— Дура ты, Анька! — кричала мать в трубку. — Мужик деньги в дом приносил, не пил, не бил! Подумаешь, погулял немного! Все гуляют! Надо было мудрее быть, промолчать, похудеть, приласкать! Где ты теперь такого мужика найдешь? Останешься разведенкой с двумя прицепами! Кому ты нужна со своими пацанами?!
***
Дмитрий любил повторять, что настоящая семья — это когда в доме много детей. Именно из-за желания мужа Анна, едва успев восстановиться после первых родов, снова забеременела вторым. Так на свет с разницей в год и два месяца появились их сыновья Артем и Миша. Мальчишки-погодки, два неиссякаемых источника энергии, крика, слез и бесконечных забот.
Когда Анна только вышла замуж, разговоры о детях звучали как очень красивая сказка. И ее собственная мать Светлана Ивановна, и свекровь в один голос говорили: "Рожайте, детки! Мы еще здоровые, сил полно, будем нянчиться с внуками с утра до вечера!".
Но реальность оказалась не совсем такой, как представляла себе Аня. Как только она погрузилась в изматывающий мир пеленок, колик, прорезывающихся зубов и бессонных ночей, обе бабушки технично избегали общения с внуками.
У свекрови внезапно обнаружилась острая потребность в дачном отдыхе и санаториях, а Светлана Ивановна заявила, что у нее "своя жизнь и она еще молодая, чтобы круглосуточно сидеть с внуками". Их помощь свелась к дежурным звонкам несколько раз в месяц и умильным вздохам над фотографиями подрастающих внуков в социальных сетях.
В итоге Анна осталась с двумя младенцами один на один. Ее жизнь превратилась в бесконечный день сурка. Пока Дмитрий строил карьеру, самоутверждался в социуме и рос в должности, Анна деградировала до уровня обслуживающего персонала. Мальчишки подрастали, и к трем годам младшего их дуэт был способен разнести квартиру за каких-то пятнадцать минут.
Анна перестала принадлежать себе. Гормональный сбой после двух родов, хронический недосып, стресс и привычка доедать за детьми сделали свое дело. Она располнела и осунулась. В зеркале на нее смотрела уставшая, побледневшая женщина с потухшим взглядом и небрежным хвостом на голове.
Разлад в семье не был внезапным. Дмитрий все чаще стал задерживаться на работе. Сначала были оправдания в виде квартального отчета и важных переговоров, а затем — муж и вовсе перестал что-либо объяснять.
Когда Дмитрий все-таки появлялся дома, он приносил в квартиру аромат дорогого парфюма, свежего морозного воздуха, безразличие и раздражение. Разговоры между супругами почти пропали, уступив место бесконечным упрекам и скандалам.
Дмитрий, одетый с иголочки, с идеальной стрижкой, брезгливо морщился, глядя на жену в застиранных домашних штанах.
— Аня, ты бы хоть в порядок себя привела, — цедил супруг сквозь зубы, отодвигая тарелку с ужином. — На тебя же смотреть противно. Ты видела, во что ты превратилась? И что это за еда? Вчерашнее рагу? Я работаю как проклятый, неужели я не заслужил нормального ужина? Ты весь день дома!
Анна глотала слезы обиды. Она хотела крикнуть ему, что сегодня Миша весь день температурил, а Артем разбил стакан и порезал осколком ногу, что она не присела ни на секунду с шести утра. Но жена молчала. Аня плакала по ночам в ванной, включив воду, чтобы никто не слышал ее всхлипов.
Она судорожно искала в интернете самые разные диеты, пыталась заниматься дома, пока дети спали, читала статьи на тему "Как вернуть страсть в отношения". Анне казалось, что проблема исключительно в ней. Если она станет лучше, удобнее, красивее — Дима снова будет относиться к ней, как было прежде. Но с каждым днем становилось только хуже. Пропасть между супругами становилась все больше.
В один обычный ноябрьский вечер Дмитрий пришел домой непривычно рано. Он не стал проходить на кухню, остановился в прихожей, снял пальто и посмотрел на супругу холодным и отстраненным взглядом.
— Присядь, — бросил он. — Нам нужно серьезно поговорить.
Анна опустилась на пуфик, чувствуя, как внутри все леденеет.
— Я ухожу от тебя, подаю на развод, — безразлично произнес Дмитрий. — Я так больше не могу. Ты превратилась в клушу. Мне с тобой скучно, мне за тебя стыдно. Я люблю другую женщину. Она дает мне то, чего я никогда не получал от тебя — вдохновение и легкость.
"Легкостью" оказалась Лера — новенькая ассистентка отдела продаж, появившаяся в компании Дмитрия полгода назад. Лере было двадцать два года. Разница в десять лет. У нее были наращенные ресницы, упругое тело, ни одной растяжки на животе, ни одного кредита и абсолютно никаких обязательств. Кроме того она не просила купить подгузники и не плакала ночами от усталости.
Но самым поразительным в речи Дмитрия было не признание в измене. Самым поразительным был его финальный пассаж. Он театрально вздохнул, поправил манжеты рубашки и с видом невероятного благодетеля произнес:
— Я не хочу оставлять мать своих детей на улице. Я мужчина и поступлю благородно. Квартиру я оставлю тебе и детям. Живите, а я заберу только свои личные вещи и машину.
