В статье «Буллинг, жертва буллинга и действия родителей при буллинге». Мы описали одни из наиболее распространенных конструктов формирования потенциальной жертвы буллинга внутри семьи. Определили буллинг в школе, как фильтр, через который проходит отсев работающих и не работающих способов поведения в социуме (почему применение тех или иных способов поведения не работает читайте в статье «Вред от психологии или почему знать не значит понимать?»).
Наметили основные пункты в работе с жертвой буллинга:
1. принятие чувств ребенка
2. формирование убеждения «я могу»
3. расширение арсенала стратегий поведения без прямого указания к действиям
4. переоценка взаимодействий внутри семьи, формирование личных границ.
В данной статье рассмотрим алгоритм действий родителя на примерах.
Ситуация 1. Данный способ подходит для ребят вербальных (говорящих) в возрасте от 13 лет и далее. Так как дети у детей уже формируется задатки рефлексии.
Парня обижают в школе, над ним смеются, на переменах не дают прохода, на уроке в него летят бумажки. Он реагирует на провокаторов громко, обидчики действуют тихо. Учительница обращается к родителям, с необходимостью урегулировать его отвлекающееся поведение.
Парень говорит родителям: «Они меня дразнят, кидают в меня бумажки, отпускают шуточки в мою сторону».
Родители: «И как тебе от этого?»
Парень: «Да как как? Обидно конечно, мне неприятно, вот я и говорю им, чтоб отстали».
Родители: «Еще бы, слышу, как тебе обидно, это действительно неприятно».
Парень: «А на переменах так вообще, я сижу за партой, а они подходят и еще больше пристают».
Родители: «И что ты чувствуешь?»
Парень: «Да мне вообще фиолетово! Да я им бы головы поотрывал!»
Родители: «Еще бы, я бы наверно сильно разозлился (родитель показывает, что злиться это нормально»).
Парень: «Да мне фиолетово». Отворачивается, замолкает.
Родитель: «Что бы ты хотел сделать?»
Парень: «Ничего, головы им поотрывать».
Родитель: «Да, это наверно было бы любопытно, ребята бегающие без башки (родитель нормирует состояние злости, снижая градус напряжения парня юмором)».
Парень, уже немного снизив напряжение: «Да, еще бы дал бы им пинка».
Данный диалог направлен, на снижение уровня напряжения, снять узкий фокус видения ситуации.
Далее.
Родитель: «Как ты думаешь, что тебе могло бы помочь?»
Парень: «Не знаю, они все время пристают».
Родитель: «У нас в школе была подобная ситуация, когда я учился, приставали к нему ребята, ты знаешь, когда в него кидали бумажку, парень сказал учительнице, что ребята в него кидаются, после этого те перестали». (здесь родитель расширяет арсенал стратегий действия ребенка без указания ребенку, что он должен делать).
Парень: «Не знаю думаю, они еще больше станут говорить в мой адрес».
Родители: «Скажи, ты бы хотел, чтобы я поговорил с учительницей? Или возможно есть то, что я могу для тебя сделать и помочь тебе?»
Парень: «Пока нет».
Что даёт такой диалог?
1. Нормирует состояние парня. Он понимает, что его чувства естественны нормальны. Родитель принимает его, даже когда тот находится в позиции слабого, при этом родитель не унижает достоинство парня, не делая из него беспомощного школьника.
2. Парень получает возможность снизить уровень напряжения, что уже расширяет взгляд на видение ситуации.
3. Парень получает дополнительную стратегию к действию без прямого указания к действиям, то есть выбор стратегии остаётся за ним, а именно здесь и формируется то самое «Я МОГУ».
4. Получает сигнал о наличии поддержки и возможности решить ситуацию на другом уровне при необходимости.
В случае, когда подросток замыкается, молчит, применяем техники из арт направления, например, рисунок, лепка из пластилина. Ни в коем случае не вытаскиваем из ребенка информацию клешнями «Дай помогу».
Ситуация 2.
Младший школьник, подвержен нападению сверстников. Сторонится ребят в классе, избегает контакта глазами, при нападении ребят, ложится сжимается в клубок, отпора не дает. Родителям про ситуацию не рассказывает. Родители стали свидетелями инцидента.
Первый этап. Принятие
Родитель: «Я сегодня видел, что ребята приставали к тебе, что произошло?»
Ребенок: «Ничего. Просто упал».
Родитель: «Я так сильно испугался за тебя, я переживаю за тебя».
Ребенок: «Всё нормально!». Ребенок, не хочет говорить, демонстрирует родителю свой отказ обсуждать ситуацию. Родитель останавливается в попытке помочь, тем самым отражает уважение границ, потребности ребенка в его выборе.
Второй этап. Нормирование.
Находясь дома, в комфортной обстановке, располагая временем, родитель может достать предметы, с которыми ребенок любит играть, например, игрушки, пластилин, карандаши. Родитель предлагает: «Давай поиграем?». Приглашает ребенка. Родитель усаживается рядом, а еще лучше оба ложатся на полу, где родитель МОЛЧА наблюдает за ребенком, только немного поддерживая деятельность ребенка и слушает. Ребенок проигрывает ситуацию наиболее актуальную для него. Если это эпизод с побоями, ребенок будет его проигрывать, где родитель в качестве слушателя, только смотрит и подтверждает «ага».
Так ребенок может проигрывать эпизод несколько дней, тем самым нормируя ситуация в своем сознании, снижая уровень напряжения от происшествия.
