Марина всегда считала, что семья — это та опора, которая не подведёт. Именно поэтому несколько лет назад она не смогла отказать брату Игорю, когда тот попросил оформить на себя его автомобиль.
В тот момент Игорь переживал непростой период — шёл тяжёлый развод. Супруги сражались за каждый рубль, и брат отчаянно пытался уберечь хотя бы машину от раздела.
— Мариш, ну помоги, родная кровь же! — умолял он. — Потом всё переоформим, честно!
Марина вздохнула и согласилась. В конце концов, разве можно бросить близкого человека в беде?
Поначалу всё шло гладко. После завершения развода Марина не раз напоминала брату:
— Игорь, может, всё‑таки перерегистрируем машину? Так будет правильнее…
Но тот лишь отмахивался:
— Да брось, какие формальности? Мы же семья! Я тебе доверяю. К тому же все расходы я беру на себя, ты же знаешь.
И действительно, первые месяцы всё было в порядке. Брат уверял, что проблем не возникнет, и Марина ему верила.
Но примерно год спустя случилось то, чего она никак не ожидала. Зайдя в личный кабинет на «Госуслугах», женщина обнаружила внушительную задолженность по штрафам.
— Что за… — прошептала Марина, вглядываясь в список нарушений. — Превышение скорости, проезд на красный… Да я за рулём таких фокусов никогда не выделывала!
Она тут же набрала номер брата:
— Игорь, объясни мне, что это за цирк с штрафами?
Брат сначала сделал вид, что не понимает, о чём речь, но, разобравшись, беззаботно рассмеялся:
— А, это? Да не переживай, на неделе всё оплачу, обещаю!
Марина терпеливо ждала две недели — но никаких подвижек не последовало. Она снова попыталась дозвониться, но брат упорно игнорировал звонки. Тогда Марина отправила ему сообщение:
«Если ты не решишь вопрос со штрафами, я расскажу маме».
Через час раздался звонок.
— Ну и стукачка же ты, — недовольно бросил Игорь. — Ладно, оплачу. Но это последний раз, поняла?
На этот раз он сдержал слово. Штрафы были погашены, и Марина, немного успокоившись, перестала так пристально следить за личным кабинетом. Время от времени там появлялись новые нарушения, но они быстро исчезали — видимо, брат всё‑таки оплачивал их.
Однако судьба приготовила ей новый удар. Однажды утром Марина обнаружила, что с её счёта списали почти тридцать тысяч рублей — по решению судебных приставов.
— Да как так‑то?! — в отчаянии воскликнула она.
Пришлось ехать в отделение ФССП и разбираться лично. Там ей объяснили: были игнорированы штрафы, их накопилось столько, что дело дошло до принудительного взыскания. А поскольку по документам владелицей автомобиля числилась Марина, деньги списали с её карты.
Гнев переполнял её. Она тут же попыталась дозвониться до Игоря, но тот предусмотрительно не отвечал.
Когда брат наконец соизволил перезвонить, Марина не стала сдерживаться:
— Ты вконец обнаглел?! У меня теперь нет денег даже на еду, а ты спокойно игнорируешь мои звонки?!
— Если бы у меня были такие деньги, я бы и штрафы оплатил, — холодно ответил Игорь. — Прости, сестрёнка, ничем помочь не могу.
Слова брата обожгли её. Марина почувствовала, как внутри закипает смесь обиды и злости. Жаловаться маме было бессмысленно — та наверняка отдала бы свои сбережения, а Игорь потом всё равно ничего не вернул бы. Но и спускать ему это с рук она не собиралась.
Собрав волю в кулак, Марина приняла решение. Она нашла нужную сумму, собрала документы на машину, вызвала эвакуатор и перевезла автомобиль в гараж своего друга.
К вечеру телефон начал разрываться от звонков брата — но Марина не отвечала.
«Хватит, — твёрдо решила она. — Он поступил со мной как с чужой, значит, и я буду действовать соответственно».
На следующий день она разместила объявление о продаже машины.
— Заберу своё, плюс небольшую компенсацию за нервы, — пробормотала Марина. — Остальное верну ему. В конце концов, я не такая, чтобы кидать родных на деньги. Но урок он должен усвоить.
Она посмотрела в окно, где за деревьями уже загорались первые звёзды, и почувствовала странное облегчение. Возможно, это был не самый простой путь, но он помог ей понять одну важную вещь: даже в семье доверие должно быть взаимным.