я отправлюсь прямехонько в сумасшедший дом.
- Если позволите предложить... - пробормотала мисс Марпл.
- Ну?
- Если бы вы рассказали мистеру Реддингу, что миссис Протеро призналась, и объяснили, что не верите ей. А потом, пошли к миссис Протеро и сообщили бы, что с мистером Реддингом все в порядке, —тогда, возможно, каждый из них сказал бы вам правду. А правда бывает очень полезна, хотя, смею предположить, они и сами мало что знают, бедняжки.
- Все это, конечно, очень хорошо, но они единственные, у кого есть реальный мотив покончить с Протеро.
- О, я бы так не сказала, полковник Мельчетт.
- Хмм, вы можете назвать кого-то еще?
- О, да, конечно. Хмм… — она начала загибать пальцы, - один, два, три, четыре, пять, шесть... Да, и, возможно, семь. Я могу назвать по меньшей мере семь человек, которые были бы очень рады избавиться от полковника Протеро.
Полковник с тоской посмотрел на нее.
- Семь человек? В Сент-Мэри-Мид?
Мисс Марпл с энтузиазмом кивнула: - Заметьте, я не называю имен. Это было бы неправильно. Но, боюсь, в мире достаточно зла. Такой достойный, честный и бравый солдат, как вы, полковник Мельчетт, не знает этого.
Я подумал, главного констебля сейчас хватит удар.
(Продолжение следует...)