У Анны отвисла челюсть. Сквозь пелену шока и боли пробился нервный, истерический смешок.
— Дима... — тихо сказала она. — Ты в своем уме? Что ты тут мог оставить? Это же моя квартира, мне ее дедушка отписал по дарственной еще до нашего знакомства. Ты физически не можешь ее у меня забрать...
Лицо Дмитрия на секунду дрогнуло, но он быстро взял себя в руки, буркнул что-то о ее вечной неблагодарности, собрал чемодан со своими вещами и ушел в новую, легкую жизнь без детских криков и уставшей жены.
Бракоразводный процесс стал для Анны точкой разочарования не только в муже, но и вообще в людях. То, что она увидела в коридоре, больше походило на дурную комедию.
Дмитрий явился на суд не один. Его сопровождала группа поддержки: свекровь, которая презрительно поджимала губы, глядя на бывшую невестку, и та самая Лера. Молодая разлучница стояла, вцепившись длинными ногтями в локоть Дмитрия, и смотрела на Анну с откровенным превосходством победительницы. Свекровь громко, чтобы все слышали, рассказывала Лере, как ей повезло с Димочкой и как долго он страдал рядом с "этой неряхой".
Анна не стала устраивать скандалов. Она пять лет в одиночку тянула на себе быт и двоих мальчишек, она перестала чего-либо бояться. Закон был на ее стороне.
Поскольку квартира не подлежала разделу, делить пришлось совместные сбережения, которые Дмитрий копил на своих счетах, утаивая часть зарплаты. Сумма оказалась весьма солидной. По закону все финансы, нажитые в браке, были разделены ровно пополам.
Когда судья огласил решение, лицо Дмитрия пошло красными пятнами. Он был искренне возмущен тем фактом, что половина его кровно заработанных денег уходит женщине, которая "пять лет сидела на его шее и ничего не делала". Лера недовольно надула губы, понимая, что поездка на Бали, видимо, откладывается, а свекровь и вовсе перешла на проклятия. Анна молча забрала документы, вышла на улицу и вдохнула полной грудью.
Она была свободна.
Вернувшись домой, в непривычно тихую квартиру (дети были в саду), Анна заварила крепкий чай и села за кухонный стол. Нужно было решать, как жить дальше. Алименты Дмитрий будет платить с "белой" части зарплаты, а она была смехотворной. Разделенных денег хватит на какое-то время, но у нее двое растущих сыновей.
Нужна работа, желательно прибыльная и со свободных графиков. Ведь мальчишки часто болели. Возвращаться на старую работу офис-менеджером после пяти лет декрета не имело смысла — зарплата едва покроет оплату продуктов и проезды.
И тут снова отличилась родная мать Анны. Светлана Ивановна, узнав о разделе имущества и окончательном разводе, устроила дочери грандиозный скандал по телефону.
— Дура ты, Анька! — кричала мать в трубку. — Мужик деньги в дом приносил, не пил, не бил! Подумаешь, погулял немного! Все гуляют! Надо было мудрее быть, промолчать, похудеть, приласкать! Где ты теперь такого мужика найдешь? Останешься разведенкой с двумя прицепами! Кому ты нужна со своими пацанами?!
Анна молча повесила трубку и добавила номер матери в черный список... пока что на неделю. Это стало последней каплей. Она поняла, что в этом мире может рассчитывать только на себя.
Анна приняла решение, которое многим показалось бы легкомысленным: взяла часть денег и вложила их в свое образование. Анна записалась на топовые курсы по аппаратному маникюру и педикюру, закупила качественное оборудование, мощную вытяжку, сухожар для стерилизации и лучшие материалы.
Первые месяцы были непростыми. Она тренировала полученные навыки на моделях, что приходили бесплатно по объявлению. Анна организовала рабочее место прямо дома, на утепленной лоджии. Первыми клиентками стали мамочки с детской площадки. Оказалось, что у Анны отличное видение готового результата и легкая рука. Сарафанное радио сработало мгновенно.
Через год поток клиентов вырос и надо было что-то менять. Анна рискнула и сняла небольшое, но светлое помещение в соседнем торговом центре. Она работала много, тяжело, но теперь она видела результат своего труда. Как говорится — "деньги не пахнут".
Независимость и сложные времена творят с женщинами чудеса. Перестав жить в вечном страхе не угодить мужу, Анна расцвела. Стабильный, пусть и не заоблачный, но очень уверенный доход позволил ей нанять приходящую няню на те вечера, когда клиенток было слишком много или мальчишки болели. У Ани даже появилось время на себя.
Она не стала изнурять себя голодовками. Просто ушел стресс, а вместе с ним — привычка заедать обиды ночными перекусами в виде мороженного и бутербродов. Анна записалась в спортзал, расположенный в том же торговом центре, где был ее кабинет. Два-три раза в неделю она методично тягала железо под руководством тренера. Фигура подтянулась, плечи расправились, в глазах появился дерзкий и уверенный блеск. Она сменила мешковатые вещи на стильные удобные костюмы и сделала современную стрижку.