В большинстве случаев, подобного нормирования вполне бывает достаточным. Так как основная причина буллинга и есть внутреннее напряжение, которое в процессе игры снижается, тем самым ребенок перестаёт быть мишенью для буллинга. Дети не слушают словами, дети чувствуют. Дети, подростки считывают состояние человека напротив. Действия детей направлены на то, чтобы разрядить чувство напряжения. То есть, когда агрессор буллинга, нападает на жертву буллинга, тем самым он разряжает внутреннее напряжение жертвы. Если человек напротив спокоен, для агрессора буллинга теряется потребность разрядить жертву.
Однако стоит учесть, что подобный сценарий работает на начальных стадиях буллинга. В случае длительного буллинга, агрессор выучивает путь собственной разрядки, где жертва становится предметом разрядки, в случае если жертва буллинга уже нормирована, то агрессор приходит разряжаться по старой памяти. В таком случае, смена действий жертвы буллинга потенциально переводит направленность разрядки агрессора в другую сторону, где уже стоит задача работы с агрессором о перенаправлении его энергии. Так как сказать агрессору «стоп», подавить его направленность: «Так делать нельзя» имеет эффект временный, сжатой пружины. Отсюда требуется и работа с агрессором. В случае, когда агрессора оставляют без внимания, а зачастую происходит именно так (агрессорами чаще всего становятся дети, росшие без теплоты, в жестких условиях), жертве буллинга потребуется дать более яркий маркер «СТОП», который остановит действия агрессора и для агрессора возникнет необходимость искать другой слив напряжения.
Третий этап. Расширение стратегий способов поведения. (при необходимости)
После того как напряжение нормировано, родитель смотрит на игру ребенка, задавая направление к формированию новых стратегий вопросами:
· Как он себя чувствует? (главный герой)
· Что бы он хотел?
· Что бы могло ему помочь?
· Подключение к игре волшебника, персонажа, который поддерживает главного героя (важен плавный вход нового персонажа, естественность его появления)
· Персонаж рассказывает, как было в его жизни, что он делал, что ему помогало, что нет. (косвенная подача новых видов поведения)
· Вопросы к герою, чтобы могло подойти ему?
Тем самым ребенок получает поддержку, расширение стратегий к действию.
Очень важно! Мы не даем третий этап в случае, если видим, что у ребенка на втором этапе ушла необходимость проигрывать буллинг. Так как дети до 10, а то и до 12 лет сиюминутны, что значит, для них то, что было пару мин назад, уже прошло, теперь имеет значение другое.
Это взрослый помнит и знает о буллинге ежеминутно. Это для взрослого ситуация буллинга как красная точка, которую надо решить. Взрослые фиксируются на ситуации, возвращаясь к ней вновь и вновь, тем самым еще больше её акцентируя, оставаясь в ней.
Дети устроены по-другому. Они отыграли и двигаются дальше. Нет акцента. Для детей будет иметь значение то, на чем сформирован акцент ВЗРОСЛОГО.
Так, взрослый попытками помочь, выработать действия, чтобы больше не попадать в ситуацию буллинга, каждый раз возвращает ребенка в прежнее состояние, где уже происходит фиксация ребенка на его проблемности. И теперь он испытывает то самое состояние напряжение, которое так и ждет агрессор.
Поэтому, ориентируемся на ребенка и только на ребенка. Родители же чаще всего смотрят на ребенка и видят в нём свои страхи. Разделяем родительские страхи от детских вопросами: «Как дела?», «Как твое настроение?», «Как день прошел?». Слушаем, что отвечает ребенок без интерпретаций: у него взгляд грустный, он замученный какой-то и т.д.
Вопросы плана: «Тебя в школе не обижали/ обижали?», «Сегодня этот мальчик/девочка (обидчики) тебе что-то говорили?», «Сегодня тебя на перемене трогали?» - все эти вопросы опять же направлены на погружение в буллинг. Ребенок, мог об этом и не думать, но теперь он выучивается думать об этом и следить за действиями других, что опять же вызывает напряжение.
Четвертый этап. Формирование границ внутри семьи.
Ориентируемся на ребенка, учитываем то, что он может делать сам. Даём действовать самостоятельно. Только чувство «Я могу сам», собственная деятельность формирует чувство уверенности в себе. Когда ребенок видит, что родитель слышит его, признает значимость действий, чувствует, что имеет право выбирать, тем самым он впитывает в себя нормы «отношения к себе». Если же ребёнок раз за разом должен подчиняться родителю, соответственно отношения подчинения для него и становится выученной.
Дети учатся у родителей. Именно отсюда важно взаимодействие родителей на уровне супружеской сферы.
В телеграм канале практической психологии «А Лена сказала», Вы найдете: рекомендации, практические задания для взаимодействия в паре «мужчина и женщина».
Дополнительные статьи о взаимоотношениях в семье, отношения супругов, детско-родительские вопросы читайте на сайте B17 Брызгалова Елена.
Запись на консультацию к семейному психологу Брызгалова Елена Васильевна 89932763328 (ватсап, телеграм, макс).
Психолог в Москве на Беговой кабинет
Психолог в Москве рядом с Мякинино встреча в ТЦ «Вегас»
Психолог в Москве в Строгино кабинет в КЦ «Строгино»
Психолог в Москве на Щукинской встреча в ТЦ «Щука».