В русскоязычных пересказах истории Третьего рейха иногда всплывает странное словосочетание: «люди “И”» — будто бы особая группа, собранная прямо в концлагерях, которой доверили секретную работу. За этим туманным названием обычно прячется вполне конкретная реальность: нацистская операция по созданию закрытого “спецкомандо” заключённых, которых принудили работать на крупную диверсионно-экономическую аферу — знаменитую операцию “Бернхард”.
Эта история цепляет тем, что в ней соседствуют две несовместимые вещи. С одной стороны — концлагерь, где человеческая жизнь ничего не стоила. С другой стороны — редкая категория узников, которых внезапно начинали беречь, кормить лучше и держать в относительной «теплице», потому что без их навыков секретная машина просто не работала.
Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_medi
Какая это была «секретная команда» и зачем она понадобилась
Операцию “Бернхард” в 1942 году возглавил офицер СС Бернхард Крюгер, а цель звучала прагматично и цинично: наладить массовую подделку британских фунтов, а также документов и сопутствующей полиграфии, чтобы ударить по экономике противника, финансировать операции и оплачивать агентуру.
Для такого производства не хватало «обычных» исполнителей, потому что требовались специалисты, которых в Германии было не так много даже до войны: гравёры, типографы, клише-мастера, художники, ретушёры, бумажники, люди, которые чувствуют печать пальцами и глазами. Поэтому кадры начали искать там, где это выглядит немыслимо, но для нацистской логики было рационально: в лагерях, среди тех, кого система уже считала обречёнными.
Кем были эти «люди»: не солдаты и не шпионы, а ремесленники высшего класса
Участники этой команды редко походили на киношных диверсантов. Они были скорее «тихими» профессионалами, которых война загнала в ловушку: типографские рабочие, мастера по печатным формам, художники-оформители, люди с опытом изготовления документов, иногда — с лингвистическими и коммерческими навыками, которые помогали копировать стиль и логику настоящих банкнот и бумаг.
Один из самых известных свидетелей — Адольф Бургер, типограф, которого вызвали в лагере и фактически «перевели» в эту закрытую группу: его история хорошо показывает механизм отбора. Сначала находили человека по профессии, затем проверяли полезность, после чего этапировали в место, где располагалась мастерская, и уже там держали под контролем в отдельных блоках.
Почему их набирали именно в концлагерях
Потому что лагерь давал режиму сразу три преимущества, которые в нормальном обществе невозможны.
Во-первых, лагерь обеспечивал полную несвободу: человека можно было заставить работать, запугать, изолировать и уничтожить без суда, если он «портит продукт» или слишком много знает. Во-вторых, лагерная система позволяла собрать редких специалистов со всей оккупированной Европы, потому что туда свозили людей самых разных профессий. В-третьих, лагерь создавал идеальную секретность, потому что даже внутри системы знали далеко не все, а свидетелей после войны можно было «не оставить».
При этом для руководителей операции возникал парадокс: этих узников нельзя было «ломать до нуля», иначе ломался результат. Поэтому в некоторых свидетельствах подчёркивается, что к отобранным специалистам могли относиться заметно «ровнее», чем к остальным, хотя это не отменяло того, что они оставались заложниками.
Кстати, я создал собственную платформу авторских туров с доступными ценами по всей России и миру. Заходите на ahhu.ru, чтобы ознакомиться
Как они жили и работали: привилегия, которая оставалась клеткой
Вокруг спецгруппы формировалась особая зона, где появлялись детали, невозможные для обычного лагерного быта: лучшее питание, больше сна, меньше бессмысленного труда, относительная «чистота» рабочих помещений, а иногда — даже разговоры с начальством в более человеческом тоне, который в лагере звучал почти как издевательство.
Но эта «привилегия» оставалась клеткой, потому что выход из неё не был свободой. Он часто означал либо перевод в другое адское место, либо ликвидацию, либо постоянный страх, что завтра проект свернут, и ты снова станешь просто номером, которого можно стереть.
Почему их могли назвать «людьми “И”»
Если отбросить мифологию, то смысл прозвища становится понятнее, чем кажется. Это были люди, которых отбирали не по силе, не по политике и не по лояльности, а по инструментальному интеллекту и ремеслу: “инженерия” печати, “искусство” гравировки, “интеллект” подделки, где важны глазомер и опыт. Поэтому в популярном пересказе такое обозначение легко могло закрепиться как ярлык для «особых» узников, которых система временно оставляла в живых ради их компетенции, хотя морально это выглядело ещё страшнее.
Подписывайтесь ко мне в Telegram. Там карты мест и обзоры городов: https://t.me/markeremintravel
Что в итоге стало с «секретной командой»
Операция оставила заметный след в источниках и воспоминаниях: о ней рассказывают исторические обзоры и интервью, а также свидетельства выживших участников группы.
И самый неприятный вывод здесь заключается не в технологической изощрённости подделки. Самый неприятный вывод заключается в том, как легко тоталитарная система превращает даже талант и мастерство в ещё один инструмент насилия: человеку дают лишний кусок хлеба не потому, что он человек, а потому что он станок, который пока выгодно не выключать.