Прошло два с половиной года с момента развода. Только тогда в жизни Анны появился мужчина. Его звали Павел, он был архитектором. Спокойный, уверенный в себе человек, который ничего не требовал. А порой, даже брал на себя часть проблем возлюбленной. Павел мог приехать в студию с кофе и круассаном, мог забрать Артема и Мишу из сада и повести их в батутный центр, давая Анне возможность спокойно доработать с клиенткой. Павел видел в ней не удобную функцию, а красивую, сильную и желанную женщину.
Жизнь наладилась, вошла в ровную, счастливую колею. И именно в этот момент, как это часто бывает по законам жанра, прошлое решило постучаться в дверь.
Был дождливый вечер пятницы. Анна зашла в крупный супермаркет недалеко от дома, чтобы купить свежих фруктов и вина — они с Павлом планировали устроить в выходные просмотр нескольких фильмов.
Она стояла у стеллажа с винами, выбирая сухое красное, когда услышала за спиной неуверенный голос:
— Аня?.. Анюта, это ты?
Она обернулась. Перед ней стоял Дмитрий. В первую секунду Аня его даже не узнала. Куда делся тот лощеный, самоуверенный альфа-самец в идеальном итальянском костюме? Он выглядел иначе. Вроде бы ничего не изменилось, но будто блеск в его глазах померк. Как тогда, когда Аня не справлялась в одиночку с функцией жены и матери.
Дмитрий смотрел на бывшую жену не отрываясь. Его глаза расширились от шока. Перед ним стояла роскошная, ухоженная женщина с идеальной осанкой, тонкой талией, макияжем и аурой непоколебимого спокойствия. В ней не осталось ничего от той забитой, плачущей домохозяйки, которую он бросил три года назад.
— Привет, Дима, — прохладным тоном ответила Анна. Ни один мускул на ее лице не дрогнул. У нее не участился пульс.
— Аня... ты... ты потрясающе выглядишь, — выдохнул он, нервно перебирая ручки корзины, в которой лежала упаковка чипсов и бутылка пива.
— Спасибо. Извини, я спешу.
Анна уже сделала шаг в сторону касс, когда Дмитрий вдруг шагнул навстречу, чуть ли не преграждая путь. Ему отчаянно нужно было выговориться. Его прорвало, как старую трубу.
— Ань, постой. Давай поговорим... Я так виноват перед тобой. Я такой дурак был, Аня. Как мальчишка повелся на красивую обертку...
Он начал сбивчиво и жалко рассказывать свою историю. Ту самую, которую можно было предсказать с вероятностью в сто процентов. Лера, его молодая "муза", оказалась черной дырой для его бюджета. Она не собиралась создавать уют или варить ему борщи. Ей нужны были курорты, бренды, новые машины и рестораны.
Когда Дмитрий, выжатый как лимон, попытался урезать ее расходы и намекнул, что пора бы подумать о семье и накоплениях, Лера устроила грандиозный скандал. А полгода назад, вытянув из него все оставшиеся деньги на "открытие своего бутика", просто ушла к его более успешному и старшему конкуренту по бизнесу.
— Она меня до нитки обобрала, Ань, — чуть не плача, жаловался Дмитрий на весь супермаркет. — А помнишь, как нам хорошо было? Как ты готовила вкусно... Жили душа в душу, ты ничего не требовала, всегда ждала меня с работы. Дети опять же... Как там мальчишки? Я скучаю по ним. Ань, может... может, можно все вернуть? Я все осознал. Я только сейчас понял, какую женщину я потерял.
Анна слушала его и чувствовала только жалость пополам с брезгливостью к человеку, который еще недавно был самым близким. Дмитрий всерьез думал, что можно прийти вот так, на готовенькое. Он вовсе не скучал по Анне, он хотел вернуть тот комфорт, что бы раньше — бесплатная прислуга, чистая и выглаженная одежда и горячий ужин. А еще по той супруге, что ничего не требовала и ничего не ждала...
Анна посмотрела на него в упор.
— Ты ничего не понял, Дима, — прямо сказала она. — Нам не было хорошо вместе. Хорошо было только тебе. А я угасала рядом с тобой каждый день. И мальчишки не вспоминают о тебе, потому что тебя в их жизни никогда и не было.
Она аккуратно обошла бывшего мужа, направляясь к кассам.
— Прощай, Дмитрий. Не звони мне. По алиментам будем общаться через моего адвоката.
Она вышла из супермаркета на вечернюю улицу. Дождь закончился, в лужах отражались огни витрин и свет фонарей. На парковке ей посигналил знакомый кроссовер — Павел приехал забрать ее, чтобы она не шла домой по лужам.
Анна села в теплую, пахнущую кожей и кофе машину, подставила щеку для поцелуя и улыбнулась. Она знала совершенно точно: потеряв мужа, она не осталась у разбитого корыта. Она наконец-то нашла себя. И это была самая выгодная сделка в ее жизни.
Спасибо за интерес к моим историям!
Приглашаю всех в свой Телеграм-канал, где новые истории выходят еще быстрее!